WWW.LIT.I-DOCX.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - различные публикации
 

«Ну вот, опять звонит колокольчик. Я думаю, наш входной колокольчик — последний в Одессе или даже в целом государстве. Его можно было бы давно заменить нормальным звонком. ...»

Норма МАНН

"Княгини"

Ну вот, опять звонит колокольчик. Я думаю, наш входной колокольчик —

последний в Одессе или даже в целом государстве. Его можно было бы давно

заменить нормальным звонком... Нет, колокольчик — лучше. Столько лет

звонит. И вообще — у княгинь должен быть колокольчик! Он нам к лицу .

— Юлия, отвори! — не могу смотреть, как она двигается — ma fille шес

тидесяти пяти лет. Моя дочь старуха. Мы обе старухи. Или старушки .

Мы — милые старушки? А ведь есть и отвратительные. Юлия, безуслов но, милая. А я?. .

Кто же пришел? Молодежь, наверно. Я чувствую по голосам. Зачем к нам ходят молодые люди, зачем? — спрашиваю я себя. Почему я не выстав ляю их за дверь, а говорю и слушаю, слушаю и говорю, — это ясно. А они, они — почему?.. Ну, ходят и ходят. Значит, хочется. Всем хорошо — и ладно .

Только вот книжки зачем зачитывать? Выходит так, что и не грабеж вовсе, а так — взяли почитать и как бы позабыли возвратить. А мы не помним, кто брал... Если думать по справедливости — это разумно. Мы помрем. Библио тека попадет в макулатуру. Или еще хуже — книги сожгут во дворе. Нет уж .

Лучше пусть зачитывают. Мысль о том, что после нас их никто не прочтет, не перелистает хотя бы, мне неприятна. Пусть все продолжает быть, как есть .

Однако… По пропажам можно многое определить. Соntеmроraine poesie franaise, Paris, 1921 год, том I, том II — исчезли безвозвратно. Берлинский Гете пропал, едва мы его переложили на нижнюю полку. Я, еще когда пере кладывала, подумала: долго ли он там продержится внизу?. .

Кто же пришел и почему так долго не заходит? Да, молодежь, я слышу по голосам… А шаги сбитые и неуверенные. Это от почтительности, разу меется. И — о Господи! — наш коридор! Шкаф, таз... Неизвестно что, неиз вестно чье… А Юлия семенит! Очень даже хорошо слышно.

Ах ты, хлопо тунья моя! Представляю, как это происходит: она обгоняет гостей, возвра щается за ними, пропускает вперед и опять обгоняет:

— Сюда. Сюда, пожалуйста, прямо, направо и чуть влево, будьте доб ры, проходите, пожалуйста, извините.. .

Вот и ясно — новички пробираются .

Вошли молодой человек и барышня .

— Добрый день. Нет, не помешали. У старых людей не бывает неот ложных дел. Мы знакомы?

— Вообще то, нет. Нас к вам направили.. .

— Кто?

— Из совета ветеранов .

— Мы там не состоим. Мы ничего не ветераны .

— Мы знаем. Но вы там на контроле .

— Но не на учете? — да, с барышней повезло .

— Честно говоря, я не знаю, в чем здесь разница, но нам сказали, что вы ужасно много знаете, и память у вас для ваших лет просто феноменальная!

— Ну, и зачем вам моя феноменальная память? Только память?

А сны? Фантазии? Нет?

— Понимаете.. .

— Стараюсь .

— Простите. Мы готовим передачу... Что то вроде телефильма о периоде гражданской войны и интервенции в Одессе. Понимаете... Ой, опять... Прости те... У нас есть руководитель, консультант, все по исторической науке.. .

— Ну, раз по исторической... Это очень серьезная наука. Я — не исто рик. Я — график, рисовальщик. Пенсионер график. Я человек для вас бес полезный .

— Что вы! Очень нужный и полезный! То все — очень официально .

И вообще... Нам нужно ваше простое субъективное человеческое восприятие .

— Н да... У сторожевого пса тоже субъективное восприятие, да сказать не умеет и спросу нет. Да... "Человеческое" и "субъективное", "простое че ловеческое спасибо", "честно благородно" и "очень много альтернатив" .





Короче — "ставрида обезглавленная"… О великий, могучий и терпеливый!. .

