WWW.LIT.I-DOCX.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - различные публикации
 

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

«О вы, которых ожидает Oтечество от недр своих И видеть таковых желает, Каких зовет от стран чужих О ваши дни благословенны! Дерзайте ныне ободренны Раченьем вашим показать, ...»

-- [ Страница 3 ] --

Последующие революции и Гражданская война вызвали резкое падение рождаемости, но по их окончании уровень 1913 г. довольно быстро был восстановлен, и даже имел место значительный послевоенный «бэби-бум». Так, в 1927 г. СКР РСФСР (в границах 1959 г.) достиг 6,7 (ОКР около 50‰). Детальная информация о воспроизводстве населения России в 1920-х, 1930-х и 1940-х гг. стала доступна лишь в конце XX в .

благодаря аналитическим исследованиям сотрудников Отделения Демографии НИИ Госкомстата России .

Интенсивные социалистические преобразования, начатые во второй половине 1920-х гг.: индустриализация и кооперирование сельскохозяйственного производства (коллективизация), сопряженные с активным вовлечением женщин в общественное производство, безусловной утратой многодетной крестьянской семьей ее экономической роли, миграцией сельского населения в города и массовыми переселениями в районы нового освоения, не могли не привести к быстрому снижению рождаемости. Существенно еще одно обстоятельство. В условиях, когда средства контрацепции оставались весьма примитивными, Россия оказалась единственной страной, обеспечивавшей легальный (1920–1936 гг.) и практически бесплатный доступ к искусственному аборту как средству контроля рождаемости .

Суммарный коэффициент рождаемости достиг 5,1 (ОКР около 40‰) к 1932 г. и не поднимался более выше этой отметки. В 1933–34 гг. падение было чрезвычайно быстрым. Резкое увеличение смертности в 1933 г .

в результате голода, разразившегося весной–летом (следствие катастрофического неурожая 1932 г.), несомненно, сказалось на плодовитости женщин. В результате СКР упал до рекордно низкого уровня — 3,6 в 1934 г .

Запрещение абортов в 1936 г. привело к краткосрочному увеличению рождаемости (СКР возрос до 4,9 в конце 1930-х гг.), но уже к 1940 г. отмечалось ее новое снижение (см. табл. 9.5) .

Табл. 9.5. Динамика суммарного коэффициента рождаемости в России суммарный коэффициент уровень простого годы воспроизводстваa рождаемости 1930 5,834 3,849 1935 4,305 3,816 1940 4,260 3,594 1946 2,806 2,743 1950 2,889 2,557 1955 2,818 2,352 2,214b 1960 2,560 2,203c 1965 2,108 2,111c 1970 1,966 2,138c 1975 1,973 2,160c 1980 1,865 2,144c 1985 2,051 1990 1,887 2,108 1995 1,344 2,123 2000 1,214 2,126 Примечание: (a) уровень простого воспроизводства оценен как отношение СКР к чистому (нетто) коэффициенту воспроизводства населения; (b) за два календарных года: 1958–1959 гг.; (c) за два календарных года: 1964–1965, 1969-1970, 1974–1975, 1979–1980, 1984–1985 гг .

Источник: Андреев и др., 1998. С. 164–165; Avdeev, Monnier, 1994. P. 886 .

Учебно-методические материалы по курсу «Экономика народонаселение и демография» / Под ред. В.А. Ионцева. М.: ТЕИС, 2002. С. 110 .

Заметим, что в Западной Европе, в 1930-е гг. уровень рождаемости был значительно ниже, не превышая 2,5, а в некоторых странах, особенно странах, охваченных мировым экономическим кризисом, начавшимся в 1929 г., СКР длительное время держался на уровне ниже 2,0 (напр., Англия и Уэльс, Швеция, Норвегия, Швейцария), т.е. ниже уровня простого воспроизводства). В течение Второй Мировой войны и сразу после нее рождаемость в Европе снова возросла, и к началу 1950-х гг. в ведущих странах СКР находился в интервале 2,5–3,0 .

Рис. 9.3 Суммарный коэффициент рождаемости. Россия Источник: Андреев и др., 1998. С. 164–165; Avdeev et Monnier, 1994. P. 886; Учебно-методические материалы по курсу «Экономика народонаселение и демография» / Под ред. В.А. Ионцева. М.: ТЕИС, 2002. С. 110 .





Систематические данные о рождаемости российского населения в годы Второй Мировой войны отсутствуют. Нет сомнения в том, что ее уровень был очень низок, достигая, по грубым оценкам, 1,4–1,7. В первые послевоенные годы к общим факторам, обусловившим устойчивую тенденцию снижения рождаемости, добавились эффекты колоссальных потерь мужского населения в войне, сравнительно медленная демобилизация огромной армии, отток прежде всего мужского населения из сел в города, массовые территориальные перемещения. Вплоть до 1955 г. СКР держался почти на стабильном уровне 2,8–2,9 — существенно ниже, чем непосредственно перед войной, но (впервые в российской демографической истории) оказавшись вполне в диапазоне, характерном для западноевропейских стран того времени. Колебания отдельных лет были, однако, значительными (см. рис. 9.3). Так, засуха 1946 г., приведшая к голоду в 1947 г., сказалась на СКР 1948 г .

Правительственным указом от ноября 1955 г. запрещение искусственных абортов было отменено, и практически бесплатный доступ к этому средству контроля рождаемости был восстановлен. Россия снова оказалась единственной европейской страной, обеспечивающей это право (аналогичные законы были приняты в ряде западноевропейских стран и США только в 1970-е годы, а в некоторых, напр., Германии, не приняты и до сих пор). Хотя отмена запрещения на аборты не сказалась сразу же на уровне рождаемости в стране, длительный период сокращения рождаемости, который вскоре последовал (см. рис. 9.3), был сопряжен с устойчивой тенденцией роста распространенности искусственных абортов. К 1980-м гг. аборт превратился в главное и чуть ли не единственное средство контроля рождаемости, и Россия достигла печально рекордных уровней распространенности аборта. Судя по оценкам, суммарный коэффициент частоты абортов, т.е. среднее число абортов на женщину гипотетического поколения в течение всей ее жизни, сохранялся стабильно высоким на протяжении 1980-х гг., достигая 4,0 (1989 г.), против 1,2 в Венгрии, 1,4 в Чехословакии, 1,8 в Болгарии в конце 1980-х гг .

В западноевропейских странах суммарный коэффициент частоты абортов не поднимался выше 0,61 .

Вставка 9.6 .

Обыкновенный суммарный коэффициент частоты абортов гипотетической когорты рассчитывается точно также, как и обыкновенный СКР: как сумма возрастных коэффициентов, исчисленных как годовое число искусственных абортов у женщин данной возрастной группы к среднегодовой численности женского населения этой группы .

Важно заметить, что распространение искусственных абортов в России в отличие от западных стран началось в период, когда эффективные внутриматочные средства (ВМС) и современная оральная контрацепция еще не были разработаны и коммерчески доступны. Когда же в конце 1970-х гг. они Заметим, однако, что если оценки для России были получены непосредственно по данным государственного статистического учета, обеспечивающего практически повсеместный охват медицинских учреждений, то для западных населений во многих случаях оценки строятся по данным репроспективных опросов женщин и, следовательно, не могут не преуменьшать фактическое число абортов .

стали активно распространятся на Западе (и крупные фармацевтические компании приложили существенные усилия к их рекламе), то в России уже не только была создана широко развитая медицинская инфраструктура по производству абортов, но и в значительной мере установилась «абортная культура» в сознании женского населения. В условиях общего предкризисного состояния страны в 1980-е гг. ни форсированного производства новых средств контроля, ни закупки их заграницей, ни целенаправленной пропаганды современной контрацепции не проводилось. К тому же новые методы аборта, такие как вакуум-аспирация (с меньшей вероятностью приводящие к осложнениям и вторичному бесплодию), также внедрялись медленно .

Длительная устойчивая тенденция снижения уровня рождаемости охватила все 1960-е гг., сменившись периодом сравнительной стабильности в начале 1970-х гг. и снова периодом медленного снижения во второй половине того же десятилетия (см. рис. 9.3). Вблизи 1964 г. суммарный коэффициент рождаемости России впервые после 1948 г. опустился ниже уровня простого воспроизводства (см. формальное определение уровня простого воспроизводства в главе 16) и более не поднимался выше этого уровня, исключая короткий период в конце 1980-х годов. В терминах СКР падение за 1956–1969 гг. составило примерно 1 ребенок на женщину .

Детальный демографический анализ с привлечением специальных таблиц рождаемости и косвенных оценок движения вероятностей увеличения семьи показывает, что рождаемость сокращалась, главным образом, за счет отказа от рождений более высокой очередности, включая и третьего ребенка, в то время как вероятности рождения первого и второго изменялись мало. Другими словами, именно в шестидесятые годы большая часть населения страны перешла к малодетной (1–2-детной) семье, поддерживаемой сознательным контролем рождаемости на внутрисемейном уровне, т.е. достигла современного типа рождаемости, принятие которого составляет существо демографического перехода в области рождаемости .

Устойчивое снижение рождаемости в основных странах Западной Европы началось во второй половине 1960-х и 1970-х гг., позже чем в России .

Ко второй половине 1970-х гг. суммарный коэффициент рождаемости Англии и Уэльса, Франции, ФРГ, Нидерландов, Швеции и др., также как и белого населения США находился в диапазоне 1,5–2,0. В этот же диапазон попадала и Россия .

Период 1980-х гг. наиболее интересен как период активизации пронаталистической демографической политики. Советское правительство традиционно придерживалось пронаталистической ориентации, и различные меры материального и морального поощрения деторождения находились в силе с 1930-х гг. Они были, однако, в основном, направлены на рождения высоких очередностей, т.е. стимулировали многодетность и, следовательно, не могли быть эффективны в современных условиях. Правительственное Постановление от января 1981 г. переместило акцент, распространив многочисленные поощрительные меры на рождения низких очередностей .

В российской демографической литературе не существует общепризнанной оценки, в какой мере эволюция рождаемости в 1980-х гг. была вызвана именно активизацией демографической политики. В терминах очередности деторождения изменения коснулись прежде всего вероятностей рождения второго ребенка. По нашим расчетам, соответствующая вероятность увеличения семьи возросла более чем на 0,1, достигнув уровня, не отмечавшегося с 1960-х гг. В значительно меньшей мере была также затронута вероятность рождения третьего ребенка, тенденция к снижению которой оказалась задержана. В целом, в конце 1980-х гг. (обыкновенный) СКР быстро возрастал, достигнув максимума 2,13 в 1988 г. и в течение двух календарных лет превышал уровень простого воспроизводства (см. рис. 9.3). Заметим, однако, что более точная оценка СКР, построенного по специальной таблице рождаемости, составляет 2,09 (1988 г.), т.е. лежит ниже уровня простого воспроизводства .

Несмотря на поддержание активной демографической политики, тем не менее дезорганизация экономики, ощущавшаяся уже в конце 1980-х гг., и глубокий социально-экономический кризис, разразившийся после распада СССР, не могли не сказаться на их результативности, обнаружив прежде всего недостаточность чисто монетарной поддержки. Государство, утратившее контроль над экономикой, утратило и возможность гарантировать женщине долгосрочное наличие рабочего места, свободные от инфляции накопления, сохранение практически бесплатного жилища. Изменился кроме того и тон государственной пропаганды, которая в 1980-е гг .

не только подчеркивала социальные и психологические преимущества деторождения, но и недвусмысленно подтверждала положительный интерес государства и его обязательства к поддержке. В 1990-е гг., акцент стал делаться на «свободу выбора», осуществляемого каждой семьей независимо, при нейтральной позиции государства .

Падение рождаемости в 1990-е гг. (см. рис. 9.3) выразилось в небольшом, но ощутимом увеличении бездетности гипотетических поколений, возобновлении долгосрочной тенденции снижения вероятности рождения третьего ребенка (задержанной мерами демографической политики 1980-х гг.) и в резком падении вероятности рождения второго ребенка: амплитуда ее падения в 1989–1994 гг. примерно вдвое превышала прирост, достигнутый в 1980-е гг. В целом, население сделало зримый шаг к принятию однодетной модели семьи в противоположность двухдетной господствующей в 1980-е гг. Можно говорить об ускорении долгосрочных тенденций снижения рождаемости в ходе демографического перехода, несомненно, на наш взгляд, обусловленном кризисом 1990-х гг .

Интересно, что падение рождаемости в 1990-е гг. протекало параллельно со значительным уменьшением частоты абортов. К 1996 г. суммарный коэффициент частоты абортов снизился, по официальным данным, до 2,34. Хотя качество статистического учета абортов в последние годы несомненно понизилось (в связи с развитием частной врачебной деятельности, а также распространением абортов в очень ранние сроки беременности, в частности, средствами абортирующих таблеток), можно определенно говорить о снижении уровня абортов. Сказалось прежде всего интенсивное распространение внутриматочной контрацепции (ВМС) — доля женщин 15–49 лет с установленным ВМС превысила, по оценкам, 25% .

Современный уровень рождаемости России лежит в диапазоне западноевропейских населений, определенно приближаясь к его нижней границе. В середине 2001 г. только в бывших социалистических странах Восточной Европы, Латвии, Украине, Словении и Испании СКР был ниже уровня России. В странах же, традиционно лидирующих в долгосрочной тенденции снижения рождаемости (таких как скандинавские страны, Англия и Уэльс) СКР не опускался ниже 1,5 на протяжении последних 20 лет, причем примеры СКР, превышающего 2,0, нередки .

9.4.2. Современные особенности рождаемости в России Анализ современной российской рождаемости в терминах гипотетических поколений позволяет выявить ряд интересных особенностей, во многом отличающих сегодняшнее репродуктивное поведение населения нашей страны от населений Запада, несмотря на близость суммарных коэффициентов рождаемости. Мы остановимся на них кратко .

В России, безусловно, преобладает малодетная (1–2-детная) семья .

Уже начиная с 1970-х гг., вероятность рождения третьего ребенка была одной из самых низких из когда-либо зарегистрированных в Европе, а к настоящему времени значительно ниже уровней западноевропейских стран. Например, в Западной Германии (1985 г.) при СКР, равном 1,28, вероятность рождения третьего ребенка составила 0,31, в Италии (1988 г.) — 0,23 при СКР, равном 1,421, странах с более высоким СКР (таких, как Франция и США) она поднимается до 0,45. По оценкам, вероятность рождения третьего ребенка в России опустилась с 0,29 в 1989 г. (рассчитанный по специальным таблицам рождаемости СКР, равном 1,98) до 0,16 в 1994 г. (Андреев и др., 1998, С. 82). Иными словами, посвящение себя «семейной карьере» никак не характерно для российских женщин .

Преобладание малодетной семьи в России имеет и другую сторону:

низкий уровень бездетности. Значительная доля женского населения Западных стран (особенно это относится к белому населению США, Западной Германии, Швейцарии) остается бездетной. Это не только неимущие слои населения, которые часто не могут себе позволить обзавестись детьми, но часто и женщины с высоким образованием, предпочитающие хорошо оплачиваемую профессиональную карьеру. Уровень бездетности в гипотетических поколениях достигает 20–30% даже при суммарном коэффициенте рождаемости значительно превышающем СКР России .

В России же репродуктивное поведение практически независимо от принадлежности к той или иной имущественной или социальной группе, ориентировано на обязательное рождение ребенка. Основываясь еще на обследованиях рождаемости конца 1960-х гг., В.А Борисов отмечал, что «рождение первенца мало зависит от каких-либо материальных условий жизни» (Борисов, 1976, С. 105). Аналогичное заключение справедливо и по данным микропереписи 1985 г. По оценкам, уровень бездетности сохранялся почти неизменным (около 5–7%) на протяжении 1970-х и 1980-х гг. Можно было бы ожидать, что в период социальноэкономического кризиса 1990-х гг. бездетность резко возрастет, разделив, пo-существу, российское население на тех, кто может себе позволить в настоящий момент обзавестись детьми, и тех, кто нет. Однако этого не произошло. Уровень бездетности поднялся лишь до 11–12% .

Столь низкий уровень бездетности не может не быть сопряжен с ранним началом деторождения. Действительно, смещение российской рождаемости к молодым возрастам постоянно подчеркивается в демографической литературе. На рис. 9.1 разница между возрастными кривыми России и Западной Германии (с примерно одинаковым СКР, равными 1,4) разительна. В главном, она сводится к разнице во времени рождения первого ребенка: в России средний возраст матери составляет 22–23 года, в Германии — около 26 лет. Подобное же позднее начало деторождения характерно и для других западноевропейских странах, даже для тех, где рождаемость сравнительно высока (например, во Франции в 1989 г. — 26,8 при СКР, равном 1,87) .

В целом, устойчивое снижение рождаемости, наблюдавшееся в Западной Европе с конца 1960-х гг., шло параллельно со смещением рождаемости первенцев к старшим возрастам, т.е. с откладыванием начала деторождения, а также откладыванием заключения первых браков (заметим, что в годы повышения рождаемости — конец 1940-х и начало 1950-х гг. — тенденция в календаре рождений была прямо противоположной). Под воздействием этого увеличивался итоговый уровень бездетности в гипотетических поколениях. В России же быстрое снижение рождаемости 1960-х гг. шло параллельно с ее омоложением и, по-видимому, с уменьшением бездетности .

В России с середины 1990-х гг. преобладающая малодетная семья — это семья однодетная. Доля женщин с итоговым числом рождений, равным 1, приближается в гипотетических поколениях к 50%, что существенно выше, чем в западноевропейских странах (30–35%, см. пример на рис. 9.2). По вероятности рождения второго ребенка (около 0,46) Россия опустилась ниже известных из литературы оценок для населения Запада. По-видимому, падение рождаемости в основном выразилось в откладывании, в том числе и на неопределенный срок, рождения второго (а не первого, как это можно было бы предположить, судя по западным примерам) ребенка. Можно поэтому ожидать, что интергенетический интервал между рождениями первого и второго ребенка в России более длителен чем в западноевропейских населениях (где он, по имеющимся оценкам, составляет около 3-х лет). Хотя прямых данных к такому заключению не имеется, косвенные оценки подтверждают это .

Заметим в заключение, что было бы неверно считать, что, говоря о рождаемости, Россия всегда стояла и стоит изолированно от европейского «ансамбля» наций .

Во-первых, хотя населения Запада и сохраняют общие черты не присущие современному российскому населению, рождаемость европейских населений существенно разнится от страны к стране. Франция, например, обладает сравнительно низким уровнем бездетности, сравнимым с российским (при значительно большем СКР). Во-вторых, и в главном, современные черты рождаемости в России (такие, как малая бездетность, смещение деторождения к молодым возрастам) разделяли с ней многие бывшие социалистические страны Восточной Европы (например, Восточная Германия), а некоторые из них (судя по имеющимся оценкам, например, Венгрия, прибалтийские республики) сохранили, подобно России, эти черты и в первой половине 1990-х гг. Нельзя поэтому говорить об особом российском типе рождаемости. Но нельзя и считать, что принципиальные отличия в социально-экономическом строе не отражаются на репродуктивном поведении населения, на протекании демографического перехода в той или иной стране .