Я перехватила взгляд Юлии. Он призывал к смирению. Ну, не буду, не буду .

— Значит, вам необходимо субъективное и человеческое именно мое?

— Потому что каждый человек чувствует по своему, потому что.. .

— Спасибо, радость моя. Я поняла .

Ну вот, Дарья Васильевна, выкладывайте ваше субъективное, челове ческое! За ним пришли. Сейчас я им скажу вот что субъективное и весьма человеческое: все я, дружочки мои, про вас знаю и все вижу. Вижу, как мо лодой человек неудобно сел в кресле, провалился совсем, пересесть стес няется, а там — пружина! Еще неудобней так, провалившись, рыться в портфеле, тем более что он, как будто, хотел проделать это незаметнее .

А девица — просто загадка! Ведь сидит же, сидит, а сколько суеты! И бес прерывно лопочет. Вот мое субъективное восприятие номер 1. Но они пришли не за этим .

— Девятнадцатый год? Извольте... — я задумалась. Им нужен анекдот .

А сразу не припомнить... Я молчу. Сделалась такая тишина, что слышно муху. А муха — слышит? Слышит ли муха? Спросить? Я давно перешла рубеж, до которого нужно держаться в рамках приличия. Я могу пре небречь. Наступила пора свободы! Сейчас возьму и спрошу: А муха слы шит? А?.. Представляю, какое последует восприятие .

— Презабавное было время, — сказала я, а они заглотнули это мое "презабавное". В глазах появилось что то охотничье. Гон начался! "Преза бавное". Дальше!

— Война собрала в Одессе много людей. Их просто столкнуло на Юг .

Военные, чиновники, знаменитости. Так что — концерты, спектакли. Ни когда не давали столько балов... — опять сглотнули. — Да да. С танцами и лотереей. Как будто ничего не произошло. Веселились. Но за этим стоял какой то бессловесный договор, немое вовлечение всех в общую ложь. Я тоже танцевала... — (зарубка: "Она танцевала!".) — Да, танцевала .

При этом меня не покидало ощущение, что я внутри какой то пьесы. То ли в "Балаганчике" у Блока, то ли в "Пире во время чумы". Я была участник и зритель... Многие так чувствовали. Но об этом не говорилось .

(Мне кажется, что парень что то прячет в рукаве.) — Ах, как интересно! — взвизгнула девица. Она по силуэту напоминает Ленского, как его нарисовал Пушкин на полях рукописи "Онегина", при ческа и костюм. Она и села, раскинув полы пиджака, как будто это фрак .

И бочком, на полпопки. Вот вот запоет. Я думаю, брюки ей очень узки.. .

...Рассказываю о балах. Они слушают и рассматривают меня. Мою ста ринность. Мое довольно ветхое жабо, в которое ушла шея. Даже не в жа бо, а в плечи. Хорошо бы взглянуть в зеркало. Кажется, я сделалась похо жа на сову... Счастье, что профессор не видит этого безобразия. Ему не удалось постареть. Это счастье. Тогда мы были просто люди зрелого воз раста. По виду. Но внутренне — и тогда, и сейчас — я не чувствую груза лет. Хрупкость костей, страх оступиться и сломать что нибудь — это да .

Но иногда кажется, что сделав усилие, я могла бы перепрыгнуть через что то или перебежать дорогу перед автомобилем!.. Каждый застревает в каком то своем любимом времени и там остается. А я — в каком? Чего жаль? Восемнадцати не жаль. Даже и не помню почти. Тридцати, пожа луй, жаль... Да. Я — в тридцати. Мне — тридцать. Если я этим, что сидят, скажу: мне тридцать, знаете ли, лет... — что будет? Ха! Они вызовут каре ту скорой помощи из заведения для тихих и безобидных.. .

...Мужчина, что сидит напротив и терпит муки, причин которых мне не понять, крайне застенчив. Когда мы встречаемся глазами, у него краснеют уши. Но смотрит преданно .

В последней войне солдат его вида и лет было больше всего.. .

...Что же я так долго молчу? Ничего не идет на ум, кроме глупостей .

Юлия куда то подевалась. Гости чувствуют неловкость ситуации. Даже девица приумолкла у окна. Такая вот неловкость. Пришли поговорить, а тут — молчание. Смешно и странно.. .

— Все это чепуха, дорогие мои. В смешном положении может оказать ся каждый. К примеру, мы с Юлией. Когда покупали новый проигрыва тель. Все продавцы из "Культтоваров" сбежались смотреть. И покупатели .

Можно было учинить грабеж. Глазеть на нас сбежались все. Особенно на мою шляпку. Обломок империи покупает проигрыватель, надо же! Но нам, в самом деле, нужно было. Почтальон Наташа подарила 8 Марта пластинку "Голоса леса". Мы хотели тотчас послушать, а старый проигры ватель не действовал. Мы давно уже решили купить новый и заранее учи ли все эти слова: стерео — не стерео. Нельзя жить в абсолютной тишине.. .

...У мужчины хорошее лицо. Интересный, пожалуй, мужчина. Только все время, крадучись, роется в своем чемодане .

— Простите, молодой человек, если у вас там скоропортящиеся про дукты, можно, пока вы здесь, подержать их в нашем холодильнике .

— Нет нет. Спасибо, — с ужасом в глазах сказал он, выложил ладони на колени и недружелюбно посмотрел на девочку .

Я услышала, наконец, его голос — приятный, негромкий .

А девица опять засуетилась. Вертится, шарит глазами по нашим апар таментам. Все, все, что здесь висит, стоит, валяется — просто старые вещи, включая кошек. Кошки тоже старые. Что глазеть?

Куда это она уставилась? А... на качалку смотрит, куда мы газеты сва ливаем. Думает, наверно, на кой этим старым грымзам столько газет .

Да еще иностранных. Или думает: до чего же умные попались старушен ции! Да глупые мы, глупые .

— Вы читаете на всех этих языках?

— Для практики, только для практики, чтобы не забыть, — и ничто нас ничему не научило... А почему просто не сказать, что мы читаем, жуть как много читаем! И нам интересно знать, что делается на свете. Мы — т о р о п и м с я знать. Мы даже знаем, что на наши души приходится столь ко то телевизоров, электровозов, чугуна и стали. Сейчас возьму и спрошу:

а сколько именно на мою душу приходится чугуна и стали? Отдайте мне мое. И будем в расчете. Я это все скажу, а они расскажут знакомым .

И вдруг Сова спросила:

— А сколько чугуна и стали приходится на мою душу?.. Впрочем, чу гуна и стали уже выбрано вперед.. .

...Интересно, как они меня изобразят?.. Мне кажется, я стала похожа на старуху из "Капричос". И еще я похожа на старуху из "Корабля дура ков" Босха, ту, что стоит у мачты. И у Брейгеля есть такие же мерзкие ста рухи. Я чувствую некую связь, Я — повторение чего то уже бывшего .

В чем то крупица чего то и еще многого, многого... Я не сама по себе .

...Так из Босха я или из Гойи? Да нет же! Я — просто оперная старуха из " Пиковой". Я пришла с бала. Вот вот. Вот именно .

"От третьего, кто, пылко страстно любя, Придет, чтобы силой узнать от тебя..."

Но я поломаю ход действия! Я и х убью!.. Ну, вот еще. Мысли у меня в последнее время стали идти какими то странными путями. Расползать ся, расходиться, как круги на воде.. .

— За исторической справкой вам лучше бы обратиться в музэй, — я нарочно так сказала, а они заморгали. Уйдя от нас, они будут подсчиты вать, как очки, кто сколько набрал идиотизмов от меня. Уверяю вас, му зейные, научные справки тоже очень субъективны. И еще как!. .

Ну, наконец! Час настал! Час пробил! Юлия подает чай. Сейчас она по даст свое печенье! Посмотрим, как они будут его есть. Кто приходит часто, те наловчились отламывать маленькими кусочками и глотать, не пережевывая, как таблетки. Даже похваливают. Но кроме нас самих никто не ест с удо вольствием эти липкие горелые лепешки. Ими мы испытываем наших гостей на верность. Вот Наташа почтальон — умница. В день пенсии — раз уж непре менно нужно пить с нами чай — она приносит булочки с изюмом. Чудесные!

Так тактично спасается от нашего печенья. То, что Юлия проделывает с ним над огнем, напоминает инквизицию. Сколько раз твердила я ей, чтобы купи ла в булочной нормального печенья для гостей. Но у нее — убеждение: до машнее необходимо для реномэ! Подгорелое ре но мэ фа соль ля си.. .