9.4.3. Региональные особенности рождаемости в России Неоднородность населения бывшего Советского Союза по уровню рождаемости и характеристикам репродуктивного поведения постоянно обсуждалась как в профессиональной демографической литературе, так и в политических публикациях. Признавалось наличие двух типов рождаемости на территории страны (см. подробнее Вишневский и Волков, 1983, глава 3.4). Напротив, население России в современных границах, no-существу, демографически однородно. В среднем, различия регионов по суммарному коэффициенту рождаемости не выходят за пределы таких европейских стран, как Италия или Франция. Однако рождаемость некоторых регионов существенно отличается от рождаемости страны в целом, демонстрируя черты более ранней фазы демографического перехода, сравнимые с чертами, характерными для России в целом в 1960-е гг .

В основном эти отличия связаны с различиями репродуктивного поведения у разных народов нашей страны и, следовательно, соотносятся с этническим составом населения регионов, но зависят также от их уровней урбанизации и от общей ориентации экономического развития .

Региональные различия в уровне рождаемости в России в 1990-е гг .

в основном повторяют различия, наблюдавшиеся в 1970-е и 1980-е гг., хотя общероссийский уровень рождаемости за эти годы претерпел значительные изменения. В большинстве регионов рождаемость близка к средней по стране, отклоняясь по уровню СКР не более чем на 0.15 ребенка на женщину. Особо низкие уровни рождаемости отмечаются в Центральном экономическом районе, Ленинградской, Мурманской и Магаданской областях. Ниже общероссийского уровня лежат также суммарные показатели рождаемости Северного и Северо-Западного района, Среднего Поволжья, индустриальных областей Урала и Западной Сибири, включая и некоторые национальные республики, и территорий российского Дальнего Востока. Несколько выше общероссийского уровня рождаемость ряда областей Центра и Нижнего Поволжья, большинства национальных республик европейской территории страны, краев и ряда областей Сибири1 .

Этнический фактор не играет определяющей роли в выше упомянутых региональных различиях. Скорее, существенна здесь общая экономическая структура активного населения региона (например, структура трудовых ресурсов по отраслям квалификации и профессиональной подготовке) и, следовательно, масштаб и специфика проявления экономического кризиса на данной территории: уровень сокращения производства и масштаб безработицы, возможность прибегнуть к альтернативным источникам доходов, к подсобным промыслам, объемы имеющихся личных накоплений, уровень заболеваемости и состояние медицинского обслуживания и т.п .

Столичные города — Москва и, особенно, Санкт-Петербург — исторически отличались от страны в целом по многим социально-экономическим и демографическим показателям, в частности, обладали существенно более низким уровнем рождаемости. По данным микропереписи С 2000 г. статистика дается не по экономическим районам, а по 7 федеральным округам. В 2001 г. наиболее высокой рождаемость была в Южном федеральном округе (10,4‰), наиболее низкой — в Центральном федеральном округе (8,0‰) .

Что касается областей и республик России, то наиболее высокой она была в Республике Ингушетия (18,9‰), Республике Дагестан (17,7‰) и Республике Тыва (16,1‰), наиболее низкой — в Тульской области (7,1%), Ленинградской, Рязанской, Смоленской и Пензенской областях, в которых общий коэффициент рождаеомсти составил 7,3‰, против среднероссийского в 9,1‰ .

1994 г. можно установить и менее заметные отличия: более высокую долю бездетных (около 20% в гипотетическом поколении 1993 г. в СанктПетербурге), позднее начало деторождения (средний возраст при рождении первенца примерно на 2 года выше, чем в стране в целом), очень низкая пропорция двухдетных семей при практическом отсутствии трехдетных .

На другом полюсе находятся регионы с уровнем рождаемости, значительно превышающим общероссийский. Это, прежде всего, национальные республики Восточной Сибири, нижней Волги и Северного Кавказа, с низкой долей этнически русского населения, а также примыкающие к ним территории. Особенно высокий уровень рождаемости наблюдается в Дагестане и Туве, где даже в 1990-е гг. СКР превышал отметку 2,0 .

Во многих национальных республиках высокая рождаемость обеспечивается высокой долей многодетных семей, характерной для ранней стадии демографического перехода (вероятность рождения третьего ребенка в этих республиках превышает 0.3, достигая около 0,5–0,6 в Туве и Дагестане, т.е .

поднимаясь до общероссийского уровня начала 1960-х гг.). Кроме того, в сибирских республиках отмечается чрезвычайно низкий уровень бездетности, по существу достигающий биологического минимума (3–4 % в Туве) при очень раннем начале деторождения. Столь низкий уровень бездетности никогда не был зарегистрирован на общероссийском уровне, но, по оценкам, был характерен для населения Китая 1970-х и 1980-х гг .

В заключение подчеркнем, что наметившийся в последние годы (2000– 2001 гг.) небольшой подъем рождаемости в России (с 1,215 млн. рождений в 1999 г. при общем коэффициенте 8,3‰ и СКР в 1,17 до 1,267 млн. в 2000 г .

и 1,312 млн. в 2001 г. при общем коэффициенте в 9,1 и СКР в 1,22) является явно недостаточным и обусловлен, в частности, «эффектом отложенных рождений», как и рядом других структурных факторов, и, скорее всего, будет кратковременным, если не изменить современные стереотипы по репродуктивному поведению российского населения и политику государства в отношении рождаемости .

ЛИТЕРАТУРА

1. Андреев Е.М., Баркалов Н.Б. Таблицы рождаемости по очередности рождения. Вопросы статистики, 1999. №5 .

2. Андреев Е.М., Дарский Л.Е., Харькова Т.Л. Демографическая история России: 1927–1959. М.: Информатика, 1998 .

3. Борисов В.А. Перспективы рождаемости. М.: Статистика, 1976 .

4. Вишневский А.Г. Методы количественного анализа рождаемости // Методы исследования / Под ред. Л.Л. Рыбаковского. М.: Мысль, 1986 .

5. Народонаселение. Энциклопедический словарь. М.: Большая Российская энциклопедия, 1994 .

6. Современная демография / Под ред. А.Я. Кваши, В.А. Ионцева. М: Изд-во МГУ, 1995 .

7. Avdeev A., Monnier A. A la dcouverte de la fcondit russe contemporaine .

Population. № 49 (4–5). P. 859–901 .

8. Barkalov N., Dorbritz J. Measuring period parity-progression ratios with competing techniques. An application to East Germany. Zeitschrift fr Bevlkerungswissenschaft. № 21 (4). P. 459–505 .

9. Brass W. Cohort and time period measures of quatum fertility: concepts and

methodology. In: H. Becker (ed.) Life histories and generations. Vol. II:

455–476. Utrecht: The Nethelands Institute of Advance Studies in the Humanities and Social Sciences, 1990 .

10. Easterlin R., Crimmins E. The fertility revolution: a supply-demand analysis .

Chicago: University of Chicago Press, 1985 .

11. Smith D. Formal demography. N.Y.: Plenum Press, 1992 .

12. Patterns of fertility in low-fertility settings. ST/ESA/SER.A/131. N.Y.: UN Population Division, 1992 .

ГЛАВА 10

БРАЧНОСТЬ

10.1. ОПРЕДЕЛЕНИЯ И ПОНЯТИЯ Интерес демографов к браку традиционно считался вторичным по сравнению с анализом рождаемости. Однако, перемены, происходящие с институтом брака, трансформация процессов брачности во второй половине XX века усилили интерес к анализу брачности .

В данном параграфе мы рассмотрим несколько понятий, необходимых нам в разговоре о брачности .

Брак — санкционированная и регулируемая обществом форма отношений между мужчиной и женщиной, определяющая их права и обязанности по отношению к друг другу и к детям .

В зависимости от целей исследования и способа сбора статистических данных брак может признаваться существующим либо в том случае, когда он зарегистрирован (государственными органами, церковью), либо вне зависимости от регистрации .

Приведем некоторые определения категорий, которые мы будем использовать в дальнейшем при анализе брачности .

Брачность — это процесс образования супружеских пар в населении .

Бракоспособное население — это совокупность мужчин и женщин, потенциально способных вступить в брак, то есть не состоящих в браке и находящихся в возрасте старше брачного совершеннолетия. Состояние здоровья или юридические запреты могут быть ограничением бракоспособности. Однако при оценке бракоспособного населения ими, как правило, пренебрегают .

Брачная когорта — это совокупность лиц, вступивших в брак в один и тот же период, например, в один календарный год .

Брачное состояние — статус мужчины или женщины, связанный с нахождением ими в той или иной брачной категории. Брачные категории можно проклассифицировать в зависимости от правовых норм и статистической практики в стране. Существуют состоящие и не состоящие в браке мужчины и женщины, которых можно отнести к следующим брачным категориям: женат (замужем), сожительствующий (ая) *, одинокий (ая), вдовец (вдова), разведен (а), разошедшийся (аяся)* .

Брачные категории, выделенные звездочкой *, относятся не к правовым категориям, а к социальным, и не отслеживаются текущей статистикой. Социально-демографические обследования и частично переписи населения учитывают эти категории (например, переписи населения СССР в 1979 и в 1989гг. включали брачную категорию «разошелся» («разошлась)») .

Брачный возраст — возрастные границы, в пределах которых закон (обычай) допускает вступление в брак. Чаще законодательно ограничивается минимальный брачный возраст, начиная с которого браки разрешены .

Минимальный брачный возраст колеблется в пределах от 12 лет до 21 года, для женщин он меньше (или равен), чем для мужчин. В России этот возраст равен 18 годам для мужчин и женщин .

Безбрачие — отсутствие факта вступления в брак в течение всей жизни индивидуума. Безбрачие может быть вынужденным (физиологические причины, религиозные причины) и добровольным. Если мы учитываем только юридические браки, доля добровольного безбрачия будет выше .

Уровень безбрачия в той или иной демографической когорте определяется долей лиц в этой когорте, не вступивших ни разу в брак к определенному возрасту. Возрастной порог обычно устанавливают в 50 лет, что связано с конечным порогом репродуктивного возраста. Однако, процесс постарения населения и социальный интерес к бракам в старших возрастах может сформировать второй возрастной порог для анализа, например, 70 лет .

Воспроизводство брачной структуры населения — совокупность процессов брачности, овдовения и разводимости или динамика изменения брачных состояний мужчин и женщин .

Календарь брачности — распределение вступающих в брак по возрасту в реальных поколениях .

Матримониальное поведение — поведение индивидуума на брачном рынке, нацеленное на заключение брака (или расторжение брака) .

Овдовение — прекращение брака по случаю смерти одного из супругов .

Развод — юридическое прекращение брака по заявлению супругов или одного из супругов. Фактическое прекращение брака (в отличие от юридического) формирует брачную категорию «разошедшиеся» .

10.2. ФОРМЫ БРАКА Достаточно сложно представить себе единую классификацию форм брака, так как в основе различных форм брака лежат свои критерии дифференциации брака. Экономические, религиозные, юридические, социокультурные мотивы, переплетаясь, определяют различные формы брака .

Человечество «придумывает» различные формы брака, чтобы выжить и воспроизвести себя. Религиозные брачные предписания, как правило, являлись в социуме неким рациональным выводом из экономических, демографических и социальных мотивов и препятствий для выживания человека .

Критерий юридического оформления и общественного признания брака порождает такие формы брака, как юридический брак и фактический брак или консенсуальный союз .

Вставка 10.1. По свидетельствам этнографических источников, в древности распространены были различные формы брака, связанные с недостаточной численностью женщин или с недостаточной численностью мужчин. Высокая смертность женщин при родах и девочек, порождая «дефицит невест», приводила к распространению такой формы брака, как полиандрия — несколько мужей у одной женщины. Высокая смертность мужчин в результате войн, порождая «дефицит женихов», приводила к полигинии — несколько жен у одного мужчины. В большинстве современных стран распространен парный брак — у мужа только одна жена, у жены только один муж .

Полигиния, например, и в наше время в большей степени распространена в тех странах, где жену по обычаю «покупают». Если жених не имеет достаточно имущества, то он и не имеет возможности заключить брак. Богатые мужчины «покупают» себе больше жен на избыточном брачном рынке. Снижение зависимости людей от религиозных предписаний и природных циклов в современном мире ослабляет жесткую необходимость придерживаться той или иной формы брака (например, полигинии), сглаживает сезонные колебания брачности — массовое заключение браков в периоды после сбора урожая, практическое отсутствие брачных церемоний в периоды религиозных постов .

Возможность заключать несколько браков в течение жизни приводит к существованию последовательного полигамного брака. Полигамия (многобрачие), вероятно, была распространена на ранних стадиях развития человечества. Средние века характеризовались наличием моногамного брака (единобрачие), призванного сохранить накопленное имущество домохозяйства и поддержать принцип передачи наследства от поколения к поколению. В настоящее время с ростом числа разводов и повторных браков принцип моногамии ослабевает. Правда, мы не применяем термин «полигамия» к современной ситуации. Однако в связи с появлением социальной возможности заключать несколько браков на протяжении жизни возникают новые термины: по очередности брак может быть первым или повторным (вторым, третьим и т.д.) .

Интересно, что средняя продолжительность браков сохраняется в течение ряда столетий: раньше брак прерывался смертью одного из супругов, а в настоящее время высока вероятность развода .

Консенсуальный брак — брак, в котором мужчина и женщина сожительствуют друг с другом, но юридически не оформляют свой брак. Информация о наличии таких браков собирается в процессе проведения переписи населения или социологического обследования на основе самоопределения мужчин и женщин. Обязательным условием признания такого брака является проживание супругов в совместном домохозяйстве, эпизодические встречи сексуальных партнеров не могут считаться консенсуальным браком. Вторым условием признания такого брака является его длительность, однако, установить четкие временные рамки в данном случае не представляется возможным, поэтому это условие считается относительным .

Синонимами консенсуального брака являются следующие понятия:

фактический брак, гражданский брак, нерегистрируемый брак, консенсуальный союз, сожительство .

Современные причины роста доли фактических браков заключаются в целом ряде причин. В частности, экономическая независимость женщин, развитие медицины и контрацепции изменили систему ценностей у людей, трансформировали институт брака, провоцируя рост консенсуальных союзов. Относительно мотиваций и характеристик супругов, заключающих консенсуальный союз, можно выделить следующие браки. Пробные браки заключаются для того, чтобы партнеры лучше смогли узнать друг друга до брака. «Студенческие» браки формируются в молодых возрастах — молодежь учится, делает карьеру, накапливает капитал для заключения официального брака, создания семьи и рождения детей. «Взрослые» браки формируются среди людей старшего возраста (после 40 лет), не считающих юридическое оформление брака необходимым по тем или иным причинам, для совместного проживания, рождения и воспитания детей. Как правило, эти браки являются повторными .

Вставка 10.2. В разных культурах консенсуальные браки имели различный статус, определенную мотивацию и характеристики супругов. В Древнем Риме были распространены консенсуальные браки — конкубинат (от лат. con — вместе, cubo — лежу) — вследствие запрета сочетаться законными узами людям из разных социальных сословий. Конкубинат был отражен в законодательстве императора Августа: конкубина (супруга) не получала сословных привилегий брачного партнера, а рожденные ею дети не получали привилегий отца. В Советском Союзе в 1926 – 1944 гг. консенсуальные браки с точки зрения юридических последствий были приравнены к законным. Л.Е. Дарский, например, отождествляет современный консенсуальный брак с церковным браком, придавая ему статус признания со стороны конфессии (I, с. 187). В современном российском кодексе о браке фактический брак не порождает юридических прав и обязанностей супругов .

Говоря о формах брака, следует вспомнить и гомосексуальные браки, имеющие в ряде стран полноценный юридический статус (например, в странах Северной Европы, в Нидерландах, во Франции и т.д.), а супруги полноценные юридические права. С демографической точки зрения такие браки менее интересны, так как не могут быть институтом воспроизводства человека, а лишь институтом воспитания уже имеющихся детей .

10.3. ТИПЫ БРАЧНОСТИ Социально-экономические мотивы объясняют не только существование различных форм брака, но и возникновение определенных типов брачности в населении с присущими им характеристиками. Если в древности почти все бракоспособное население вступало в брак, возраст вступления в первый брак был низким и уровень безбрачия в населении был очень незначительным, то с XV века, по мнению Дж. Хаджнала, формируется европейский тип брачности (Хаджнал, 1979), для которого характерны более поздние браки и более высокая доля безбрачия в населении. Высокий возраст вступления в брак был особенно характерен для мужчин, так как им необходимо было накопить первоначальный капитал для создания семьи, то есть создать экономическую базу для формирования нового домохозяйства. Средний возраст вступления в первый брак для средневековых европейских мужчин — 28 лет, для средневековых женщин — 25 лет .

Строго говоря, под европейским типом брачности Дж. Хаджнал понимает западноевропейский тип брачности, ибо доля окончательного безбрачия в странах восточной Европы была очень низка (не более 5%), а средний возраст вступления в первый брак относительно низок (около 21 года). Таким образом, мы имеем примеры западноевропейского (европейского) типа брачности (Франция, Голландия, Германия, Швеция, Испания, Финляндия и другие страны) и восточноевропейского типа брачности (Босния, Болгария, Россия, Румыния, Сербия). В странах с западноевропейским типом брачности существенная доля населения не вступает в брак на протяжении всей жизни: доля окончательного безбрачия равна в среднем по странам 15% для мужчин и 17% для женщин при том, что доля безбрачия не снижается ниже 10%. А в восточноевропейских странах не состоящих в браке практически нет. В возрастах 20–24 года в европейских странах около 75% женщин еще не замужем, тогда как в восточноевропейских странах в этой возрастной группе 75% женщин уже состоят в браке. Можно выделить и так называемый промежуточный тип (Венгрия, Греция), который имеет промежуточные характеристики доли безбрачия и среднего возраста вступления в брак. Уровень окончательного безбрачия считается низким, когда менее 5% женщин вообще не вступает в брак, средним — при 5–9% и высоким при 10% и более. Средний возраст вступления в первый брак для женщин считается низким, если женщина вступает в брак до 21 года, средним — в 21–23 года, высоким — в 24 и более лет .

Характеристики брачности неевропейских стран1 приближены или превосходят характеристики восточноевропейских стран: доля не состоящих в браке в возрастной группе 20–24 года менее 20%, в возрастной группе 45–49 — менее 2%. Такой тип брачности считается традиционным .

Современные типы брачности имеют схожую структуру, выделяются страны с так называемым западноевропейским, восточноевропейским, азиатским и латиноамериканским типами брачности. Внутри каждого типа существуют свои подтипы, характеризующие особенности брачности в том или ином регионе. Например, азиатский тип брачности включает в себя традиционный тип брачности и японский тип брачности; Север, Центр и Юг Западной Европы демонстрируют свои нюансы в процессах формирования браков .

Под неевропейскими странами Дж. Хаджнал понимает азиатские и африканские страны .

Мы будем использовать следующую укрупненную терминологию в типологии современной брачности: европейский тип брачности, азиатский тип брачности (с низкой долей безбрачия, низким возрастом вступления в брак для женщин) и латиноамериканский тип брачности (с высокой долей фактических браков). Но это достаточно условное выделение, так как существует значительный разброс характеристик брачности в азиатских и латиноамериканских странах. Многообразие брачного поведения в африканских странах (и определения понятий «семья», «брак», «домохозяйство») не позволяет определить единый тип брачности. Кроме того, незарегистрированные браки часто не поддаются строгому статистическому учету, попытки анализа таких браков наталкиваются на определенные трудности, связанные со сбором данных и с интерпретацией понятия незарегистрированный брак. В современной Европе также наблюдается рост доли незарегистрированных браков, что затрудняет анализ трансформации типов брачности .