Зачем каждый раз она суетится, включаясь в разговор? Так торопливо рассказывает, будто боится, что ее перебьют и она никогда не получит столь редкой возможности.. .

Напрасно я не уговорила ее выйти замуж. Ну, погиб, пал с честью... Что тут поделаешь... Другой был тоже не плох. Не захотела. Я не настаивала. Я не хотела с ней разлучаться... Но и этот, другой, тоже сгинул. В других местах.. .

Почему она этим двоим рассказывает, как мы жили в Швейцарии?

С какой стати? Это не по теме. Да еще так говорит, будто мы только что возвратились. Да были ли мы в Швейцарии?.. Да, были. Перед Первой мировой. Юля была очаровательной счастливой девочкой. Профессор принял там отвратительную больницу, чтобы я могла брать уроки живо писи. У меня еще были иллюзии. Он их уважал. На самом деле нам нуж но было бы поменяться ролями. Нечисть, что он рисовал шутки ради, бы ла анатомически подробна и прекрасна. Он просто создавал на бумаге но вый биологический вид. Насколько я знаю, сейчас так рисует Дали. Петя раздобыл мне несколько репродукций. Это сходство он заметил.. .

...Ах, Юля, Юля... Она совсем глохнет — не слышит, о чем они спраши вают, отвечает невпопад. А эта искательность на лице — чтобы всем было мило, удобно, нестеснительно!.. Ну, хватит .

— Да, мы там играли в гольф, — (зарубка: Сова играла в гольф!) .

— А разве в Швейцарии тоже играли в гольф? Я думала, только в анг лийских клубах .

— Да, вы правы. Во всей английской литературе только и делают, что играют в гольф, — далее наша беседа потекла, как в английском клубе, чо порно и вяло. Недоставало только рома, портера, хереса... Что еще пьют в английской литературе? Ах, чай! Крепкий чай... Мы не пьем крепкого чаю. Юлия вычитала в журнале "Здоровье", что в нашем возрасте крепкий чай вреден. Он плохо влияет на общее состояние и ухудшает цвет лица .

Но этот журнал много раз ошибался! Если и про чай — ошибка, то выйдет, что мы напрасно столько лет пьем жидкий чай. И гости пьют. А сами ду мают, когда же, когда продолжится о балах... То ли им эта жизнь скудна.. .

Один ученик профессора и сам давно профессор на днях сказал мне:

"Это поветрие такое. Грозит стать эпидемией. Старинненького подавай!

Книжки надо читать честные. А то — ах ах! А сами путают принцессу Клев скую с царицей Савской". Я еще тогда заступилась — ах, какие бывают ум ницы! Как повезет. На кого набредешь. Кто на меня набредет, добредет.. .

— Но все время стреляли. У нас была приятельница — наполовину француженка. Из тех французов, что основывали Одессу. Из первоприез жих. Она говорила обычно одно слово по русски, другое по французски .

Очевидно, от двойственности происхождения.

Однажды она пришла на ве чер в непозволительно позднее время и появилась в гостиной со словами:

"Une telle перестрелка". Так она объяснила свое опоздание. Н да.. Тогда все му сопутствовала une telle перестрелка... Однажды мы были в гостях, не по мню, у кого. Тогда как раз обсуждалась таинственная смерть Веры Холод ной... Я ее не знала совсем. В нашем кругу кинематограф считался как бала ган. Я не ходила. Но мне было жаль ее. Все врачи сошлись на том, что дело не в испанке, что погибла она от чего то другого... Тогда или не тогда, в дру гой вечер, какие то вооруженные люди окружили дом. Потом поднимались по черной лестнице — железной и ржавой. Звук накладывался на звук. Шаг на шаг. Громоподобно. Несколько минут казалось, что это единственный звук в мире. Навсегда. Других уже не будет... Стреляли где то близко. Кого то, говорили потом, увели из соседней квартиры. И к нам вошли. Когда узнали, что здесь собрались врачи, извинились, как умели, и ушли. Потом вернулись и попросили осмотреть раненого. Муж пошел. Вскоре после это го ему дали госпиталь. Само собой так вышло. Некоторые знакомые отвер нулись от нас... Мы не оправдывались. Глупо объяснять медикам, что перед бедой все равны... Макс Волошин сумел же пожалеть всех: "Молюсь за тех и за других"... Мы много об этом говорили с профессором.. .

Изольда прыгнула девчонке на плечо, а Мурильо стал тереться худым боком об ее штанину.

Девочка сморщилась от страха, а сама сказала:

— Какие у вас симпатичные кошки .

— Симпатичные? Какие есть, — я очень долго молчала. Тема мне зада на, а в голову лезет совсем другое. Как я сидела в приемном покое и в спешке заполняла истории болезни — "скорбные листы" раненых и больных. Тогда было много налетов в день, и персонал не справлялся .

Училище мое уже эвакуировали, и я перешла в госпиталь. Когда началась тревога, я решила не ходить в убежище, пока всего не закончу. Одна бом ба разорвалась так близко, что казалось, за стеной. Так и было.. .

...После отбоя ко мне пришло очень много людей. Они сказали, что произошло несчастье, и я должна спуститься вниз... Снаружи этот фли гель казался целым, но внутри все было пробито, перекрытия болтались, зацепившись у одной стены, и напоминали поломанный гребешок. Меня привели в подворотню. Там было сложено все, что удалось вытащить из огня. Мне показали свернутый ковер из кабинета профессора. Я этот ко вер хорошо знала. Он меня раздражал даже. В нем было какое то наруше ние — в центре огромные розы, а в орнаменте по краю какие то маленькие геометрические лошадки зеленого неприятного цвета... Я подумала — хо рошо, что Юли нет со мной, что там, где она сейчас, безопасней... Меня спросили, можно ли развернуть ковер. Я представила, как сейчас будут его разматывать, и как будет при этом вертеться голова .

Мы так и похоронили его в ковре... Это мерзко — то, что я испытыва ла в те дни, — неограниченную власть. Никогда мне так не подчинялись люди. Я была, как генерал. Я помогла отправить всех в тыл. Потом долго искала подходящую краску, чтобы ярче навести на табличке фамилию и даты, я боялась потерять могилу. В той части кладбища, где похоронили профессора, были только свежие могилы и никаких особых примет .

Девочка что то лепетала. А что — я не слышала. Она замолчала. Теперь мы все молчим. И Юлия куда то подевалась. Совсем заскучали мои гости .

Я расскажу им про французских оккупантов!

— Французские офицеры не были умны. Но — галантны. Хороший французский, манеры... Я отлично помню этот крейсер "JUSTICE" — там, кажется, были революсьонэры... — я нарочно произнесла так, на француз ский лад. А зачем? — Однажды на "Жюстис" устроили раут специально только для уважаемых дам. Я тоже получила приглашение, но отказалась прийти без профессора. Тогда — уже в другой день — нас пригласили вдвоем .

Правда, никакого раута не было. Просто в кают кампаний был шоколад.. .

Мои гости не шутя готовились к нашей исторической беседе. Они знают про "Жюстис" все — сколько пушек, сколько башен .

— Я тоже взбиралась там на одну башню... Какое время года было тог да? Тепло, но я была в шубке... По видимому, был март... Там случилась одна неприятность — я с высоты посмотрела в воду.. .

— Вас укачало?

— Нет, моя прелесть. Меня испугало. Да да. С высоты вода казалась плотной густой массой. Я старалась уловить ее текучий цвет. Волна раз ливалась на волне, не давала посмотреть вглубь. Был ужас и соблазн — прыгнуть вниз. Досмотреть, докопаться.. .

...Если бы у меня оставалось больше времени для жизни, я бы собрала все, что написано о страхе. Я бы спрашивала у знакомых, у прохожих, что для них страх. Я бы попыталась систематизировать все качества страха .

Страх, который наступает потом, когда оглядываешься назад. Страх перед опасностью, которую видишь. Страх перед опасностью невидимой... Ког да угоняли в гетто днем, здесь, у нас в Отраде, люди стояли на обочинах, выглядывали из окон. Было страшно. Лица впечатались в память. Это бы ли знакомые, соседи. В самую безумную голову не могла прийти догад ка — куда их ведут. Страшен был сам факт — людей сгоняют с места. А мы стояли, парализованные страхом. Но самый большой страх, страх страхов, ужас — приходил ночью или перед рассветом — звук сотен шаркающих шагов и тонкий скрип тележек, колясок... Никто — в никуда.. .