Причем, если азиатский тип брачности по характеристикам является прямой противоположностью европейского типа брачности, то латиноамериканский тип брачности заключает в себе несколько иные критерии оценки — помимо возраста вступления в брак и доли безбрачия анализируется также доля консенсуальных (незарегистрированных) браков. Высокая доля таких браков является признаком данного типа брачности .

Доля женщин, состоящих в консенсуальных союзах в возрастной группе 15–49 лет (данные переписей, FPC и DHS обследований, начало 1990-х гг.) колеблется от 59,7% в Доминиканской Республике до 11,6% в Чили. Причем, кроме Мексики (15,3%), Бразилии (15,3%), Чили и Уругвая (12,6%) остальные страны демонстрировали величину этого показателя, превышающую 21% (Коста–Рика, Аргентина, Боливия) и даже 30% (Куба, Сальвадор, Никарагуа, Гондурас, Гватемала и другие страны). А для возрастной группы 15–24 года этот показатель в ряде стран превышал 70% (Доминиканская Республика, Сальвадор, Панама). Динамика доли женщин, состоящих в консенсуальных союзах, оставалась достаточно стабильной на протяжении 1970-х – 1990-х гг. По социально-демографическим характеристикам это женщины, среди которых больший процент составляют молодые женщины, сельские женщины, женщины с относительно низким уровнем образования и более ранним возрастом вступления в первый брак (Gubry, 1984, С. 941–949) .

По темпам изменения характеристик брачности выделяют также так называемый японский тип брачности: значительный и быстрый рост возраста вступления в брак (21,1 год в 1925 г. и 25,1 год в 1980 г.) сопровождался относительно низкой долей окончательного безбрачия (4,4% в 1980 г.). Подобные изменения наблюдались в 1980-х гг. в Гонконге, Малайзии, Сингапуре, Тунисе, Шри-Ланка и Южной Корее (см. Тольц, 1984, С. 146–148) .

В 1990–е гг. наблюдалось сближение японского типа брачности с европейским. Например, доля окончательного безбрачия для японских женщин в 1995 году составила 5,3%, а возраст вступления в первый брак — 27,2 года (для мужчин эти цифры равны 9,1% и 30,5 лет, соответственно) .

Характеризуя современные типы брачности, помимо среднего возраста вступления в первый брак для женщин, анализируют также средний возраст вступления в первый брак для мужчин и разницу в этих показателях по полу (гендерный разрыв). Для развитых регионов современные показатели среднего возраста вступления в первый брак соответствуют 27,9 годам для мужчин и 25,2 года для женщин, для менее развитых регионов — 24,9 и 21,4 года, соответственно. Если исключить феномен распространения консенсуальных браков в странах Латинской Америки, затрудняющих сравнительный анализ «ранних» и «поздних» браков по регионам, то из 20 стран с самым низким показателем среднего возраста вступления в первый брак для мужчин девять стран принадлежат азиатскому региону, пять — африканскому, три — латиноамериканскому. Из 20 стран с низким показателем среднего возраста вступления в первый брак для женщин пятнадцать стран принадлежат африканскому региону (самый низкий показатель в Демократической Республике Конго — 16,6 лет) (см. табл. 10.1) .

Существенный гендерный разрыв (разница показателей по полу более чем 5 лет) также в основном характерен для африканского региона (16 стран из 20 стран с наибольшим гендерным разрывом), особенно для западноафриканского региона, и отсутствует в европейском и североамериканском регионе .

Доля 15–24-летних женщин и мужчин уже вступивших в брак также велика преимущественно в африканском регионе (наивысшие показатели:

в возрастной группе 15–19 лет в браке состоят 74% женщин в Демократической Республике Конго и 13,5% мужчин в Непале) .

Россию по возрасту вступления в первый брак и уровню безбрачия скорее можно отнести к азиатскому (у Дж. Хаджнала к восточноевропейскому) типу брачности. К концу XIX века 85% женщин и 66% мужчин вступали в брак до 26 лет. По данным переписи населения 1926 года, средний возраст вступления в брак составлял 20,4 года у женщин и 22,4 года у мужчин (I, С. 51) (о современных тенденциях российской брачности см. далее) .

В 40–60-х гг. XX столетия многие европейские страны (и США) отошли от европейского типа брачности с поздними браками и высокой долей безбрачия в населении. Создалось впечатление, что европейский тип брачности изжил себя, мотивы его воспроизводства исчерпали себя. Но, вероятно, это были лишь кратковременные последствия сексуальной революции, упрощения взглядов на брак, усиленные влиянием Второй Мировой войны .

Табл. 10.1. Страны с самыми низкими показателями расчетного среднего возраста вступления в первый брак (SMAM) и самым большим гендерным разрывом в SMAM Средний возраст вступления в первый брак Разница в SMAM (SMAM), лет Регион по полу мужчины женщины Ангола(19,4) Буркино–Фасо (8,6) Буркино–Фасо (18,9) Камерун (6,5) ЦАР (19,4) Чад (6,5) Чад (18,0) Конго (8,6) Конго (18,4) Кот-д’Ивуар (7,2) Малави (23,5) Д.Р. Конго (16,6) Д.Р. Конго (8,6) Мозамбик Эритрея (19,6) Эритрея (5,7) (22,6) Гамбия (19,2) Гамбия (9,2) Нигер (23,9) Африка Гвинея (18,8) Гвинея (7,3) Сан-томе и Малави (18,4) Либерия (6,5) Принсипи (23,0) Мали (18,4) Мали (7,5) Уганда (22,5) Мозамбик(18,0) Мавритания (7,7) Нигер (17,6) Нигер (6,9) Сан-Томе и Нигерия (8,1) Принсипи(17,8) Сенегал (8,1) Уганда (18,2) Судан (6,4) Китай (23,8) Индия (23,9) Афганистан (17,8) Киргизстан (23,9) Бангладеш (18,1) Мальдивы (23,2) Афганистан (7,5) Азия Индия (19,3) Бангладеш (6,8) Непал (22,0) Мальдивы (19,1) Таджикистан (23,1) Непал (18,8) Туркменистан (23,8) Узбекистан (23,3) Европа Молдавия (23,3) Северная Украина (24,0) Америка Сан–Марино (22,2) Латинская Куба (23,5) Америка и Гватемала (23,8) Монтсеррат (8,3) Карибы Гондурас (23,8) Маршалловы Океания Науру (7,3) острова (23,7) Источник: World Marriage Patterns 2000 // Population Newsletter, Dec. 1999. № 68 .

P. 13–15 .

Современные тенденции брачности в европейских странах (начавшиеся со второй половины 1960-х гг.) наталкивают нас на мысль об устойчивости европейского типа брачности и воспроизводящих его мотивов. Социо-культурные традиции в регулировании брачного поведения и рационализм поведения европейской культуры вызвали повышение уровня безбрачия и возраста вступления в первый брак .

10.4. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ БРАЧНОСТИ Серьезное влияние экономических причин на развитие определенных форм брака породило экономические концепции, использующие свой инструментарий для объяснения экономической природы брачных отношений, рациональности поведения индивидуумов на брачном рынке .

В рамках концепций демографического перехода исследуются макроэкономические факторы демографических изменений (К. Дэвис, Дж. Блейк, Ф. Ноутстайн, А. Ландри, Ж. Буржуа–Пиша), среди которых присутствуют и изменения в процессах брачности. Переход от аграрной экономики к индустриальной разрушил рациональность принципов патриархальной семьи и патриархального брака. Семьи становятся нуклеарными, многодетность перестает быть выгодной .

Поскольку вопрос о том, какие факторы влияют на процессы брачности, выходит за рамки демографической науки, социологи, историки, экономисты предлагают свою трактовку факторов брачности. Так как выбор брачного партнера происходит на микроуровне, микроэкономические концепции предлагают свою интерпретацию этого вопроса. Наибольший интерес представляет неоклассическая теория «новой экономики домохозяйства», включающая проблему выбора партнера на брачном рынке, проблему оценки брачного капитала (Г. Беккер). Кроме того, существует современная институциональная (Р. Поллак, М. Уоткер) и феминистская критика этой концепции (Ф. Вулли, П. Инглэнд, М. Уоринг) .

Беккер полагает, что в каждом домашнем хозяйстве производятся такие блага, как дети, любовь, уважение, чувственные удовольствия (см. Беккер, 1994). Эти блага обладают для членов семьи определенной полезностью, для их производства затрачиваются семейные ресурсы, включая время самих членов семьи. Таким образом в браке создается специфический семейный капитал (доход), который является стимулом для заключения брака. Партнеры на брачном рынке имеют определенное качество (а следовательно и цену). Эффективный брачный рынок приводит к заключению браков между партнерами равного качества .

Развитие контрацепции, вовлечение женщин в производство, социальная поддержка семей с детьми, развитие трудосберегающих предметов домашнего потребления изменяют предпочтения брачных партнеров в отношении заключения брака или оформления развода, меняют предпочтения семей в отношении рождения детей, повышают цену времени, которое затрачивает женщина в домашнем хозяйстве (Г. Беккер, Р. Истерлин, Т. Шульц) .

Методический аппарат трансакционной экономической теории, примененный к изучению домашнего хозяйства, дает новые возможности анализа. Внутренняя организация и структура семьи анализируется по аналогии с деятельностью фирмы. Семья перестает быть единицей анализа, имеющей свои предпочтения, появляется возможность рассматривать распределение ресурсов внутри семьи. Более того, сами предпочтения могут быть переменной величиной наравне с возможностями, определяемыми рыночными ценами. Брак рассматривается как отношенческий контракт (подобно долгосрочному контракту, который заключают фирмы, идущие на слияние) (см. Поллак, 1994) .

Феминистки также отрицают однородность домашнего хозяйства, утверждая, что консенсус может достигаться в семье посредством принуждения членов семьи. Женщины чаще находятся в роли принуждаемых в силу социально распределенных ролей, по причине дискриминации их на рынке труда, что влияет на их совокупные доходы. Отрицается единство брачного капитала (дохода) и признание за мужчиной роли семейного «альтруиста», акцентируется внимание на распределении труда в семье, труд женщин в домохозяйстве признается «невидимым» и недооцененным. Дети рассматриваются не только как благо, но и как ограничение в процессе принятия индивидуальных решений членов семьи, особенно женщин. Заключение брака связывается в первую очередь с изменением статуса мужчины и женщины. Традиционный брак рассматривается как институт принуждения, усиливающий распределение ролей для мужчин и женщин: «муж», «жена», «мать» (см. Вулли, 1994) .

10.5. ПОКАЗАТЕЛИ БРАЧНОСТИ Помимо основной статистической классификации показателей (используемой и в анализе процессов брачности), оперирующей такими измерителями, как коэффициенты, вероятности, частоты и индексы, предложим некую классификацию, на наш взгляд более точно отражающую возможности анализа брачности .

Индикаторы, используемые для анализа брачности, можно условно разделить на следующие группы: абсолютные показатели брачности, коэффициенты брачности, средневозрастные показатели, показатели брачной структуры, временные или календарные показатели, модельные (табличные) показатели брачности .

Строго говоря, средневозрастные показатели также можно отнести к показателям календаря брачности, а табличные показатели в статистическом смысле представлены вероятностями и коэффициентами. Однако значимость показателя среднего возраста для характеристики брачности позволила нам выделить эти показатели в отдельную группу. А построение таблиц брачности — относительно редко используемый инструмент демографического анализа брачности (табличные показатели также выделены особо) .

Обратимся к табл. 10.2, в которой представлены классы показателей брачности и даны примеры основных показателей .

Мы будем рассматривать преимущественно методы расчета показателей брачности для гипотетического (условного) поколения, большинство из которых применимы к анализу брачности реального поколения с определенными оговорками в использовании и интерпретации .

В данном параграфе мы определим показатели брачности и проследим динамику некоторых показателей на примере России. В следующем параграфе мы более подробно остановимся на динамике брачности в России, для наглядности сравнивая российские показатели с западноевропейскими .

Абсолютные показатели — показатели, отражающие число браков или разводов во всем населении или в определенных группах населения в конкретный период времени .

Если проследить динамику браков и разводов в России, начиная с 1960 года (см. рис. 10.1), то можно заметить, что число официально заключаемых браков имеет явную тенденцию к снижению, а число разводов наоборот увеличивается .

Число браков Число разводов

–  –  –

20-24 30-34 40-44 50-54

–  –  –

20-24 25-29 30-34 35-39 40-44 45-49 50-54

–  –  –

Общие коэффициенты брачности и разводимости вычисляются как отношение числа заключенных (или расторгнутых) в течение календарного периода браков к среднегодовой численности наличного населения .

На рис. 10.3 показано, что общие коэффициенты брачности имеют тенденцию к снижению, а общие коэффициенты разводимости отражают противоположную тенденцию .

Эти показатели также имеют свои недостатки. Они не дают точного представления о процессах брачности в населении, так как зависят от доли людей в бракоспособных возрастах в данном населении и от доли людей, уже состоящих в браке, то есть общие коэффициенты испытывают на себе влияние возрастной и брачной структур населения .

Общие коэффициенты брачности и разводимости .

Россия. 1950-1996 годы .

на 1000 человек населения

–  –  –

Рисунок 10.4 Источник: Население России. М., 1987. С. 190, 208 .

Рис. 10.4 дает представление о соотношении общих и специальных коэффициентов разводимости. Можно увидеть, что и те, и другие коэффициенты отражают тенденцию изменения уровня разводимости населения России в 1958–1985 годах, хотя уровень специальных коэффициентов и темпы их изменения ниже, чем уровень и темпы изменения общих .

Для устранения влияния возрастной структуры вычисляют возрастные коэффициенты брачности (разводимости) по отношению к числу людей в определенных возрастных группах и коэффициенты суммарной брачности и суммарной разводимости, проводят операцию стандартизации возрастных коэффициентов .

Возрастной коэффициент брачности — число заключенных браков среди лиц определенного возраста, соотнесенное со среднегодовым наличным населением в этом возрасте (аналогично для возрастных коэффициентов разводимости).

Возрастные коэффициенты брачности и разводимости рассчитываются, как правило, на 1000 мужчин или на 1000 женщин, то есть в промилле:

–  –  –

Рисунок 10.6 а, б Рассчитано по: Демографический ежегодник России. М., 1997. С. 162–163; Численность населения РФ. М., 1996. С. 12–14; Демографический ежегодник России .

М., 1995. С. 30–31, 138–139; Численность населения РФ. М., 1994. С. 5–10; Семья в России. М., 1994. С. 86–84; Семья в России. М., 1996. С. 78–79; Демографический ежегодник СССР. М., 1990. С.190–191, 238–239 .

Суммарный коэффициент брачности (для гипотетических поколений) — сумма возрастных коэффициентов брачности за расчетный период, например за календарный год, — показывает, сколько браков приходится в среднем на одну женщину или на одного мужчину гипотетического поколения:

K сум = ( bx ) / 1000, x где bx — возрастной коэффициент брачности, — длительность возрастного интервала возрастных коэффициентов рождаемости .

Снижение суммарного коэффициента брачности в первой половине 1990-х гг. в России демонстрирует рисунок 10.7 .

–  –  –

Рисунок 10.7 Рассчитано по: Демографический ежегодник России. М., 1997. С. 162–163; Численность населения РФ. М., 1996. С. 12–14; Демографический ежегодник России .

М., 1995. С. 30-31, 138–139; Численность населения РФ. М., 1994. С. 5–10; Семья в России. М., 1994. С. 86–84; Семья в России. М., 1996. С. 78–79; Демографический ежегодник СССР. М., 1990. С. 190–191, 238–239 .

Задача 2. На основе данных таблицы S1 рассчитать суммарный коэффициент брачности для гипотетического поколения женщин и мужчин в 1996 году в России .

Коэффициент суммарной брачности для женщин равен: (42,68 + 62,40 + 23,36 + 11,24 + 7,23 + 5,37 + 4,83 + 3,96 + 2,85 + 1,02) * 5 / 1000 = 0,82 (брака). То есть на каждую женщину гипотетического поколения (1996 года) в среднем приходилось 0,82 брака (причем, данный показатель учитывает все браки: и первые, и повторные). Ум повторные). Умножение на пять суммы возрастных коэффициентов брачности мы производим вследствие того, что возрастные коэффициенты брачности рассчитываются для пятилетних возрастных групп1. Суммарный коэффициент брачности для мужчин также равен 0,82 брака в среднем на 1 мужчину .

Строго говоря, последний возрастной интервал является открытым и последнее слагаемое суммы представлено возрастным показателем брачности для возрастной групПоказательным является коэффициент суммарной брачности для первых браков, то есть среднее число первых браков на одну женщину или одного мужчину в гипотетическом поколении, в котором брачность в каждом возрасте равна брачности в данном периоде. При оценке суммарного коэффициента для первых браков расчет делается обычно для возрастов 15-49 лет. Его дополнение до единицы свидетельствует об уровне безбрачия в населении. В условном поколении величина суммарного коэффициента брачности первых браков может быть больше единицы при изменениях в календаре брачности реальных поколений и повышении уровня брачности .

Коэффициент суммарной брачности для первых браков в начале 1990-х гг. в России снижался еще более быстрыми темпами, чем аналогичный показатель для всех браков (см. табл. 10.4) .

Табл. 10.4. Коэффициенты суммарной брачности для всех браков и для первых браков, мужчины и женщины, Россия 1989 1995 1996 1996 г., в % от 1989 г .

м ж м ж м ж м ж Коэффициенты суммарной брачности Коэффициенты суммарной брачности для первых браков Рассчитано по: Демографический ежегодник России. М., 1997. С. 162–163; Численность населения РФ. М., 1996. С. 12–14; Демографический ежегодник России .

М., 1995. С. 30–31, 138–139; Численность населения РФ. М., 1994. С. 5–10; Семья в России. М., 1994. С. 86–84; Семья в России. М., 1996. С. 77–79; Демографический ежегодник СССР. М., 1990. С. 190–191, 238–239 .

«Средневозрастные» показатели брачности отражают возрастные характеристики вступающих в брак. К ним относится средний возраст вступления в брак, средний возраст вступления в первый брак для мужчин и женщин. В анализе брачности и разводимости могут быть использованы пы 60 лет и старше. При подсчете такого возрастного показателя мы в числитель закладываем все заключенные браки после 60 лет и в знаменатель — численность женщин старше 60 лет. Поэтому необходимы дополнительные расчеты для оценки последнего интервала. Упрощенно мы можем последнее слагаемое умножить не на пять, а, например на пятнадцать лет (числа браков, заключенных после 75 лет весьма незначительны), хотя это и требует дополнительного анализа. (Более корректные методы оценки последнего открытого интервала см., например, в Венецкий И.Г .

Математические методы в демографии. М., 1971. С. 267–294). В этом случае суммарный коэффициент брачности составит 0,85 браков на одного мужчину и 0,83 брака на одну женщину .