— Да, дело было в марте. Во всяком случае, была весна. Насколько по мнится по освещению. Другой март... или не март? Немцы оставили город румынам. Стало легче дышать... Это уже другие времена. Не на вашу тему .

Не рассказывать?

— Что вы, что вы, что вы! Пожалуйста!

— Я хотела взглянуть на училище. Больше года я там не была. Я вооб ще мало выходила из дома. В соседнюю лавку и дважды в полицию, вы править бумаги. И только. С начала оккупации я в первый раз покидала Отраду. Я надела прелестную в прошлом шляпку, отыскала в чулане зон тик с рюшем и пошла. В моем старообразном наряде была хитрость .

Оккупанты считали, что люди из "бывших" на их стороне. Вырядив шись так, я взяла извозчика и поехала. А от Садовой пошла пешком. Я бы ла как разведчица. Да я и была в разведке. Так — от себя. Напрасно меня не оставили в подполье. Я бы смогла. Потом мы придумали эту антиквар ную дурацкую лавку .

— Вы даже представить не можете, какой смелой была мамочка! — за верещала моя старушка дочь .

— Laise donc, Юлия. Я скажу сама, что сочту... Когда я топталась под училищем, Петя меня увидел. Я думала, раз все заколочено, то там нико го нет, а он прятался в хранилище. Потом пришел ко мне и с этой лавкой навязался. "Давайте дадим рекламу в "Молву": "Антикварная торговля княгини Прохоровой" — "Откуда ты выцарапал мою девичью фами лию?" — спросила я его. — "А это — тайна. Может, — говорит, — кто ни будь из наших ребят прочтет и явится". Способности у него были средние, но трудолюбие! Сейчас он хороший рисовальщик. А педагог просто заме чательный. (Но люблю я его за другое. Мне 96 лет, а он говорит: "Мне бы ваши глаза, Дарья Васильевна!" — и каждую сессию присылает рисунки заочников на отзыв.) А вот лавку я ему не прощаю. Вовсе мне ничего не хотелось продавать .

Потому что все это были мои вещи, которые прожили со мной жизнь. Я к ним привыкла, любила даже. И подполья у нас никакого не вышло, хо тя Петя отгородил часть кабинета книгами так, что получился маленький тайный коридор. Кое кто из ребят пришел по этому объявлению. Даже и не мои студенты. Они иногда забегали в этот книжный тайник и там шу шукались. Я в то время сидела в лавке. Мы веранду в лавку переделали .

Мне нравилось думать, что они там не просто болтают, а именно — сове щаются, о чем то сговариваются тайно... Потом они перестали бывать, и Петя разобрал книжную стенку. После того как меня посетил этот ан тиквар из Бухареста. Я сразу поняла, что никакой он не антиквар, а жу лик. Или шпион, плохо подготовленный. А через некоторое время мы за крыли лавку — она снова стала верандой.. .

...Я долго молчала. Нехорошо. Невежливо .

— Ой, а можно спросить, что это за страшная голова на стенке?

— Это Медуза Горгона .

— Она из мрамора? — и товаровед в придачу. Товаровед искусствовед!

— Она из гипса .

— Какая страшная!

— А мне кажется, что красивая, — сказал молодой человек .

Умница! Умница! Умница! Ведь это же я! С меня лепили! Он мне нра вится все больше. Когда его компаньонка болтает чепуху, он болезненно морщится. Боже мой, до чего я бестолкова! Как же я сразу не догадалась, что у него в портфеле и что в рукаве!

Милый мой, только не судите по этой нелепой скуксившейся оболоч ке. Жизнь человека — это не один роман, а большая библиотека. Смотря на какую ниточку нанижешь, как сопоставишь события. Человек преобра жается внешне и не умеет себя вести в новой форме. Вы же учили — фор ма и содержание. Единство. Не верьте этому! Они всегда в разладе… Что то вырывается вперед, что то отстает... Однажды на даче у знакомых одно го очаровательного ребенка укусил комар. Личико мгновенно распухло и стало чудовищным. Но ребенок не знал о своем уродстве и продолжал держаться кокетливо и капризно. Было жутко смотреть .