и такие «средневозрастные» характеристики брачности как медианные, модальные, средние возраста вступления в n-ый брак, расторжения n-ого брака, возраст максимальной брачности, возраст, к которому 25%, 50% или 75% женщин определенной когорты вышли замуж .

Поскольку показатели «средний возраст вступления в первый брак» и «средний возраст вступления в брак» являются достаточно емкими характеристиками процесса брачности, рассмотрим их подробнее .

Средний возраст вступивших в брак (СВБ) рассчитывается по формуле средней арифметической взвешенной:

Bx ( x + 2 ) СВБ =, Bx Bx где — число зарегистрированных браков мужчин (женщин) в интервале возраста (x, x + ) .

Задача 3. На основе данных таблицы 10 .

3. определить средний возраст вступления в брак для мужчин и женщин в 1996 году .

Средний возраст вступления в брак для женщин, рассчитанный на основе данных по 5-летним возрастным интервалам, равен: (17,5 * 229821 + 22,5 *317823 + … + 57,5 * 15489 + 62,5 * 16933) / (229821 + 317823 + … + 15489 + 16933) = 23148033 / 866623 = 26,6 (лет). Для мужчин средний возраст вступления в брак в 1996 году равен 29,1 лет .

–  –  –

Рисунок 10.8 Источник: Демографический ежегодник России. М., 1997. С. 129 .

Средний возраст вступления в первый брак рассчитывается аналогично показателю среднего возраста вступления в брак только для первых браков .

На рис. 10.8 представлена динамика среднего возраста вступления в брак и среднего возраста вступления в первый брак для мужчин и женщин за период с 1960 по 1996 гг. в России. Эти показатели также отражают общую тенденцию омоложения браков за обозримый период. Тенденция существенного снижения среднего возраста вступления в первый брак для россиян в начале 1990-х гг. была переломлена в 1994 г. Самые низкие показатели среднего возраста вступления в брак за описываемый период наблюдались в 1993 г. — 28,4 года для мужчин, 26,1 года для женщин, 24,5 года для мужчин для первых браков и 22,4 года для женщин для первых браков .

Дж.

Хаджналом предложен показатель расчетного среднего возраста вступления в первый брак (РСВПБ), не зависящий от возрастной структуры населения:

РСВПБ = 15 + ( W x 35W50 )(1 W50 ), где W x — доли лиц, не вступивших в брак к возрасту x .

В современной демографии используют расчетный средний возраст вступления в первый брак (SMAM — Singulate Mean Age at Marriage), который широко применяется в странах с неналаженной статистикой браков, когда, используя данные переписи, можно рассчитать средний возраст вступления в первый брак:

4549 50 (W4549 + W5054 ) / 100 (W4549 + W5054 ), SMAM = 5 W x + 1500 2 2 1519 где W4549, W5054 — доли лиц, не вступивших в брак в соответствующих возрастных группах .

Показатели брачной структуры (показатели относительных долей) представлены достаточно широким спектром индикаторов. Вот некоторые из них: доля лиц, никогда не состоявших в браке к определенному возрасту;

доля лиц, никогда не состоявших в браке к концу репродуктивного периода;

доля лиц, не состоящих в браке на определенный момент (доля потенциальных супругов); доля лиц, состоящих в браке (к определенному возрасту или на определенный момент); распределение населения по брачному статусу (доля одиноких, доля состоящих в браке, доля вдов или вдовцов, доля разведенных, доля разошедшихся); доля лиц с определенными характеристиками (брачный статус, наличие детей) среди вступающих в брак; доля повторных или первых браков; доля сохранившихся (распавшихся) браков через х лет; число разводов на 100 браков и т.д .

Такие показатели как «доля лиц, (никогда) не состоявших в браке к определенному возрасту» доступны только по данным переписи. Показатель «доля лиц, никогда не состоявших в браке к 50 годам», по сути, отражает распространенность безбрачия в населении. В России этот показатель был достаточно высоким для тех поколений женщин, чья молодость пришлась на военные и послевоенные годы, когда соотношение полов было нарушено вследствие войны. Например, в 1979 г. доля никогда не состоявших в браке женщин среди женщин 50–54 лет была 5,3%, среди женщин 50–59 лет — 5,7%, тогда как у мужчин этот показатель составлял, соответственно, 1,3% и 1,2%. В 1989 г. доля женщин, не состоявших в браке, снизилась, а доля мужчин, не состоявших в браке, повысилась в результате выравнивания соотношения полов. В 1994 г. доля никогда не состоявших в зарегистрированном браке среди 50–59 – летних мужчин и женщин повысилась в результате изменения отношения к зарегистрированному браку (см. табл. 10.5), увеличения доли незарегистрированных брачных союзов (см. Население России, 1997) .

Табл. 10.5. Доля никогда не состоявших в браке в старших возрастах, мужчины и женщины. Россия. 1979, 1989, 1994 гг. (%) возраст 1979 1989 1994 (лет) муж. жен. муж. жен. муж. жен .

50–54 1,3 5,3 2,6 3,3 50–59 1,3 5,7 2,2 3,8 3,4 3,9 Рассчитано по: Демографический ежегодник СССР. М., 1990. C. 190–191; Семья в России. М., 1996. C. 46 .

–  –  –

Рисунок 10.9 Источник: Семья в России. М., 1996. С.46 .

Большинство населения вступает в зарегистрированный брак в достаточно молодых возрастах (см. рис. 10.9). К 24-м годам 66,5% женщин в 1989 году и 62,5% женщин в 1994 году вступили в зарегистрированный брак, а к 30-ти годам 88% женщин и 79% мужчин в 1989 году и 86% женщин и 76% мужчин в 1994 году заключили брак (в данном случае не имеет значения, был ли расторгнут данный брак, важен факт вступления в брак хотя бы один раз к достижению указанного возраста) .

Показатели доли повторных и первых браков находятся в противоположной зависимости, дополняя друг друга до единицы. Несмотря на снижение общего уровня брачности, в России наблюдается значительный рост доли повторных браков (или снижение доли первых браков) (cм. рис .

10.10). С одной стороны, в населении России растет доля лиц, никогда не состоявших в браке, с другой стороны, растет доля повторных браков .

–  –  –

Вставка 10.3. Для оценки непосредственно уровня разводимости (в реальной или гипотетической когорте) рассчитывают приведенные числа разводов. Для оценки частоты разводов по продолжительности брака в гипотетических поколениях (а не относительной интенсивности разводимости и брачности в календарном году) сопоставляют разводы при данной продолжительности брака (t) с числом браков, заключенных t лет назад. Для реальной когорты числа разводов соотносят с начальной численностью брачной когорты .

Повозрастное распределение по брачному состоянию показывает доли женщин (мужчин), находящихся в том или ином брачном положении в расчете на 1000 чел. данного пола и возраста. Рисунки 9.12 и 9.13 отражают распределения российских женщин и мужчин по брачному состоянию .

С возрастом доля состоящих в браке и доля разведенных сначала увеличивается, а затем снижается, особенно у женщин; доля вдов и вдовцов увеличивается; доля одиноких резко снижается к 30-ти годам и остается стабильной для последующих возрастов; доли разошедшихся и сожительствующих в целом незначительны и достигают своего максимума в средних возрастах .

«Временные» или календарные показатели отражают распределение событий брачности и разводимости во времени, описывают календарь брачности. К ним относится длительность брака (модальная, медианная, средний период длительности брака), распределение числа браков в течение года (сезонность брачности), распределение браков в течение жизни у поколения, разводы по времени продолжительности брака .

Распределение женщин по брачному состоянию .

Россия. 1994 год .

разошедшиеся разв еденные вдов ые на 1000 женщин

–  –  –

20-24 25-29 30-34 35-39 40-49 50-59 60-69

–  –  –

Рисунок 10.12, 10.13 Источник: Семья в России. М., 1996. С. 46 .

Распределение разводов по времени продолжительности брака позволяет оценить, какие по длительности браки наименее устойчивые. Традиционно наименее устойчивыми браками являются молодые браки длительностью до 5 лет. В 1990-х гг. повысилась неустойчивость и более зрелых браков (см. рис. 10.14), что связано, по-видимому, со снижением ценности брака в общественном мнении, с распространением позитивного отношения к повторным бракам. Дети также перестают быть мотивом сохранения брака. Развод становится практически равновероятен для брака любой длительности за исключением браков со стажем 20 лет и более. Однако снижение разводимости среди состоящих в браке в течение такого периода может объясняться ростом смертности в стране — один из супругов просто не доживает до возможного развода .

Разводы по продолжительности брака .

1989, 1996гг. Россия .

число разводов

–  –  –

Рисунок 10.14 Рассчитано по: Демографический ежегодник СССР. М., 1990. С. 306–307; Демографический ежегодник России. М., 1997. С. 160–161 .

Рассчитываются также коэффициенты разводимости по продолжительности брака как отношение числа разводов среди браков определенной продолжительности к числу браков определенной продолжительности (или с учетом смертности и разводимости к числу сохранившихся браков определенной продолжительности) за календарный период .

Интересные выводы можно сделать из анализа сезонного распределения браков. В течение календарного года браки заключаются неравномерно. Население предпочитает регистрировать браки в определенные месяцы .

Эти предпочтения основываются на религиозных, культурных и материальных мотивах. В соответствии с церковным календарем, браки запрещены в периоды постов; народные обычаи, приметы и традиции в совокупности с периодами урожайности стимулируют, например, осенние браки во всех культурах (см. рис. 10.15). Если в современном православном населении религиозный фактор играет меньшую роль, чем народные приметы Узбекская ССР Латвийская ССР РСФСР

–  –  –

(«жениться в мае — всю жизнь маяться») (см. Калмыкова, 1998), то в мусульманском населении религиозные и народные традиции оказывают существенное влияние на сезонные колебания брачности .

Модельные показатели брачности — вероятность вступить в брак к возрасту x, вероятность вступить в брак в возрасте x лет и старше, вероятность вступить в брак определенной очередности, вероятность расторгнуть брак, число вступивших и число не вступивших в брак к возрасту x, число вступивших в брак в возрасте x лет и старше, средний возраст вступления в брак для вступивших в брак в возрасте x лет и старше — формируют таблицы брачности .

Отдельные показатели не дают полного представления о процессе брачности. Использование демографических таблиц брачности позволяет рассматривать взаимосвязанную систему показателей тех или иных демографических процессов, происходящих в поколении. Таблицы брачности дают описание процесса брачности в реальной или гипотетической (условной) брачной когорте независимо от возрастной структуры населения. Таблицы брачности строятся по тем же принципам, что и другие демографические таблицы .

Вставка 10.4. Краткая история построения таблиц брачности: И. Мюре (1764 г., первые таблицы брачности), Д. Бернулли (1768 г., таблица овдовения), Э. Дювильяр (1787 г., таблица овдовения), Т. Спрейг (1879 г., таблицы брачности для первых браков), Р. Бек и Й. Ратс (1875, 1885, 1895 гг., таблицы прекращения брака для Берлина), М. Юбер (1913 г., таблицы прекращения брака для Франции за 1906–1609 гг.), Ю.А. Корчак–Чепурковский (1926 г., таблица разводимости; 1934 г., таблицы брачности для женщин Украины за 1925–1928 гг.), Л. Анри (1966 г., дифференцированные таблицы брачности для партнеров с разными характеристиками), Л.Е. Дарский (1968 г., таблицы брачности для женщин СССР за 1949–1959 гг.), Э. Христов (1974 г., таблицы прекращения брака для реального поколения болгарского населения), М.С. Тольц (1975–1976 гг., дифференцированные таблицы брачности), А.Б. Синельников (1978 г., оценки средней продолжительности брака), Л.Е. Дарский и И.П. Ильина (вторая половина 1980-х гг., таблицы брачности для мужчин и женщин Украины за 1980–1984 гг.), А.Г. Волков (таблицы прекращения брака для СССР за 1968–1971 гг. и за 1988– 1989 гг.). Разделяют чистые и комбинированные таблицы брачности. Чистые таблицы брачности отражают влияние исключительно процесса брачности. Комбинированные таблицы брачности содержат показатели, отражающие также и процессы смертности в населении .

Чистая таблица брачности для никогда не состоящих в браке строится по принципу выбытия и содержит следующие показатели: число не вступивших в брак к возрасту x (Sx ), число вступивших в брак в возрасте от x до x + ( B x ), вероятность вступить в брак в возрасте от x до x + ( bx ), число вступивших в брак в возрасте x и старше ( B x ), вероятность вступить в брак в возрасте x и старше ( J x ) .

Возрастные границы (крайние возраста) в таблице брачности — 15 лет и 50 лет. Так как исследователей, как правило, интересует брачная рождаемость, более поздние браки (в 51 год и старше) традиционно являются объектом исследования социологов в большей степени, чем демографов. Таблицы брачности строятся отдельно для мужчин и для женщин

Зависимость между показателями чистой таблицы брачности следующая:

= S x bx, Bx S x+ = S x B x, w Bx x Jx =, Sx где w — условный конечный возраст таблицы брачности, Табл. 10.6. Чистая таблица брачности для женщин СССР в 1949–1959 гг. (фрагменты) .

–  –  –

0,2 0,15 0,1 0,05 Рисунок 10.16 Построено по таблице Л.Е.Дарского из Энциклопедического словаря Народонаселение. М., 1994. С. 493–494 .

Большинство показателей, представленных в настоящем параграфе, служили индикаторами процессов брачности в гипотетическом поколении (при анализе таблиц брачности мы оговаривали, что таблицы брачности строятся как для гипотетических, так и для реальных поколений) .

Ряд показателей, относящихся к анализу процессов брачности и разводимости в реальном поколении, повторяет показатели для гипотетического (условного) поколения, но смысл большинства показателей для реального поколения предполагает завершенность процессов брачности в этом поколении, что позволяет судить о показателях итоговой или исчерпанной брачности. Недостатки и достоинства демографического анализа брачности по методу реального поколения отражают все положительные и отрицательные проявления этого метода, с одной стороны, позволяя отследить историю реальных поколений и избежать недостатков, связанных с проведением анализа по методу условного поколения, с другой стороны, создавая сложности на стадии сбора и сопоставления информации. Процессы брачности реального поколения, как и процессы смертности и рождаемости, подвержены влиянию социальных и экономических событий, действию стимулирующих мер демографической политики .

Суммарный коэффициент брачности для реального поколения, характеризует среднее число выступления в брак в данном поколении на протяжении бракоспособного возраста. В отличие от аналогичного показателя для условного поколения он очищен от влияния календаря брачности реальных поколений .

При когортном анализе необходимо также учитывать определенные расхождения полученных данных переписей с реальными данными. Это касается, в первую очередь, такого показателя как «доля не вступивших в брак к 50-ти годам». Доля лиц, оставшихся холостыми к возрасту 50 лет, установленная по переписи, не адекватна фактической доле лиц данного поколения, не вступивших в брак до 50 лет. Во-первых, смертность холостых отличается от смертности состоящих в браке, вдовых или разведенных, что влечет за собой недоучет холостяков данного поколения, умерших до 50-ти лет; во-вторых, холостые имеют повышенную мобильность, увеличивая уровень безбрачия в местах иммиграции холостяков (Дарский, 1972, С. 49–50) .

Когортный анализ может осуществляться не только на основе когорты, сформированной по поколениям родившихся в определенном году. Когортой может выступать совокупность женщин, расторгших брак в определенном году, тогда вместо годов рождения используют годы расторжения брака. Допустим, нам интересно узнать, какая доля женщин, разошедшихся в году n, вступила в повторный брак через t лет. На рис. 10.17 показано, сколько женщин (или мужчин) из каждой 1000 женщин (или мужчин), расторгнувших свои браки в определенные годы, вступили в повторный брак через пять лет. Более «короткие» кривые представлены и для t равного 10 годам, то есть для повторных браков, заключенных через десять лет после развода .

Более поздние когорты разведенных женщин чаще вступали в повторный брак, у разведенных мужчин наблюдалась обратная тенденция, что связано с выравниванием нарушенного войной соотношения полов .

–  –  –

Рисунок 10.17 Источник: Население СССР. М., 1987. С. 206–207 .

10.6. ЕВРОПЕЙСКАЯ И РОССИЙСКАЯ МОДЕЛИ БРАЧНОСТИ .

СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ БРАЧНОСТИ В РОССИИ

Изменения, происходившие в европейских процессах брачности в 1970-х – 1990-х гг., можно охарактеризовать следующим образом: снижались коэффициенты брачности, росли коэффициенты разводимости, увеличивалась доля людей, никогда не состоявших в браке, увеличивался средний возраст вступления в первый брак, росла доля повторных браков, увеличивалась доля внебрачных рождений и консенсуальных союзов1 .

На фоне этих изменений и сформировалась так называемая современная европейская модель брачности, имеющая следующие черты:

• относительно низкие суммарные коэффициенты брачности;

• значительная доля людей, никогда не состоявших в браке;

• высокий средний возраст вступления в первый брак;

относительно высокая высока доля повторных браков;

широкое распространение консенсуальных союзов .

Альтернативой такой модели в достаточной степени может служить современная российская модель брачности, основные черты которой:

• относительно высокие суммарные коэффициенты брачности;

• низкая доля людей, никогда не состоявших в браке;

• низкий средний возраст вступления в первый брак;

• относительно низкая доля повторных браков;

• относительно небольшое распространение консенсуальных союзов .

Для оценки сравнительной ситуации остановимся на показателях безбрачия и среднего возраста вступивших в первый брак. Рис. 10.18 отражает долю никогда не состоявших в браке в возрасте 45–49 лет среди российского населения и населения некоторых европейских стран в начале 1990-х гг .

И для мужчин, и для женщин европейские показатели безбрачия выше российских. Правда, следует отметить тот факт, что рост числа консенсуальных союзов не позволяет верно оценить долю фактического безбрачия в населении, в определенной степени компенсируя снижение зарегистрированной брачности. Достаточно сложно отследить степень такой компенсации, но очевидно, что она не стопроцентная. По данным российской микропереписи 1994 года, 6,5% мужчин и 6,7% женщин указали, что они живут в фактическом браке. Аналогичный уровень распространения таких союзов был в середине 1980-х гг. в ФРГ (5%), более высокий уровень наблюдался Собственно говоря, показатель доли внебрачных рождений — это показатель анализа рождаемости, но мы используем этот показатель в качестве косвенной оценки динамики консенсуальных союзов и трансформации взглядов населения на вопросы сексуальных отношений и рождения ребенка вне зарегистрированного брака .

в Нидерландах и во Франции, самый высокий в Швеции (20%). Социокультурные традиции страны и сильная социально-демографическая политика, поддерживающая неполные семьи, могут сформировать высокий уровень юридического безбрачия в стране — так, например, обстоит дело в Швеции .

Доля никогда не состоявших в браке в возрасте 45-49 лет .

Россия и европейские страны, начало 1990х годов .

25,0 20,0 15,0 % 10,0 5,0

–  –  –

Рисунок 10.19 Источник: Demographic Yearbook 1995. N.Y., U.N., 1997. P. 569–573 .

Показатель среднего возраста вступления в первый брак характеризует раннюю российскую и позднюю европейскую брачность (см. рис. 10.19) .

Российские браки как бы смещены в молодые возраста, большинство браков заключаются в возрастах 20–24 года для мужчин и женщин и в возрастах до 20 лет для женщин. Возрастное распределение брачности для европейского населения более равномерное с пиком в возрастах 25– 29 лет (см. рис. 10.20) .

–  –  –

35,00 30,00 25,00 20,00 15,00

–  –  –

10.7. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ПРОЦЕССОВ БРАЧНОСТИ

И ДРУГИХ ДЕМОГРАФИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ

Процессы брачности тесно взаимосвязаны с другими демографическими процессами. Взаимодействие брачности и рождаемости характеризуется общей закономерностью: чем выше брачность, тем выше рождаемость. Данная закономерность, однако, не столь проста, как кажется на первый взгляд. Вопервых, распространение контрацепции приводит к сознательному регулированию рождений, ослабляя связи между формированием брачных пар и рождением детей. Во-вторых, существует временной лаг между заключением брака и рождением первенца. Следует учитывать, что временной лаг между заключением брака и рождением первенца может быть меньше девяти месяцев в том случае, если регистрируется фактический брак. В-третьих, распространение фактических браков приводит к снижению зависимости между зарегистрированными браками и числом рождений .

Большое влияние на уровень рождаемости оказывает средний возраст вступления в брак, особенно возраст вступления в первый брак. Его повышение снижает рождаемость, так как, во-первых, уменьшается число доживающих до вступления в брак, во-вторых, сокращается период возможного (брачного) зачатия .

Демографами оценивалась также связь брачного состояния с уровнем смертности и влияние смертности на частоту заключения браков и их стабильность. Влияние смертности на частоту заключения браков очевидно: чем выше смертность, тем меньше вероятность дожить до вступления в брак. Сравнение показателей вероятности вступить в брак чистой и комбинированной таблицы брачности показывает степень влияния смертности на вероятность заключения брака .

Поскольку прекращение брака происходит вследствие развода или овдовения, можно оценить вклад вдовства в общее число распавшихся браков .

А.Г. Волков предлагает следующий способ оценки этого вклада. Рассчитывается разность между приростом числа браков по данным текущего учета и приростом по данным переписей. Эту разность можно считать потерями браков вследствие овдовения (см. Волков, 1967, С. 176) (при условии, что степень расхождения между фактическими и зарегистрированными браками не меняется во времени). Снижение уровня смертности, соответственно снижает вклад овдовения в общее число распавшихся браков .

Связь брачного состояния с уровнем смертности вскрывает более сложные зависимости. По данным ряда демографов (Л.–А. Бертильон, Г. Майр, С.А. Новосельский, Л.С. Каминский (см. Волков, 1967, С. 158– 165)), смертность холостых и вдовцов (незамужних и вдов старших возрастов) выше смертности женатых (замужних). Причем, у мужчин эта разница более ярко выражена. Например, в Японии 1970-х гг. коэффициент смертности холостых был в 4 раза выше аналогичного показателя для женатых, коэффициент смертности разведенных — в 5 раз; во Франции в 1970-х гг .

коэффициент смертности вдовцов был в 4 раза выше аналогичного показателя для женатых (см. Волков, 1967, С. 166). У женщин в молодых возрастах наблюдается обратная зависимость: смертность у замужних выше, чем у незамужних и вдов. Это исключение можно отнести на счет материнской смертности .

Связь миграции и брачности оценить достаточно сложно. Во-первых, в большинстве случаев оценка статистических данных по миграции затруднена из-за отсутствия данных, распределенных по брачному состоянию мигрантов. Во-вторых, оценка взаимовлияния брачности и миграции зависит от того, что мы будем понимать под брачной миграцией: либо только перемещения с целью заключить брак (развестись) и переезды к мужу (жене), либо также и перемещения с целью найти брачного партнера на более благоприятном брачном рынке (переезд из села в город). Более широкая трактовка брачной миграции умножает число факторов, влияющих на принятие решения о миграции по брачным мотивам .

Говоря о взаимовлиянии брачности и других демографических процессов, следует отметить факторы разводимости, связанные с брачностью и рождаемостью. К первым относятся: возрасты супругов при вступлении в брак, разница возрастов супругов, очередность брака, длительность брака .

Все указанные факторы не являются независимыми друг от друга. При этом были отмечены следующие зависимости (см. Волков, 1967, С. 140– 147): наименее устойчивы браки, заключенные в очень раннем и в пожилом возрасте; с увеличением разницы в возрастах супругов при вступлении в брак частота разводов увеличивается; наименее стабильны браки, в которых жена старше мужа; в среднем уровень разводимости повторных браков выше, чем первых .

Влияние числа и возраста детей (факторы, связанные с рождаемостью) на показатели разводимости можно описать следующим образом: чем больше число детей в семье, тем, в среднем, меньше вероятность развода;

бездетные супруги разводятся чаще (бездетность может быть причиной развода). Распространение малодетности ослабляет влияние уровня разводимости на уровень рождаемости и уровня рождаемости на уровень разводимости. В первом случае супруги успевают родить желаемое количество детей до развода (продолжение брака не повлекло бы увеличение числа детей), во втором случае, чем меньше детей у разводящихся супругов, тем в меньшей степени наличие детей будет фактором, сдерживающим развод .

Возраст ребенка, вероятно, также коррелирует с вероятностью развода:

дети более старшего возраста в меньшей степени являются фактором, сдерживающим развод .

Показатели брачности часто демонстрируют так называемое правило компенсации, когда вследствие социальных катаклизмов (экономические кризисы, войны) люди откладывают браки и рождения детей на более благоприятный период. Экономический подъем, всплеск пронаталистской политики, окончание войны — все эти факторы положительно влияют на решение людей вступить в брак, если в их жизненные планы входит создание семьи. Правило компенсации относится к сдвигам браков во времени, то есть к изменению календаря брачности. Это правило не стоит путать с правилом амортизации, определяющим влияние возрастной структуры на демографические процессы, например, на контингент и численность вступающих в брак. Как действует правило компенсации? Массовое откладывание браков приводит к накоплению большого числа людей, планирующих заключить брак. Устранение причин приводит к повышению показателей брачности в населении. Резкое повышение показателей брачности, например, вследствие временных поощряющих мер демографической политики, приводит к исчерпанию контингента потенциальных женихов и невест и в последующем — к снижению показателей брачности. Является ли компенсация полной? Это маловероятно, так как за отложенный период в населении происходят различные события, например женихи и невесты могут умереть, постареть, отказаться от решения вступать в брак .

Для того, чтобы обозначить систему соотношения численностей различных групп бракоспособного населения, рассматривают феномен брачного рынка .

10.8. БРАЧНЫЙ РЫНОК Брачный рынок — совокупность потенциальных женихов и невест, агентов брачного рынка, составляющих бракоспособное население .

Брачному рынку присущи собственно рыночные феномены и аналогии: дефицит и избыток женихов и невест, спрос и предложение женихов и невест, цена на женихов и невест, качество женихов и невест, рациональность поведения и свобода выбора, равновесие .

Возрастно-половая структура населения является основной характеристикой брачного рынка, определяющей вероятность вступления в брак .

Диспропорции в возрастно-половой структуре, вызванные войнами, интенсивной миграцией и т.д., снижают вероятность вступления в брак для женщин или для мужчин и повышают вероятность разводов для «избыточной» группы населения (так как вероятность вступить в повторный брак у данной группы достаточно высока) .

Потенциал брачного рынка .

1997 год. Россия .

–  –  –

На рис. 10.21. представлена ситуация на брачном рынке в 1997 гг. Рассчитывается потенциал брачного рынка (соотношение между численностями бракоспособных мужчин и женщин) при условии, что женихи и невесты принадлежат к одной пятилетней возрастной группе (потенциал 1), при условии, что невесты старше женихов (потенциал 2), при условии, что женихи старше невест (потенциал 3). Если мы сопоставляем одни и те же возрастные группы мужчин и женщин, ситуация на брачном рынке ухудшается для женщин с увеличением возраста (влияние возрастно-половой структуры). В реальной жизни браки, в которых партнеры имеют разницу в возрасте, сглаживают ситуацию дефицита на брачном рынке .

Если предположить, что браки заключаются между мужчинами и женщинами в пределах одинаковых пятилетних возрастных групп (потенциал 1), то можно проследить динамику потенциала брачного рынка в России для разных возрастных групп. На рис. 10.22 видно, что произошло существенное улучшение в соотношении численности мужчин и женщин к концу 1970-х гг. в средних возрастных группах (30–50 летних) и продолжается улучшение этого соотношения для более старших возрастов в современный период .

–  –  –

-1

-2

-3

-4

-5

-6

-7 Рисунок 10.22 Рассчитывается также специальный потенциал брачного рынка, то есть соотношение численности мужчин и женщин, не состоящих в браке .

Потенциал, измеренный таким образом, также растет в связи с выравниванием соотношения численности полов. Заметим, что специальный потенциал точнее отражает зависимость потенциальной возможности найти «свободного» жениха от возраста женщины: наиболее «благоприятный»

возраст до 35 лет, а после 60 лет потенциальная возможность для заключения брака с не состоящим в браке мужчиной приближается к нулю (см .

рис. 10.23) .

Потенциал брачного рынка в России (специальный) .

соот ношение численност и мужчин и женщин не сост оящих в браке

–  –  –

-2

-3

-4

-5

-6

–  –  –

Рисунок 10.23 Для ответа на вопрос, в какой мере совершаются браки в пределах той или иной социальной страты, профессиональной группы, определенного уровня образования женихов и невест, конкретного семейного состояния, национальности используют индексы притяжения и отталкивания или «метод женихов и невест», основанный на допущении о равновероятности встреч между потенциальными партнерами .

Совокупность лиц, вступивших в брак в течение определенного периода, группируется по определенным признакам (социальная группа, семейное состояние и др.), составляется таблица, характеризующая связь этих признаков у женихов и невест. Изучая возможные комбинации можно установить, какие из признаков встречаются наиболее часто, а какие достаточно редко .

Разработаны так называемые индексы «притяжения» («отталкивания») для женихов и невест (Ж. Бертильон (1882), М.В. Птуха (1922)). Значение получаемых индексов колеблется в пределах от 1 (полное «отталкивание») через 0 (безразличие) до +1 (полное «притяжение») .

Индексы притяжения рассчитываются отдельно для женщин и мужB TB W H ) f чин. Формула индекса притяжения для женщин: I пр =, (W (ТВ H )) ( B TB W H ) m для мужчин — I пр =, где TB — общее число браков, ( H (ТВ W )) H — численность вступающих в брак мужчин определенной группы, W — численность вступающих в брак женщин определенной группы, B — число браков между мужчинами и женщинами из определенных групп. Для обоих полов индекс «притяжения» получают как среднее геометрическое индексов «притяжения» для женихов и для невест .

Если наблюдается отрицательное отношение к бракам с партнерами определенной группы ( B TB W H 0 ), рассчитывается индекс отталкиB TB вания для обоих полов: I отт = 1 .

W H Полученные результаты следует интерпретировать весьма осторожно .

Во-первых, контакты между мужчинами и женщинами в реальной жизни не являются равновероятными (знакомства происходят в малых социальных группах), что нарушает принцип построения данных индексов .

Во-вторых, некорректно сравнивать между собой индексы притяжения и индексы отталкивания — они несопоставимы. В-третьих, учитывается только один из признаков (в нашем случае — брачное состояние) .

Учесть различную интенсивность брачности в определенных группах населения, вероятность вступления в брак с лицами из различных групп населения позволяют дифференцированные таблицы брачности, сформированные с учетом показателей, характеризующих брачных партнеров (см., напр., Рыбаковский, 1986, С. 90–92) .

ЛИТЕРАТУРА

Основная I. Народонаселение. Энциклопедический словарь. М.: Большая Российская энциклопедия, 1994 II. Волков А.Г. Семья — объект демографии. М., 1986 .

III. Курс демографии / Под ред. А.Я. Боярского. М.: Статистика, 1967 .

IV. Брачность, рождаемость, семья за три века. М., 1979 .

V. Gubry F. Analyse de la Nuptialite. IFORD, 1984 .

Дополнительная

1. Хаджнал Дж. Европейский тип брачности в ретроспективе // Брачность, рождаемость, семья за три века. М., 1979 .

2. Дарский Л.Е. Формирование семьи. М.: Статистика, 1972 .

3. Тольц М.С. Актуальные проблемы демографической типологии брачности // Становление брачно-семейных отношений. М., 1986. С. 144–156 .

4. Венецкий И.Г. Математические методы в демографии. М.: Статистика, 1971 .

5. Рождаемость / Под ред. Л.Е. Дарского. М., 1976 .

6. Демографические процессы в СССР / Под ред. А.Г. Волкова. М., 1990 .

7. Методы исследования / Под ред. Л.Л. Рыбаковского и др. М., 1986 .

8. Калмыкова Н.М. Сезонные колебания браков в населении Москвы // Народонаселение: современное состояние и перспективы развития научного знания (книга 2). М., 1998. С. 76 .

9. Население России 1997/ Под ред. А.Г. Вишневского. М., 1998 .

10. Население России 1996 / Под ред. А.Г. Вишневского. М., 1997 .

11. Беккер Г. Выбор партнера на брачных рынках // THESIS, 1994. Вып.6 .

12. Поллак Р. Трансакционный подход к изучению семьи и домашнего хозяйства // THESIS, 1994. Вып.6 .

13. Вулли Ф. Феминистский вызов неоклассической экономической теории // THESIS, 1994. Вып.6 .

14. International Population Conference. Beijing, 1997. С. 905–951 .

ГЛАВА 11

СЕМЬЯ И ДОМОХОЗЯЙСТВО

11.1. ОПРЕДЕЛЕНИЕ СЕМЬИ И ДОМОХОЗЯЙСТВА Часто понятия «семья» и «домохозяйство» употребляются как синонимы .

Правомерно ли это?

Особенность определения домохозяйства заключается в том, что данный термин типизировался для западной семьи нуклеарного типа (родители с детьми). В различных культурах практически не существует единого понятия, определяющего термин «домохозяйство». Возникают сложности с понятиями совместного проживания, собственности, общего дохода, отношений между членами домохозяйства, включая отношения полов, отношения родства и его социо-культурного определения. Понятие «домохозяйство» не использовалось в советской статистике и научной литературе, так как этот термин определяет, в частности, экономическую единицу, действующую в условиях рыночной (капиталистической) экономики. Однако понятие «семья» было близко по смыслу к понятию «домохозяйство»

в территориальном, структурном, бюджетном отношении. Под семьей понимается «совокупность лиц, проживающих совместно, связанных родством, свойством и общим бюджетом»1. В отношениях свойства состоят, например, муж и жена .

В соответствии с рекомендациями ООН, домохозяйство определяется как «лицо или группа лиц, объединенных с целью обеспечения всем необходимым для жизни», то есть объединенных совместным ведением хозяйства .

Определение понятия «домохозяйство» не имеет абсолютного соответствия с определением понятия «семья». В чем же разница? Помимо относительно большей употребляемости термина «домохозяйство» в экономических исследованиях при анализе производства внутри домохозяйства или хозяйственных отношений, существуют и строгие различия .

Во-первых, домохозяйство может быть представлено «одиночками» .

Во-вторых, домохозяйство могут составлять люди, не состоящие в родственных отношениях или отношениях свойства. Прислуга может быть включена в состав домохозяйства. Коммунальная квартира, военная казарма или комната в общежитии при условии совместного ведения хозяйства могут представлять собой так называемые институциональные домохозяйства .

Валентей Д.И., Кваша А.Я. Основы демографии. М., 1989. С. 187 .

Но наиболее распространенными все же являются семейные домохозяйства, когда домохозяйство отождествляется с семьей, члены которой проживают совместно и состоят в отношениях родства или свойства .

В России сейчас насчитывается примерно 50 млн. домашних хозяйств, в том числе около 40 млн. семейных и около 10 млн. хозяйств, представленных лицами, не имеющими семьи или утратившими связь с нею .

В данной главе мы будем преимущественно использовать понятие семейное домохозяйство, отождествляя термины «семья» и «домохозяйство» .

Случаи, когда эти термины будут разведены, оговорим дополнительно .

11.2. ФУНКЦИИ СЕМЬИ И ДОМОХОЗЯЙСТВА Семья (домохозяйство) как среда и форма жизнедеятельности человека имеет целый ряд функций. Функции отражают систему взаимодействия семьи и общества, с одной стороны, и семьи и личности, с другой .

Каковы же эти функции? Перечислим их:

• репродуктивная — рождение детей, продолжение рода, смена поколений;

• воспитательная (функция социализации) — воспитание и социализация детей;

• поддерживающая (экзистенциальная) — содержание детей, поддержка больных и престарелых членов семьи;

• потребительская — потребление продуктов и услуг, передача наследства, владение и использование имущества и активов семьи;

• хозяйственно-производственная — производство продуктов и услуг, организация быта .

• статусная, регулятивная, властная — определяет социальный статус членов семьи как вне семьи (социально-демографический тип семьи), так и внутри семьи (распределение властных отношений и авторитета между членами семьи) .

• коммуникативная — среда общения .

Такие функции, как предоставление определенного социального статуса всем членам семьи, экономическое обеспечение всех членов семьи, совместное владение имуществом, заключение браков по сговору, ослабевают в современных семьях в связи с тем, что личные качества человека стали более значимыми, чем семейные связи и происхождение, усложняются отношения между поколениями. Обобществление труда, процессы индустриализации и эмансипации женщин также повлияли на снижение значимости указанных семейных функций .

А. Харчев выделял специфические и неспецифические функции семьи, первые — вытекают из сущности семьи, вторые — возникают в определенных исторических обстоятельствах, являются результатом приспособления людей к той или иной ситуации .

К специфическим функциям относятся рождение, содержание и воспитание детей (репродуктивная, воспитательная и поддерживающая функции), поскольку человечество нуждается в воспроизводстве населения, рождение детей является потребностью людей, а семья — формой воспроизводства потомства и социализации детей .

Если рождение детей перестанет быть потребностью людей, а станет результатом их принуждения (что, по мнению А.Антонова, весьма вероятно), то семья потеряет свои специфические функции, и тем самым потеряет свою сущность .

Хотя демографию интересует в первую очередь репродуктивная функция семьи, рассмотрение иных функций часто дает возможности дополнительной интерпретации происходящих в домохозяйстве процессов .

11.3. ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ СЕМЬИ И ДОМОХОЗЯЙСТВА

Семья и домохозяйство изучаются целым рядом наук. Экономические науки, демография, психология, социология, этнография, медицина, генетика, педагогика, правоведение, исторические науки и геронтология — все выделяют в семье свой предмет исследования, ставят свои задачи и предлагают пути решения этих задач .

Ценность развивающегося междисциплинарного комплексного подхода наиболее выпукло видна в том случае, когда мы анализируем проблемы семьи. Например, изучая проблему распада семьи, мы используем знания демографов, экономистов, социологов, психологов, и это приносит свои плоды в понимании процессов распада семьи .