Тогда я вспомнила Анну Петровну Керн. Да да, ту самую. В детстве я час то гостила в имении наших соседей. Это была очень интересная семья, близ кая к литературным кругам. Старшие рассказывали, что когда то давно здесь гостил Белинский. А один член семьи был из основателей русского анархизма и видным участником революции во Франции. Так вот, у них в диванной ви сел портрет Керн — копия с известной миниатюры. В каждом собрании сочи нений обязательно под этой миниатюрой: "Я помню чудное мгновенье".. .

Честно говоря, с нее есть портреты и получше. В доме говорили об Анне Пет ровне как о хорошей знакомой, а мы, дети, были влюблены в нее и играли час то в такие игры, в которых мог бы участвовать портрет. Ее ожидали на лето в гости, и она приехала со старичком мужем. И сама была старуха. Раздражи тельная и капризная. Может, она и не была такой уж старухой, но мы то жда ли красавицу... В этом доме была простая еда. Там вообще все держались просто и много работали — на полях и в сельской школе преподавали. Ей та кая жизнь не очень нравилась Она захотела тульских пряников, а у нас не бы ло. Тогда ее старичок велел заложить шарабанчик и поехал на станцию. Пого да была скверная — ливень с грозой. На станции старичок простудился, у не го сделалась лихорадка. Нам было очень жаль старичка, а ее мы окончательно разлюбили. А может, и он не был тогда старик... Нужно разобраться с датами.. .

Много должно было пройти лет, прежде чем я смогла соединить эти главы. Убедить себя, что гений чистой красоты и капризная старуха — од но и то же лицо. Не противоречие, а превращение. Царевна — Лягушка .

Лягушка — Царевна... Зачем они меня слушают? Что во мне интересного?

Я скоро откланяюсь Я рублю канаты. Сматываю удочки. Эта штука в са мом деле brevis est. Оттого, что все прошло слишком быстро, я растягиваю события моей жизни, приближая и укрупняя частности, которые неотвяз но следуют за мной. Например, рыжая влажная коряжка, которую коп щик столкнул в могилу профессора... Или кумачовая скатерть на столе .

За столом — комиссия. А перед ней по очереди проходят нагие женщины .

Единственное, что рассказала Юлия. Я этого не видела. Но я там тоже шла незримо...

Когда мы прочли первую повесть Солженицына, я спросила:

"Это так и было?" — у нее обострилось лицо, я увидела, как натянулись мышцы, и моя болтунья ответила голосом без звука: "Похоже. Но не так"… Хорошо, что мы остались живы и, Бог даст, умрем своей смертью .

Но в этом есть момент стыда. Мы должны были разделить участь всех .

"Мы сознаем, что не могли б вместить Все прошлое в границы нашей жизни..."

Могли. Могли — и еще как! Всякого. И гольф в Швейцарии в том числе .

Я старый человек. Я стою на своем Синае. Но мне не хочется этой высоты!

Сейчас я скажу моим дорогим гостям, что и они, и я — мы выбрали не ту историю. И не нужно называть нас княгинями (а они ведь так назы вают, говорят, наверно: "Айда к княгиням!"). Я была княжной, а профес сор из разночинцев, так что титул нам не положен. И не нужен, и опасен .

Да знают они об этом! Просто "княгини" — интересней. Все это от без родства, от без родства, от беспамятства. Поветрие. Эпидемия?.. Жизнь отшибла память. Дальше бабушек дедушек никто никого не знает. Вот и норовят поближе к чужим корням... Что то я опять начинаю злиться... Я могла бы им рассказать... О, я могла бы рассказать... Нет. Об этом нет .

...Зачем эти молодые люди расспрашивают меня о том, что можно из влечь из архивов? Такое ощущение, что я хочу выбраться из старого сун дука, а они меня назад заталкивают .

— Ну, расскажите же мне что нибудь! Ну, поговорите со мной про хок кей! Вот вы и развеселились. Думаете, не знаю? Знаю! Я смотрела по теле визору. Мне еще понравился спортсмен Петров, и у него была своя пятерка .

Смеются. А я сейчас возьму и скажу: "Мне нравится спортивный стиль пятерки Петрова!".. Нет. Не скажу. О таком они должны начинать .