Говоря о сформировавшихся направлениях изучения семьи, можно выделить следующие основные направления:

демографические исследования (Дж. Блейк, Дж. Бонгаартс, В. Борисов, А. Волков, Л. Дарский, К. Дэвис и др.);

моделирование процессов, происходящих в семье (И. Адольфсон, Э. Васильева, А. Волков, И. Герасимова, А. Синельников, Х. Хайрениус, И. Холмберг и др.);

исследования семьи как экономической ячейки (Г. Беккер, Н. Зверева, П. Звидриньш, К. Карташева, П. Ласлетт, Х. Лейбенштейн, Г. Платонов, Н. Римашевская, Э. Смолиньский, П. Эглите и др.);

гендерные исследования семьи (М. Малышева, И. Калабихина, Ю. Аслаксен, Ф. Вулли, Н. Фолбре);

общая социология семьи (А. Антонов, С. Голод, М. Мацковский, В. Медков, А. Харчев, В. Сысенко и др.);

исторические и этнографические исследования (М. Громыко, В. Козлов, М. Мид, Н. Миненко, Х. Палли, Дж. Хаджнал и др.);

социально-психологические исследования (В. Бойко, Э. Тийи, А. Тавит, З. Файнбург и др.) .

социально-гигиенические исследования (М. Бедный, И. Веселкова, И. Каткова и др.) .

теоретические проблемы семейной политики (А. Вишневский, С. Дармодехин, В. Елизаров, О. Осколкова и др.) .

С развитием общества происходят процессы, меняющие отношения внутри домохозяйства. Выделение и отдельное проживание молодых семей, рост числа семей с одним родителем, высокий уровень участия женщин на рынке труда приводит к изменениям в распределении обязанностей и доходов между членами домохозяйства. Концепции человеческого капитала, гендерного неравенства, несовершенства информации и рынков, жизненного цикла семьи, социального обмена и другие значительно расширяют микроуровневый анализ семьи, позволяют получать нетривиальные ответы в исследованиях отношений и процессов, происходящих внутри домохозяйства: распределение собственности, распределение ролей и затрат времени в домохозяйстве, формирование доходов и расходов домохозяйства. Теоретический анализ домохозяйства как экономической единицы раскрывает характер взаимосвязей домохозяйства с глобальной экономической системой, оценивает экономическую активность членов домохозяйства (особенно женщин), вклад продукции домохозяйства и результатов домашнего труда в ВВП, дифференциацию уровня жизни домохозяйств различных социально-демографических типов, модели потребления и сбережения домашних хозяйств .

Основными концепциями домохозяйства, изучающими взаимовлияние экономических и демографических процессов, являются:

• теория новой экономики домохозяйства (неоклассический подход к исследованию семьи (домохозяйства) как экономического субъекта, формализующий понятия брака и выбора партнера, потребности в здоровье, в детях, в наличии оплачиваемой занятости членов домохозяйства);

• институциональные концепции (рассматривающие брак как управляемую структуру («фирму»), внутри которой происходят семейные переговоры и заключаются длительные контракты);

• гендерные исследования (рассматривающие пол как социальную конструкцию («гендер»), пересматривающие «естественное» разделение ролей между полами, анализирующие отношения власти внутри домохозяйства) .

В рамках данного учебника мы рассматриваем семью и домохозяйство как объект демографии, которую интересует роль семьи и семейной структуры в воспроизводстве населения .

Несмотря на то, что практически не существует демографических событий в семье (заключение брака, развод, овдовение, увеличение семьи или рождение ребенка), которые достаточно анализировать только демографическими методами, мы остановимся на собственно демографических концепциях и моделях семьи .

Концепция «второго демографического перехода» описывает изменения, происходящие в семейной структуре населения и типологии семей:

больше становится одиноких людей, юридически незарегистрированных браков, семей с одним родителем .

Концепция «эгалитарного развития семьи» также признает, что сексуальные отношения выходят за строгие семейные рамки, рождение детей планируется, меняется ценность детей, откладываются браки и рождения детей; супруги становятся равноправными, распределение ролей симметричным, специализация в браке размывается .

Отрицательные последствия нуклеаризации семей могут компенсироваться ростом семейных групп, которые, по мнению В. Ружже, придут на смену сложным семьям. Семейная группа — это группа семей (две или более), находящихся в родстве или свойстве, проживающих раздельно или совместно, связанных общностью материальных интересов, моральнопсихологических и эмоциональных отношений, заинтересованностью во взаимной помощи, информации и общении1 .

Поскольку демографические события оказывают непосредственное влияние на непрерывный процесс образования и распада семей, А. Волков предлагает рассматривать воспроизводство населения как воспроизводство семей .

Упомянутая концепция семьи А. Антонова утверждает наличие личной мотивированности людей к семейному образу жизни и рождению детей, отрицает зависимость потребности в детях от внешних обстоятельств. Идея триединства супружество – родительство – родство отражает именно семейную специфику событий, происходящих в семье .

Теория «жизненного цикла семьи» выходит за рамки чисто демографической концепции, хотя демографическая составляющая в данной теории преобладает. Поскольку эта теория представляется значимой в понимании процессов, происходящих в семье, мы посвятим ей отдельный параграф в этой главе .

Попытка создания агрегированной формулы, «модели семьи», предложенной А. Боярским, положила начало моделированию семейной структуры населения .

И. Герасимова моделирует жизненный цикл семьи, анализируя нормальные события (рождение детей, выделение детей, смерть престарелого Ружже В. и др. Структура и функции семейных групп. М., 1983. С. 19 .

супруга) и возмущающие события (физиологическое или сознательное бесплодие, ранняя смерть супруга), переводящие семьи на следующую стадию жизненного цикла .

В. Елизаров предлагает модель формирования уровня детности и семейной структуры населения в зависимости от изменений в режиме рождаемости, утверждая, что стабильная структура рождений в сочетании со стабильными числами рождений и интергенетическими интервалами приводит к стабильной структуре семей по числу детей. На основе этой модели, в частности, можно прогнозировать числа рождений первой, второй и т.д. очередностей .

Демография основополагающим для семьи считает ее формирование и развитие, поэтому изучает брачность, рождение детей, разводимость, смертность членов семей .

Поскольку этим демографическим процессам посвящены отдельные главы в нашем учебнике, мы остановимся лишь на вопросах типологии семей, динамике семейного состава населения России, так как вопросы семейной структуры во взаимосвязи с половозрастной структурой общества также являются предметом демографических исследований .

11.4. ЖИЗНЕННЫЙ ЦИКЛ СЕМЬИ ИЛИ ДОМОХОЗЯЙСТВА

Развитие семьи с момента ее формирования проходит через определенные этапы, существенные с точки зрения социально-демографического или экономического развития семьи или домохозяйства. На каждом этапе семья (домохозяйство) находится в том или ином демографическом, социальном, экономическом состоянии. Последовательность состояний, которые проходит семья (домохозяйство) с момента ее образования и до распада, называется жизненным циклом семьи (домохозяйства). В зависимости от того, какое развитие семьи — демографическое, экономическое, социальное — интересует исследователя, выстраиваются последовательные стадии жизненного цикла семьи. Поскольку в первых исследованиях жизненного цикла семьи анализировалось демографическое развитие семьи, а экономическое и социальное развитие семьи базируется на демографическом, рассмотрим этот вопрос более подробно .

Жизненный цикл семьи можно рассматривать как смену поколений .

В семье рождаются дети, они вырастают, формируют свои семьи и т.д. Исходя из этого утверждения, понятие жизненного цикла семьи относится к семейной общности людей, а не к конкретной семье, где цикличность если и возможна, то имеет иной характер. В семейной общности людей цикличность описывается либо через анализ смены поколений, либо через анализ повторных браков и разводов совокупности людей .

Существует множество классификаций стадий жизненного цикла семьи. Одна из наиболее простых классификаций включает1:

1. рост семьи — от момента заключения брака, до момента рождения последнего ребенка .

2. стабильность семьи — от момента последнего рождения до момента первого выделения детей из семьи .

3. зрелость семьи — период выделения из семьи всех взрослых детей .

4. затухание семьи — период после выделения всех детей из семьи .

Понятно, что эта классификация условна, так как первые дети могут начать выделяться до рождения последних, а первые рождения могут быть до брака и т.д .

Чтобы рассмотреть возможные варианты развития событий, обратимся к схеме 11.1 .

решение о создании семьи

–  –  –

решение о создании семьи Схема 10.1. Демографические стадии жизненного цикла семьи и переходы между этими стадиями По данной схеме можно проследить различные варианты развития семьи. Традиционный вариант развития семьи включает в себя следующие стадии: «решение о создании семьи» – «заключение брака» – «рождение детей» – «выделение детей». В этой цепочке может отсутствовать вторая стадия (внебрачные рождения детей) или третья и четвертая стадии (бездетные семьи) .

Такие события как развод, смерть супруга или детей могут включаться в эту традиционную цепочку, образуя следующие связи:

• «решение о создании семьи» – «заключение брака» – «развод»

(или «смерть одного из супругов»);

• «решение о создании семьи» – «заключение брака» – «рождение детей» – «развод» (или «смерть одного из супругов») – «выделение детей»;

См. Герасимова И.А. Структура семьи. М., 1976 .

• «решение о создании семьи» – «заключение брака» – «рождение детей» – «выделение детей» – «развод» (или «смерть одного из супругов») и т.д .

Стадии жизненного цикла семьи могут восприниматься как стадии родительства (стадия предродительства, активного или репродуктивного родительства и прародительства) .

Исследование закономерностей перехода из одной стадии в другую в течение жизненного цикла для всей совокупности семей должно базироваться на некой переменной. Чаще всего за базовую переменную принимают возраст семьи, который исчисляется или как продолжительность брака (если мы имеем подходящие статистические данные), или как возраст жены (мужа), или средний возраст супругов в семье .

Многообразие в сфере семейного поведения часто затрудняет разграничение стадий жизненного цикла семьи. Для разрешения этого вопроса высчитываются средние возраста перехода из одной стадии в другую. Длина и характеристики семейного цикла могут быть оценены длиной и характеристиками цикла деторождений (протогенетический и интергенетические интервалы, средний возраст матери при рождении первого и последнего ребенка, длина цикла деторождения) .

Развитие семьи подразумевает под собой, в частности, выделение молодой брачной пары из семьи. Оценить интенсивность такого выделения можно через динамику индексов нуклеаризации (см. параграф 11.6), а также через коэффициенты или вероятности выделения молодых семей, рассчитываемые как отношение численности молодых супружеских пар, выделившихся в течение годичного интервала продолжительности брака, к среднегодовой численности молодых супружеских пар, живших вместе с родителями, или к численности молодых супружеских пар, проживавших вместе с родителями на начало года, соответственно .

Процесс обособления молодых семей в зависимости от продолжительности брака можно представить в виде таблицы. А. Волков разработал таблицу обособления молодых семей для гипотетической брачной когорты 1982–1984 гг. по материалам анкетного обследования1. При интенсивности выделения, существующей в 1982–1984 гг. в обследованных когортах, в течение 10 лет брака выделяется от родителей 59% семей и распадается 16% супружеских пар (в основном по причине развода, смерть родителей не учитывается). Средняя ожидаемая продолжительность жизни с родителями для этой когорты составила 3 года после заключения брака .

Как мы уже отмечали, демографическое развитие семьи определяет ее социально-экономическое развитие, формируя экономические и социальные циклы развития .

Волков А.Г. Семья — объект демографии. М., 1986. С. 217 .

Мы можем выделить следующие составляющие линии жизненного цикла семьи. Собственно демографическая линия формируется стадиями, описанными выше (рост, развитие, затухание), и позволяет нам оценить распределение семей по числу членов (конкретнее по числу детей или других родственников) в зависимости от возраста семей, долю семей, рождающих детей любой очередности в зависимости от возраста семьи и т.д .

Анализ социального цикла позволяет оценить число работающих членов семьи (с распределением по полу и по возрасту) в зависимости от возраста семьи, построить модели занятости членов семьи. Если возраст семьи будет измеряться возрастом женщин, находящихся в браке, то брачновозрастные модели женской занятости могут быть примером анализа социального цикла семьи. Такие факторы домохозяйства как воспроизводственный, производственный, структурный, доходный и властный определяют уровни трудового участия членов семьи, особенно женщин .

Экономический цикл предоставляет возможность оценить динамику заработных плат, доходов, имущества членов семьи и домохозяйства в целом в зависимости от возраста семьи, оценить «сжимающие» стадии жизненного цикла семьи. Интересно, что для разных культур фазы бюджетного давления («сжимающие» стадии) могут быть различными. Например, для нуклеарной семьи западного типа существуют две фазы давления: сразу после заключения брака, когда идет период установления хозяйства и рождения детей, сопровождаемый невысокой зарплатой мужа; и в подростковой семье, когда затраты на высшее образование не покрываются возросшими заработками (мужа). В семьях развивающихся стран (многодетных и многопоколенных) это стадии, когда в семье растут малолетние дети (или малолетние внуки), и большинство матерей при этом не работает. Могут быть и комбинированные варианты. В советской России, например, первая стадия соответствовала первой стадии сжатия в западной нуклеарной семье. А вторая стадия сжатия соответствовала стадии сжатия в многопоколенной семье, так как бабушки и дедушки традиционно поддерживали материально своих детей в период рождения внуков. Расходы на образование не были распространены. Сейчас Россия приближается к классической модели бюджетного давления для западной семьи нуклеарного типа, а западные семьи смягчают фазы бюджетного давления, делая накопления до вступления в брак, реализуя карьерные устремления до вступления в брак (особенно женщины), откладывая вступление в брак и рождение детей .

11.5. СЕМЕЙНАЯ СТРУКТУРА .

ТИПОЛОГИЯ СЕМЕЙ И ДОМОХОЗЯЙСТВ

Для типологизации семей (домохозяйств) используются различные критерии. Заимствуя критерии из типологии брачных отношений и перенося их на семейную структуру, можно говорить о моногамных, полигамных, гетеросексуальных, гомосексуальных семьях. Однако прямое перенесение форм и типов брака на типы семьи некорректно, так как брачные и семейные состояния населения отличаются друг от друга .

Под семейной структурой понимается вся совокупность отношений между ее членами, включая помимо отношений родства, систему нравственных отношений, в том числе систему власти и авторитета .

Структура семейного состояния населения включает в себя такие категории, как:

• Супруги;

• Дети супругов;

• Родители супругов;

• Прародители (родители родителей супругов);

• Другие члены семьи .

Понятно, что брачная и семейная структуры населения не взаимозаменяемы. Например, отдельно проживающий супруг не является членом семьи, хотя состоит в браке. Живя в юридически неоформленном браке, супруги составляют семью. В семьях с одним родителем отсутствует на момент учета брак. Внебрачные рождения также формируют семью без брачных отношений. Хотя это все достаточно условные разграничения. Изменение взглядов на понятия семьи и брака, рост числа внебрачных рождений и незарегистрированных союзов ставит под сомнение необходимость считать браком только оформленные отношения, размывая указанные различия .

Существование различных семейно-брачных отношений порождает классификацию семей по типам совместного проживания супругов. Можно выделить так называемые визитные союзы, когда один из партнеров (официальный или неофициальный супруг) периодически навещает другого партнера и живет с ним совместно только несколько дней в неделю, несколько недель в месяц. Экономическая независимость женщин, развитый бытовой сервис делают такие союзы взаимовыгодными при отсутствии высокой ценности традиционной семьи. Альтернативой визитным союзам являются традиционные союзы .

Вставка 11.1. 14–17 ноября 1999 года в Женеве (Швейцария) прошел Международный Конгресс семьи, на котором присутствовали ученые, политики, священнослужители, представители общественных организаций, поддерживающие интересы так называемой натуральной семьи — стабильной традиционной семьи, представленной мужчиной, женщиной и их детьми. Участники Конгресса подчеркивали, что в эпоху изменения взглядов на семью и девальвации традиционных ценностей необходимо говорить о привлекательности последних и финансировать программы по поддержке идеалов натуральной семьи в большей степени, чем другие социальные программы (поддержки сексуальных меньшинств, программы планирования семьи и т.д.) .

Идея поддержки натуральной (традиционной) семьи может быть направлена на улучшение качества жизни людей при условии, что будет соблюдаться паритет в финансировании различных социальных программ и паритет прав личности и семьи .

С точки зрения анализа распределения властных отношений в семье, семьи могут быть патриархальными с явным доминированием мужчин и их концентрацией на внедомохозяйственной деятельности и эгалитарными или партнерскими, в которых наблюдаются равноправные отношения супругов, симметричное разделение домашнего труда и оплачиваемой занятости. Иными словами можно говорить об авторитарной и демократической структуре семьи .

Ролевое взаимодействие в семье есть совокупность норм и образцов поведения, которые характеризуют одного члена семьи в его отношениях с другими его членами. Основные ролевые отношения в семье — это отношения супругов (муж – жена), родителей и детей (мать / отец – дочь / сын), родителей супругов и супругов (свекровь / свекор / теща / тесть — невестка / зять), братьев и сестер. В современной семье ролевые отношения претерпели существенное изменение, в первую очередь, за счет перераспределения ролей между полами. В традиционной семье жена вела хозяйство, рожала и воспитывала детей, а муж был хозяином и единоличным собственником земли, хозяйства, жены, детей. Современные семьи строятся в основном на эгалитарном, партнерском, демократическом принципе. Женщины активно участвуют в экономическом обеспечении семьи, принимают равное участие в семейных решениях .

Семейная структура населения может быть проанализирована с помощью коэффициентов семейности (общего и повозрастного) .

Общий коэффициент семейности вычисляется либо как отношение общего числа лиц, образовавших семью ( MAR ), ко всему населению ( P ) за период ( T ), либо как отношение числа вновь образованных семей ( FAM ) к общему числу домохозяйств ( H H) за период ( T ):

K сем = MAR /(T S ) или K сем = FAM /( F S ) .

демографическая типология семей Собственно базируется на демографических критериях. Перечислим основные из них .

Демографические характеристики семей:

• размер семьи;

• возраст семьи (продолжительность брака);

• число поколений;

• число семейных ядер;

• наличие и число детей;

• поло-возрастная структура (пол и возраст членов семьи);

• семейный и брачный статус членов семьи .

Размер семьи является наиболее простой характеристикой и определяется числом членов семьи .

Возраст семьи и продолжительность брака — вещи различные (мы говорили о том, что семейный и брачный состав населения может не совпадать, следовательно, при распаде брака семья может сохраняться и быть представленной, например, матерью и детьми). Продолжительность брака в большей степени поддается учету, чем возраст семьи, так как для этого необходимы только брачная статистика. Поэтому критерий продолжительности брака может лежать в основе классификации семей. Однако надо понимать, что возраст семьи — более емкая категория, являющаяся характеристикой жизненного цикла семьи .

Число поколений и число семейных ядер представляют собой различные понятия. Семейное ядро — это супружеская пара с несовершеннолетними детьми или без детей или один из родителей с несовершеннолетними детьми. Число семейных ядер зависит от числа проживающих супружеских пар в семье или от наличия родителя с детьми. Число поколений суммирует информацию о возрасте членов семьи, не касаясь их брачного или семейного статуса. В семье могут проживать супруги, их дети и бабушка — одно семейное ядро представлено тремя поколениями .

Наличие и число детей в семье — важный критерий классификации семей и домохозяйств, так как этот показатель во многом определяет демографическое и экономическое поведение членов семьи: репродуктивные установки, модели доходов, расходов и потребления и т.д .

Возрастно-половая структура семьи также является важным критерием классификации семей. Исторически первоначально учитывался пол и возраст главы семьи как критерий классификации семей. Главой семьи, как правило, был мужчина («кормилец семьи»), все остальные члены семьи записывались по отношению к нему. Самый старший член семьи тоже мог называться ее главой в определенных культурах. Развитие эгалитарных (равноправных) отношений в семьях сделало этот термин трудно определимым, несмотря на существование различного уровня авторитета разных членов семьи. Некорректность употребления этого термина повлекла за собой его забвение. В СССР в выборочном обследовании 1985 года уже не использовался этот термин. Записывался первый член семьи, остальные члены записывались по отношению к первому записанному члену семьи, что позволило выделять каждую новую семью .

На протяжении семейной жизни каждый член семьи последовательно меняет свое семейное состояние, будучи сперва ребенком, затем супругом, родителем супруга, прародителем, в связи с чем меняются его роли в семье и место в семейной структуре населения. Изменение семейного состояния часто связано с переходом в другую семью или с образованием новой семьи .

Переход из одной фазы в другую меняет демографический состав семьи, под которым понимается распределение членов семьи по тем или иным признакам, существенным с точки зрения воспроизводства населения. Наибольшее значение имеют такие характеристики состава семьи как наличие в ней супружеской четы, наличие детей, их возраст и число и т.д .

Поскольку процесс образования и развития семей, перехода их из одной стадии в другую происходит непрерывно, население всегда состоит из семей, находящихся на разных стадиях жизненного цикла. Распределение этих семей по типам, соответствующим разным стадиям, а их членов — по семейному состоянию образует семейный состав населения. В каждый данный момент он соответствует возрастно-половой и брачной структуре населения, сформировавшейся под влиянием демографических процессов в прошлом. Непрерывный процесс образования и распада семей тесно связан с демографическими процессами, в связи с чем А. Волков предлагает рассматривать воспроизводство населения как воспроизводство семей .

Вставка 11.2. Подробная демографическая типология семей

• Брачная пара без детей

• Брачная пара с детьми

• Брачная пара без детей и с родителем одного из супругов

• Брачная пара с детьми и с родителем одного из супругов

• Брачная пара без детей, с родителем одного из супругов и с другими родственниками

• Брачная пара с детьми, с родителем одного из супругов и с другими родственниками

• Брачная пара без детей и с обоими родителями одного из супругов

• Брачная пара с детьми и с обоими родителями одного из супругов

• Брачная пара без детей, с обоими родителями одного из супругов и с другими родственниками

• Брачная пара с детьми, с обоими родителями одного из супругов и с другими родственниками

• Женщина или мужчина с детьми

• Женщина или мужчина с детьми и с одним из родителей

• Женщина или мужчина с детьми, с одним из родителей и с другими родственниками

• Женщина или мужчина с детьми и с обоими родителями

• Женщина или мужчина с детьми, с обоими родителями и с другими родственниками

• Три и более брачные пары с детьми

• Три и более брачные пары без детей

• Прочие семьи Каждый исследователь может сам формировать типологию семей в зависимости от целей и средств исследования. Госкомстатом при проведении последних переписей населения использовалась следующая типология:

• одна брачная пара с детьми и без детей;

• одна брачная пара с детьми и без детей и с другими родственниками;

• две и более брачных пар с детьми и без детей и другими родственниками;

• мать (отец) с детьми;

• мать (отец) с детьми и с другими родственниками;

• прочие семьи .

В табл. 11.1 на основе данной типологии представлено распределение семей, по результатам переписей 1970, 1979, 1989 годов .

Табл. 11.1. Число семей по типам по переписям населения СССР 1970, 1979, 1989 годов (тысяч семей) Семьи, состоящие из: 1970 1979 1989 I одной брачной пары с детьми и без детей 20639 24350 26930 одной брачной пары с детьми и без детей II 5128 4692 4614 и другими родственниками двух и более брачных пар с детьми и III 1024 1278 1355 без детей и другими родственниками IV матери (отца) с детьми 4070 4659 5293 матери (отца) с детьми и другими родстV 1129 752 816 венниками VI прочие семьи 627 994 1238

–  –  –

Семья в России. М., 1996. С. 29 .

В табл. 11.2 представлена типология домохозяйств и дано распределение численности домохозяйств по типам домохозяйств, согласно данным микропереписи населения 1994 года. Напомним, что микроперепись охватывала приблизительно 5% населения, поэтому сопоставление аналогичных типов семей и домохозяйств по абсолютным числам невозможно .

Необходимо сказать также о некорректности употребления некоторых терминов типологии семей и домохозяйств. Следует заменить термин «одиночки» термином «отдельно проживающие люди» (не путать с «отдельно проживающими членами семьи»). А термин «неполные семьи» — термином «семьи с одним родителем», так как понятие неполноты носит негативный оттенок, подчеркивает отклонение от «нормы» — семьи, состоящей из обоих родителей и детей. Рост числа семей с одним родителем, развитие общественного плюрализма и терпимости ставит под сомнение утверждение о том, что такое «норма» .

Кроме демографических критериев в основу типологии домохозяйств могут входить социально-экономические характеристики:

• территориальное размещение (город, село);

• региональное размещение;

• доходная характеристика (денежный доход домохозяйства, активы, трансферты, сбережения; децильная или квинтельная группа);

• имущественная и жилищная характеристика (земля, жилье, дача, домашний скот);

• особенности потребления домохозяйства и его расходные характеристики;

• особенности наследования;

• наличие производства (или производственного потенциала) внутри домохозяйства;

• профессиональный статус и история занятости членов домохозяйства;

• образовательный статус членов домохозяйства;

• особенности использования социальных услуг и услуг здравоохранения .

11.6. ДИНАМИКА СЕМЕЙНОГО СОСТАВА НАСЕЛЕНИЯ. ТЕНДЕНЦИИ В

ФОРМИРОВАНИИ РОССИЙСКИХ СЕМЕЙ

–  –  –

Массовые миграции в города, развитие промышленности, вовлечение мужчин и женщин в общественное производство, рост грамотности и повышение образовательного уровня изменили функции, семейные роли и состав семьи. Семья стала поставщиком рабочей силы, воспроизводящей человеческий капитал определенного качества. Проблемы соотношения домашнего труда и профессионального труда становятся реальными проблемами (особенно для женщин). Эти тенденции носят глобальный характер, не обошли они и Россию .

Процессы модернизации семьи затрагивают и отношение к этому институту .

Выше уже отмечались изменения, происходящие в этом отношении:

больше становится одиноких людей, неформальных браков, семей с одним родителем; сексуальные отношения выходят за строгие семейные рамки, рождение детей планируется, меняется ценность детей, откладываются браки и рождения детей; супруги становятся равноправными, распределение ролей симметричным, специализация в браке размывается .

В таблице выделяются две страны: Франция (где стадия снижения рождаемости наступила раньше, чем в других странах) и Индия (где демографический переход еще не завершен) .

Волков А.Г. Семья // Народонаселение. Энциклопедический словарь. М., 1994. С. 435 .

Однако институт семьи остается важным институтом для человека, для его жизни. Многие люди видят свое будущее в семейных связях. В России за последние 40 лет практически не менялась доля людей, проживающих в семьях. Если в 1959 г. эта доля составляла 88,8%, то в 1989 г. — 88,4%, что составило 136896 тысяч человек1. 5% членов семей (6925 тысяч человек) проживало отдельно от семьи, но были связаны с ней общим бюджетом. Не имевшие семьи или утратившие связь с ней составили в 1989 г .

около 7% населения (10126 тысяч человек). Причем доля одиноких людей в составе городского населения несколько сократилась (с 7,1% в 1970 г. до 6,8% в 1989 г.), а в составе сельского населения возросла (с 5,7% до 7,1%), видимо за счет регионов со «старой» структурой населения, в которых группа одиноких людей представлена пожилыми женщинами .

Заметим, что одиноко проживающие люди (как семейные, так и бессемейные) составляют около 12% населения России. Для сравнения, этот показатель может быть ниже (6,5% в Польше в 1984 г. и в Италии в 1981 г.) и выше (13,9% в Швейцарии в 1980 г.). На этот показатель влияет уровень рождаемости (низкий уровень повышает его) и уровень смертности (низкий уровень понижает его) .

Вместе с ростом городского населения выросла доля городских семей с 35,4% в 1939 г. до 73,7% в 1989 г. «Перелом» произошел в конце 1950-х гг. — в 1959 году доля городских семей уже составила 53% .

Табл. 11.4.

Семьи с разным числом членов и средний размер семьи тысяч семей % от общего числа семей Общее число семей 32617 36725 40246 100 100 100 в том числе состоящие из:

2-х человек 8655 11608 13759 26,5 31,6 34,2 3-х человек 9116 11589 11281 27,9 31,6 28,0 4-х человек 8118 8588 10154 24,9 23,4 25,2 5-ти и более человек 6728 4940 5052 20,6 13,5 12,6 численность одиночек, тыс. человек средний размер семьи, чел. 3,5 3,3 3,2 Семьи становились маленькими, доля семей с 5 и более членами и средний размер семьи сокращались. Если в 1939 г. средний размер семьи был 4,1 человек, а доля семей с 5 и более членами была 35,5%, то уже в 1959 г. доля таких семей была 24,9%, а средний размер российской семьи В Российской Федерации, по переписи населения 1989 года, насчитывалось 40,2 млн .

семей, из которых 29,6 млн. — в городских поселениях и 10,6 млн. — в сельской местности .

был 3,5 человек. В последующие годы эти тенденции усиливались, в 1989 году доля больших семей была уже на уровне 12,6% (см. табл. 11.4). Соответственно доля маленьких семей растет: более трети семей в России в 1989 году — это семьи из двух человек .

Данные микропереписи 1994 года также отражают незначительную долю больших домохозяйств (см. таблица 11.5) .

Табл. 11.5.

Распределение российских домохозяйств по числу членов и средний размер домохозяйства Число домохозяйств 2580386 в том числе доля (%) домохозяйств, состоящих из человек:

одного 19,2 двух 26,2 трех 22,6 четырех 20,5 пяти и более 11,5 Средний размер домохозяйства (чел.) 2,84 Тот факт, что средний размер домохозяйства в 1994 году значительно ниже среднего размера семьи по переписи 1989 года связан с изменением статистики учета (помимо процессов нуклеаризации и снижения рождаемости, влияющих на средний размер семьи). Домохозяйства, состоящие из одиноких людей, «размыли» показатель среднего размера домохозяйства .

Изменение размеров семьи влияет на изменение состава семей, на увеличение доли семей с родителями и детьми и семей с одним родителем без других родственников (см. табл. 11.6) .

Табл. 11.6. Распределение российских семей по типам абсолютное % от общего типы число семей числа семей Семьи, состоящие из: 1970 1979 1989 1970 1979 1989 одной брачной пары с детьми и I 20639 24350 26930 63,3 66,3 66,9 без детей одной брачной пары с детьми и II без детей и другими родствен- 5128 4692 4614 15,7 12,8 11,5 никами двух и более брачных пар III с детьми и без детей и другими 1024 1278 1355 3,1 3,5 3,4 родственниками IV матери (отца) с детьми 4070 4659 5293 12,5 12,7 13,2 матери (отца) с детьми и друV 1129 752 816 3,5 2,0 2,0 гими родственниками VI Прочие семьи 627 994 1238 1,9 2,7 3,1 Всего семей: 32617 36725 40246 100 100 100 Происходит так называемый процесс нуклеаризации семей. Процесс нуклеаризации — тенденция к выделению взрослых детей из родительских семей в связи с вступлением в брак, приводящая к увеличению доли простых семей, то есть к выделению семейного ядра. Отсюда и возник термин «нуклеаризация» .

Простые (нуклеарные) семьи имеют в своем составе одно или два поколения, то есть состоят из супругов (или родителя) с детьми или без детей, сложные семьи имеют в своем составе более двух поколений .

Можно рассчитать индексы нуклеаризации — соотношение численности простых и сложных по составу семей. Согласно нашей типологии семей (см. табл.

11.5), формула для расчета индексов нуклеаризации будет следующей:

I n = ( I + IV ) /( II + III + V ), где I, IV — типы простых семей, II + III + V — типы сложных семей .

Процесс нуклеаризации происходит достаточно быстро: в 1970 году индекс нуклеаризации был равен 3,39, в 1979 г. — 4,32, в 1989 г. — 4,75 .

Как видно из таблицы 11.5., 80,1% семей являлись нуклеарными в 1989 году (66,9% нуклеарных семей с двумя родителями и 13,2% нуклеарных семей с одним родителем) .

Рассчитать индекс нуклеаризации семей по домохозяйственным данным 1994 года (см. табл. 11.7) затруднительно, так как в состав домохозяйств, состоящих только из родителей и детей могут входить неродственники, и тогда такое домохозяйство попадает в группу сложных домохозяйств, хотя и состоит из нуклеарной семьи и неродственников. Тем не менее, домохозяйства, состоящие из брачной пары с детьми или без детей и семей с одним родителем (без родственников и неродственников), составляют 60,6% от всех опрошенных домохозяйств .

Заметим, что «прочие» домохозяйства составляют 22,5%, и среди них 85,2% — это отдельно проживающие (одинокие) люди .

Важной характеристикой семьи или домохозяйства, с демографической точки зрения, является детность семей, которая характеризуется как число детей в семье в момент переписи для реального поколения .

С понятием «детность семьи» связаны понятия «малодетность» и «многодетность», включающие в себя вполне конкретные количественные характеристики числа детей. Для российской культуры, с точки зрения распространенных репродуктивных установок, малодетной считается семья с 1–2 детьми, многодетной — с тремя и более детьми .

Доля домохозяйств с несовершеннолетними детьми в России достаточно высока — 46,6% от всех домохозяйств. Но большинство семей считаются малодетными. Среднее число детей, приходящихся на одно домохозяйство, — 1,6 (см. табл. 11.8) .

Табл. 11.7. Распределение домохозяйств по типам и числу членов домохозяйства

Доля в том числе состоящие из человек:

Число Средний в общем (на 1000 домохозяйств) домохо- размер числе зяйств 1 2 3 4 5 и более домохозяйства 2580386 100,0 192 262 226 205 115 2,84 Все домохозяйства

–  –  –

ЛИТЕРАТУРА

Основная

1. Волков А.Г. Семья — объект демографии. М., 1986 .

2. Елизаров В.В. Современная семья: демографические и экономические проблемы // Современная демография. М., 1995 .

3. Народонаселение. Энциклопедический словарь. М.: Большая Российская энциклопедия, 1994 .

4. Тенденции развития семьи в СССР // Основы демографии. М., 1989 .

Дополнительная

1. Антонов А.И., Медков В.М. Социология семьи. М., 1996 .

2. Васильева Э.К. Семья и ее функции. М., 1975 .

3. Герасимова И.А. Структура семьи. М., 1976 .

4. Дарский Л.В. Формирование семьи. М., 1972 .

5. Демографические проблемы семьи / Под ред. Н.М. Римашевской .

М., 1978 .

5. Домохозяйство, семья и семейная политика. // Под ред. В.В. Елизарова, Н.В. Зверевой. М., 1997 .

6. Елизаров В.В. Перспективы исследования семьи: анализ, моделирование, правление. М., 1987 .

7. Женщина, мужчина, семья // THESIS, М., 1994. № 6 .

8. Жеребин В.М., Романов А.Н. Экономика домашних хозяйств. М., 1998 .

9. Калабихина И.Е. Социальный пол и проблемы населения. М., 1995 .

10. Ружже В.Л., Елисеева И.И., Кадибур Т.С. Структура и функции семейных групп. М., 1983 .

11. Харчев А.Г., Мацковский М.С. Современная семья и ее проблемы .

М., 1978 .

12. Янкова З.А. Городская семья. М., 1979 .

13. Handbook of Marriage and the Family / Ed. by M. Sussman, S. Steinetz .

N.Y., 1987 .

14. Menages, familles, parenteles et solidarites dans les populations mediterraneennes. Paris: INED, 1996 .

РАЗДЕЛ V. МИГРАЦИОННОЕ ДВИЖЕНИЕ И УРБАНИЗАЦИЯ

ГЛАВА 12

ВОПРОСЫ КЛАССИФИКАЦИИ И ТЕОРИИ

МИГРАЦИОННОГО ДВИЖЕНИЯ НАСЕЛЕНИЯ

Население находится в постоянном движении: люди рождаются и умирают, женятся и разводятся, переезжают из одного населенного пункта (государства) в другой (другое) с различными целями, навсегда или на определенный срок, переходят из одной сферы деятельности, из одной социальной группы в другую и т. д., и т. п. Все эти передвижения формируют три основных вида движения населения: естественное, миграционное и социальное. И наиболее многообразным и сложным для понимания и учета среди них выступает миграционное, которое выступает основой территориального движения населения .

12.1. КЛЮЧЕВЫЕ ПОНЯТИЯ ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО ДВИЖЕНИЯ НАСЕЛЕНИЯ

Можно выделить следующие понятия, четкое представление о которых поможет глубже осознать во-первых, суть самого территориального движения населения, во-вторых, место и роль непосредственно миграции в этом движении, и собственно понять ее демографическую роль .

И наибольший интерес представляет соответственно само понятие «миграция», первое научное определение которой мы находим в работах 1885–1889 гг. английского ученого Е.

Равенштейна, который достаточно просто подошел к определению миграции, рассматривая ее, как «постоянное или временное изменение местожительства человека», как «непрерывный процесс», обусловленный взаимодействием четырех основных групп факторов:

– действующих в начальном месте (стране) жительства мигранта;

– действующих на стадии перемещения мигранта;

– действующих в месте (стране) въезда мигранта;

– факторов личного характера, под которыми понимается, прежде всего, система предпочтений личности, вся совокупность ее демографических характеристик и т. п .

Одним из первых формализовав миграционные процессы, Е. Равенштейн на примере миграций в Великобритании и Северной Америке сформулировал одинаннадцать миграционных законов или правил (Ravenstein's Laws of Migration): 1) больше всего миграций осуществляется на короткие расстояния; 2) миграция происходит постепенно, шаг за шагом; 3) миграции на большие расстояния направляются в основном в крупные торговые или промышленные центры; 4) каждому миграционному потоку соответствует свой контрпоток; 5) городские жители менее подвижны в миграционном плане нежели население в сельских районах; 6) во внутренних миграциях более активны женщины, в международной миграции — мужчины; 7) большинство мигрантов представляет взрослое население, семьи редко мигрируют за пределы своей страны; 8) рост крупных городов в большей степени обусловлен миграцией населения нежели естественным в них приростом; 9) масштабы миграции возрастают с развитием промышленности и торговли и особенно с развитием транспорта; 10) большинство мигрантов из сельской местности направляются в крупные промышленные и торговые центры; 11) экономические причины миграции являются определяющими. Отметим, что на современном этапе развития общества некоторые из этих закономерностей миграции населения утратили свою значимость, другие, наоборот, приобрели ярко выраженный, устойчивый и определяющий характер. В первую очередь речь идет о последних трех из вышеназванных. Более того именно эти закономерности были заложены в основу многих концепций и теорий по миграции .