Это их область. Но почему, почему они не рассказывают мне, что делает ся за этими стенами? Когда они пришли, я читала чудесную книжку — "Карусель", стихи для детей, но и для взрослых тоже. Юлия загородила книжку своим печением. Я сейчас переложу ее позаметнее... Вот, перело жила, а они не обратили внимания.. .

— Взгляните, какая картинка: мальчик и девочка стоят перед плотной полосой тумана, за которой едва просматриваются верхушки деревьев .

А стихи тут вот какие:

Кто то ночью утащил лес .

Был он вечером, а утром — исчез.. .

Где же прячется птица и зверь?

И куда за грибами теперь?

— Остроумно, — сказала барышня .

— Остроумно? — спрашиваю у молодого человека .

— Скорее, печально, — ответил тихо парень, не меняя позы, однако .

— Это — старинная штучка? — спросила моя любимая барышня. Она сейчас изучала хлам на ломберном столике .

— Да. Это домашний фонтан. Французский фарфор. XVII век .

Она почтительно ощупала пыль столетий на лепнине фриза. Отчего мы не вытираем пыль? Могли бы вытирать. Это — нетрудно .

— А тут кусочек отбит. Вы заметили? — сказал Ленский голосом, ка ким торгуются. Господи! "И куда ж за грибами теперь?".. .

— Его отбила Изольда, когда прыгала на клетку с попугаем .

— И что вы с ней сделали?

— С клеткой?

— Нет, с кошкой .

— Мне было жаль. Изольда очень испугалась. Она нервная. Ангор ские все очень нервные. Она имеет очень хорошую родословную.. .

Они уж засобирались уходить, но опять сели послушать родословную Изольды. Снова моргали, когда я говорила глупости под умоляющим взглядом Юлии. Мужчина рылся в своем портфеле. Он почувствовал, что я больше не слежу за ним. А я веселилась! Ну, нет! Я вас так просто, мои миленькие, не отпущу!

Наконец мне надоело это представление и я сказала:

— Молодой человек, ваш магнитофон не только записывает, но и вос производит, так ведь? Пожалуйста, перемотайте пленку и пустите все с самого начала. Я хочу услышать свой голос .

Кельн






Похожие работы:

«БИБЛИОТЕКА НЕОБСАЖЕННОГО СТВОЛА Уфа 2017г. Содержание 1. Задание стратиграфии. Настройка.2. Ввод поправок в кривые ГИС . Аппаратурные поправки в РК. Поправки в БК Поправки ИК. Поправки ПС. Р...»

«Все ЕТКС в одном месте! Документ скачен с сайта ALLETKS.RU. Навещайте наш сайт почаще! Единый тарифно-квалификационный справочник работ и профессий рабочих Выпуск 26. Разделы: Анилино-красочны...»

«проект N22257-4 вносится Кабинетом Министров Республики Татарстан ЗАКОН РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН О границах судебных участков мировых судей Республики Татарстан по городу Набережные Челны Республики Татарстан Статья 1 Утвердить описание границ судебных участков мировых судей Республик...»

«МОЛОДЕЖНАЯ  ШКОЛАСЕМИНАР УДК 004.915 ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ СОЗДАНИЯ ВИРУТАЛЬНЫХ ТУРОВ Сербенюк Т.И., студент, кафедра МСТ ХНУРЭ Чеботарев Р.И., зав. учебными лабораториями, кафедра МСТ ХНУРЭ Аннотация. Рассмотрено особенно...»

«в ПОМОЩЬ инженеру Учебный практикум по LabVIEW Сюрприз, обещанный на предыдущем практикуме, перено сится в следующий выпуск журнала. И это будет еще больший сюрприз, чем планировалось ранее...»

«Быстрая оценка событий, представляющих непосредственную опасность для здоровья населения © Всемирная организация здравоохранения, 2012 г. Все права защищены. Публикации Всемирной организации з...»

«OCR: Библиотека святоотеческой литературы http://orthlib.ru (с. 85) Мёсzца тогHже въ ѕ7-й дeнь. И$же во с™hхъ nц7A нaшегw пavла, ґрхіепjскопа кwнстантjнz грaда, и3сповёдника: И# прпdбнагw и3 бGо...»







 
2018 www.lit.i-docx.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.