Определения «миграции», если только просто перечислить все из них, которые к настоящему времени можно найти в научной и учебной литературе, займут не один десяток страниц. И если раньше, как правило, можно было четко выделить два подхода: так называемое «узкое» понимание миграции, как «переселений на новое место жительства», и «широкое» понимание миграции, охватывающее «все территориальные передвижения межпоселенного характера», то в настоящее время мы приходим к выводу, что термин «миграция»1 все более приобретает некий универсальный собираВ нашей литературе в качестве собирательного понятия в равной мере бытуют термины «миграция» (в единственном числе) и «миграции» (во множественном).. .

Видимо, сама жизнь покажет, какое словоупотребление прочнее», — писал в 1971 г .

известный исследователь миграционных процессов В.В. Покшишевский. Надо сказать, что до сих пор оба эти термина используются в равной степени и будут использоваться, на наш взгляд, и в дальнейшем. Правда, надо заметить, что термин «миграции», как правило, больше применяется для характеристики международной миграции населения, в первую очередь ее глобальных миграционных потоков .

тельный характер, под которым каждый автор, употребляющий его, понимает иногда совершенно разные категории, связанные с территориальным движением на разных его стадиях. Более того, сам термин «миграция» находит отражение и в других науках (например, миграция животных, миграция клеток, миграция металлов и т.п.) .

Как писал в 1978 г. Л.Л. Рыбаковский, «в демографической науке, как, впрочем, и в других науках, изучающих миграцию, ни одно понятие не имеет столько различных трактовок как миграция». Спустя более чем 20 лет можно сказать, что число этих трактовок еще больше возросло. Термин «миграция»

все более приобретает «универсальный» характер, в научном анализе обязательно требующий уточняющего признака — прилагательного .

Не случайно и в отечественной, и в зарубежной литературе появилось множество различных «прилагательных», конкретизирующих это понятие:

сезонная, маятниковая, безвозвратная, временная, челночная, постоянная, экономическая, вынужденная, добровольная, экологическая, трудовая, городская, сельская, внешняя, международная, внутренняя и т. д. и т. п .

Множественность же самих определений, зачастую смешивающих характерные признаки территориального движения в целом и собственно миграции, в частности, и соответственно или чрезмерно расширяющие это понятие, или ограничивающие его одним из «второстепенных» признаков, ведут зачастую к искажению сути этого явления .

И прежде чем привести некоторые их этих определений, подчеркнем, что миграция, как никакой другой процесс, происходит одновременно во времени и пространстве, в этом его, кстати, важное отличие от других демографических процессов .

Наиболее точное определение миграции дал в 1987 г .

Л.Л. Рыбаковский: «любое территориальное перемещение, совершающееся между разными населенными пунктами одной или нескольких административно территориальных единиц, независимо от продолжительности, регулярности и целевой направленности представляет собой миграцию в широком значении этого слова» .

Вставка 12.1. В собственном смысле слово «миграция» или «миграционные движения» означает совокупность перемещений, имеющих целью перенести место пребывания кого-либо .

Источник: Демографический многоязыковый словарь. Нью-Йорк: ООН, 1978 .

Миграцией называется географическая мобильность, влекущая за собой изменение обычного места жительства между определенными политическими или статистическими пунктами, или же между районами проживания различного типа .

Источник: International Encyclopedia of Population, 1984 .

Территориальная подвижность (миграция) представляет собой перемещение человека внутри определенного района либо за его пределы .

Источник: Бреев Б.Д. Подвижность населения и трудовые ресурсы. М., 1970. С. 30 .

Миграция населения — это один из видов мобильности, а именно — пространственная мобильность или в более узком и специальном значении слова под миграцией населения понимается совокупность переселений людей, то есть таких их перемещений по территории, которые неразрывно связаны со сменой ими мест жительства на относительно продолжительный срок (В.И. Переведенцев, 1975) .

Миграция — это выезд за границу из страны (или района) своего постоянного проживания с любыми целями, кроме туризма и отдыха, в течение последних 20 лет на срок более 7 дней. Это определение носит преимущественно экономический характер и подразумевает получение материальной выгоды в результате миграции .

Источник: In-Depth Studies on Migration in Central and Eastern Europe: The Case of Ukraine. Economic Studies, № 12. United Nations, New York and Geneva, 1999 .

Миграция — одна из форм движения населения, при которой перемена места жительства на более или менее значительное расстояние и время сопровождается общественно значимыми экономическими, социальными, демографическими и другими последствиями (позитивными и негативными, явными и скрытыми, текущими и долгосрочными и т. д.) .

Источник: Моисеенко В.М. Миграция как объект комплексного исследования // В сб.:

Народонаселение: современное состояние и перспективы развития научного знания .

М., 1997. С. 24 .

Миграция населения — перемещение населения между странами .

Источник: Международные экономические отношения / Под ред. В.Е. Рыбалкина .

М., 1997. С. 164 .

И в отечественных, и в зарубежных определениях, как мы видим из вставки 12.1 (курсив наш — ред.), именно время, расстояние и статус места проживания обусловливают те или иные категории территориального движения, и в то же время лежат в основе разного определения, что хуже, разного понимания, такого явления как миграция населения. Например, часто употребляются термины «временные», «долгосрочные», «достаточно длительные», «постоянные», «относительно продолжительные» и т. п. передвижения, обозначаемые как «миграция населения». Но что значит «достаточно длительные»: час, день, месяц, год, 5 лет, 10 лет, 20 лет и т. д.? Таким образом, как только мы говорим о времени (временной миграции), возникает сразу необходимость его конкретного уточнения, которое зачастую не отвечает сути наблюдаемого процесса (не случайно появилось выражение «ничего нет более постоянного, чем временное»). Речь должна идти только о таких двух критериях: «возвратность» (или «возвратная миграция», то есть независимо от продолжительности самого передвижения и нахождения в месте прибытия, и «навсегда» (или «безвозвратная миграция»), то есть безвозвратное перемещение или переселение на новое место жительства, что, собственно, изначально и в семантическом и в сущностном смысле определяло такое понятие как «миграция» .

Но передвижение, на которое затрачено, например 1–1,5 часа может охватывать расстояние и в 10 км, и в 100 км, и в 1000 и более км и при этом осуществляться и в пределах городского или сельского района, города, страны, континента, мира! Какое из них в этом случае можно и нужно считать миграцией? В 1960-е гг. в рамках ООН, например, было предложено считать миграцией только передвижение населения на расстояние 50 км и более. Данная рекомендация не нашла широкого применения, да и не могла найти, поскольку расстояние, на наш взгляд, само по себе в современный век скоростей не может быть критерием, по крайней мере главенствующим, миграции, как, собственно говоря, и само время (за 1 час можно переместиться, например, из одного района г. Москвы в другой, а можно из одной страны в другую и даже с одного континента на другой) .

Другими словами, необходим сущностный критерий для обозначения миграции как миграции. Таковым можно справедливо считать «статус места проживания» или территориально-административные границы, в рамках которых осуществляется передвижение. Большинство ученых к миграции относят только те перемещения (передвижения), которые осуществляются между разными населенными пунктами (село, город, страна) и получившие название «межпоселенные передвижения» .

И здесь необходимо остановиться на таких ключевых понятиях как «территориальное» и «миграционное» движение», которые очень часто отождествляются, что, видимо, не совсем правомерно, о чем еще в 1978 г .

справедливо написали Б.С. Хорев и В.Н. Чапек: «Территориальное (пространственное) движение населения есть совокупность передвижений людей относительно мест жительства или мест приложения труда. В понятии территориального движения следует различать прежде всего межпоселенные и внутрипоселенные передвижения. Именно с первыми связаны понятия, относящиеся к миграции...» .

Правда, затем, верно, на наш взгляд, определяя миграционное движение как «совокупность межпоселенных безвозвратных и возвратных передвижений», ограничивают его только «сменой места приложения труда», противореча самим себе, поскольку ранее межпоселенные передвижения справедливо определяют как «территориальные перемещения населения любой степени продолжительности между странами, районами и населенными пунктами, связанных и не связанных со сменой места приложения труда» .

В миграционное движение населения обычно включают 4 основных вида: переселения (или безвозвратная миграция), сезонная миграция, маятниковая миграция и эпизодическая миграция (за рубежом обозначается как циркулярная миграция). Вместе с тем, если говорить о международной миграции, как об одном из основных типов миграционного движения, то и эта классификация, на наш взгляд, является неполной. Во-первых, в нее необходимо включить долгосрочную миграцию (по терминологии ООН, мигранты выезжающие в другую страну на срок более 1 года считаются Схема 12.1. Общая классификация территориального движения населения .

–  –  –

Миграционное движение долгосрочными или постоянными мигрантами). Во-вторых, две такие основные формы, как «добровольная» и «вынужденная», и такую специфическую форму, как «нелегальная». Таким образом, территориальное и миграционное движение населения не надо смешивать. А их соотношение и структура наглядно отражены на представленной схеме 12.1 .

При этом эти основные формы могут быть общественно-организованными, т.е. осуществляться с помощью государства или различных общественных структур (например, организованный набор рабочих, миграция по общественным призывам, депортации и др.), и неорганизованными, которые осуществляются без помощи со стороны государства. Примечательно, что доля последних с начала 1990-х гг. неуклонно возрастает в нашей стране .

Однако это вовсе не говорит о стихийности большинства миграционных процессов, хотя и свидетельствует об определенных противоречиях между интересами общества и интересами индивидуально мигрирующих граждан .

Давая краткую характеристику каждого из основных видов миграционного движения, заметим, что, с одной стороны, они довольно специфичны по своему характеру, часто имеют разные цели, обусловливаются различными причинами и факторами, с другой стороны, относительно условны, поскольку зачастую бывает довольно сложно разделить тот или иной вид. Например, вначале долгосрочная миграция, затем она может перейти в безвозвратную, а бывшая вначале добровольной, впоследствии эта миграция может оказаться вынужденной и т. д .

Отметим лишь ряд спорных вопросов по их отношению к миграционному движению. Так, уже в дискуссиях о миграции конца 1960-х — начала 1970-х гг. появились две противоположных точки зрения о маятниковой миграции. Например, В.В. Покшишевский считал, что маятниковая миграция не относится, собственно говоря, к понятию «миграция», а является лишь особой формой расселения. В международной практике также довольно часто рабочих-фронтальеров исключают из понятия «мигранты» .

Маятниковая (приграничная) миграция — это ежедневный (реже еженедельный) переезд с места постоянного жительства на место работы или учебы в другом межпоселенном пункте или в другом государстве .

В последнем случае используют понятие «рабочие–фронтальеры» .

За истекшие 30 лет значение и масштабы этого вида миграционного движения значительно возросли, превысив в ряде стран объем ежегодных безвозвратных переселений .

Вместе с тем, и по своей сути, и по своей значимости этот вид территориального движения в полной мере относится к миграции населения. При этом подчеркнем, что в настоящее время целесообразно, если нет специальных оговорок или уточнений, миграцию населения рассматривать в широком, собирательном смысле, соответствующем понятию «миграционное движение» .

Спорным было и включение в это понятие «эпизодических передвижений», поскольку многие из них ассоциируются с внутрипоселенными передвижениями, имеющими краткосрочный характер. Действительно, поездка москвича, например, к врачу может занять несколько часов и в рамках г. Москвы, и, скажем, в г. Тверь и обратно. Аналогичная ситуация может наблюдаться и на международном уровне (например, не в г. Тверь, а в г. Варшаву или г. Минск) .

В этом примере есть еще один ограничитель для включения этого вида в миграционное движение, который приводят, например, Б.С. Хорев и В.Н. Чапек, — это цель передвижения. По мнению последних, к миграционному движению следует относить только передвижения, которые связаны со сменой места приложения труда, автоматически при этом исключая, например, мигрантов–пенсионеров, детей и др .

Не отрицая приоритета трудовой миграции, значимости ее в миграционном движении, тем не менее считаем, что правы те авторы, которые к миграции относят любые территориальные передвижения межпоселенческого характера. Последнее, собственно говоря, и является сущностным критерием их отнесения к миграции .

Таким образом, эпизодические миграции представляют собой деловые, туристические, рекреационные и т.п. поездки, не имеющие регулярного временного характера. Считается, что по своим масштабам этот вид миграции превосходит все остальные, хотя по своей значимости, особенно демографической, существенно им уступает. Тем не менее, заметим, что доходы, например, от туризма (в данную категорию в настоящее время входят не только собственно туристы, но и многие другие категории мигрантов, напр., челноки-торговцы) и путешествий в мире оценивались в 2000 г. примерно в 474 млрд. дол., а число «туристов» превысило 697 млн .

человек .

Несколько подробнее о выделении нами среди основных такого вида, как долгосрочная (постоянная) миграция, что, собственно говоря, наряду с выделением таких ее форм, как «вынужденная миграция» и «нелегальная миграция», позволяет говорить о новой классификации территориального движения населения, в которой, во-первых, четко разделены понятия «территориальное движение» и «миграционное движение», которые часто неверно рассматриваются как синонимы, во-вторых, показано все многообразие территориального движения населения, которое не ограничивается только тремя основными видами миграционного движения .

Понятие «долгосрочная или постоянная миграция» в отечественной и зарубежной литературе часто ассоциируются с безвозвратной миграцией .

Вместе с тем, на наш взгляд, правильнее различать эти понятия, что обусловлено, по крайней мере, двумя обстоятельствами. Во-первых, с понятием «постоянное место жительства», определяемое национальным законодательством каждой страны, в соответствии с которым тот или иной мигрант может быть включен в категорию «постоянно проживающего» .

В России такой срок с конца 1997 г. составлял 6 месяцев (против 1,5 месяца ранее), в США въехавшие по визе «иммигранта» становятся постоянными жителями с момента въезда и могут находится в таком статусе, не получая гражданства, более 20 лет. Во-вторых, с подходом ООН к определению постоянными мигрантами тех, кто въезжает в другую страну на срок более 1 года. Это «более» часто ведет к обозначению этой категории миграции как «долгосрочной», причем долгосрочность может исчисляться десятками лет!

Важно еще подчеркнуть, что долгосрочная (постоянная) миграция, как правило, имеет трудовой, коммерческий, учебный или образовательный характер, являясь таким образом одной из разновидностей возвратной миграции. Хотя в международном плане не так уж редки случаи, когда «долгосрочность» превращается в «безвозвратность», но это, как правило, связано с соответствующей политикой страны — иммиграции, например, по привлечению ею высококвалифицированных специалистов из более бедных государств .

Наконец о таком основном виде, как безвозвратная миграция (или переселения), которая связана не только с изменением постоянного места жительства, но и со сменой гражданства, если речь идет о международной миграции. В последнем случае говорят об «эмиграции» и «иммиграции» .

Если речь идет о внутренней миграции, говорят о «выбывших» и «прибывших». Именно этот вид миграции, как мы писали во 2-й главе, является демографическим процессом, оказывающим прямое, зачастую очень значительное, влияние на динамику численности населения, на изменения в возрастно-половой структуре населения, на собственно репродуктивные установки и др. Вместе с тем, говоря о соотношении основных видов миграционного движения, надо подчеркнуть сокращающуюся долю переселений в мировых миграционных потоках .

Что касается двух таких форм, как нелегальная иммиграция и вынужденная миграция, заметим, что особых сложностей в терминологическом обозначении первой из них нет, хотя в последние годы появилось много разных категорий нелегальной миграции, требующих еще осмысления и изучения. Есть огромные трудности в выявлении ее масштабов и разработке соответствующих методов в данном направлении. При этом нелегальная иммиграция имеет четко выраженный международный характер .

Вынужденная миграция может быть как международной, так и внутренней. К настоящему времени, несмотря на повышенное к ней в последние годы внимание, еще не сложилось однозначное ее понимание, определения тех категорий мигрантов, которые в нее включают. Основными из них являются «беженцы», «лица, ищущие убежища», «депортированные», «эвакуированные», «перемещенные лица», если речь идет о внутренних передвижениях (российский аналог — «вынужденные переселенцы»). Здесь же хотелось бы сделать несколько замечаний .

Первое, грубой ошибкой, на наш взгляд, является выделение среди вынужденных мигрантов так называемых «экономических беженцев», что искажает саму суть вынужденной миграции, которая заключается не просто в вынужденном или принудительном (насильственном) характере межпоселенных передвижений, а в их внезапности, отсутствии времени на принятие обдуманного, взвешенного решения о миграции и на ее подготовку, а также в отсутствии часто вообще каких либо возможностей влиять на саму процедуру этих передвижений .

Правда, среди вынужденных мигрантов есть одна категория, которая внешне не отвечает этим характеристикам. Речь идет о так называемых «лицах, ищущих убежище», которые обычно имеют и время, и возможности для обдуманного выезда за рубеж, например, в качестве туристов и лишь затем обращающихся к властям о предоставлении им статуса «беженцев», которое надо сказать, удовлетворятся сравнительно редко. И это как раз тот случай, который и подчеркивает определенную условность классификации основных видов и форм миграционного движения, в каком бы сочетании она не представлялась, хотя правильнее, видимо, было исключить эту категорию мигрантов из понятия «вынужденная миграция» .

В анализе миграции важно выделить и такое понятие как «пространственная мобильность» или «подвижность» («spatial mobility»), получившего в западной литературе широкое распространение, и которое, по существу, часто отождествляется с «территориальным движением». При этом совершенно правы те авторы, которые отмечают, что термины «мобильность»

(в русском языке «подвижность») и «перемещение» («передвижение») отнюдь не однозначны. Поэтому трудно, например, согласиться, скажем, с таким определением, как «территориальная мобильность есть изменение рабочего места, сопровождаемое географическим перемещением» .

Как трудно согласиться и с представлением о том, что «пространственная мобильность как социально-экономическая адаптация отражает отклик индивидов, домохозяйств, а нередко и целых сообществ на изменение социальных, экономических, экологических и политических условий», что «пространственная мобильность может рассматриваться в рамках обычного жизненного цикла или события, как часть опыта индивида в течение его жизни» .

«Мобильность, — пишет Дж. Кларк, — конечно, включает в себя все формы территориальных передвижений населения, но демографы большей частью занимаются изучением миграции, трудно определимого термина, которым обычно обозначают передвижение, сопровождающееся сменой места жительства на определенный срок, обычно 1 год. Из этого следует, что демографы концентрируют свое внимание на наиболее постоянных передвижениях, уделяя меньше внимания циркуляции, которая включает в себя разнообразные временные передвижения, такие как (а) поездки на работу, школу, места развлечений, шоппинга или паломничества, которые не подразумевают смену места жительства; и (б) краткосрочные передвижения к месту получения высшего образования, проведения отпуска или военной службы, работы, сезонной или по контракту, что влечет за собой временное изменение места жительства. Такого рода явления вошли в сферу интереса других социальных наук, а именно антропологии, географии и социологии» .

Помимо не совсем верного определения самого понятия «мобильность», трудно согласиться, в последнем случае и с тем, что демографы «должны» больше внимания уделять, например, циркуляции. Подчеркнем, что, на наш взгляд, более верным является определение пространственной мобильности через потенциальную способность к миграции, что отметил уже в 1973 г. М.В. Курман, когда писал, что слово «мобильность» означает скорее потенциальную способность или готовность индивида к действию, чем само действие .

Такое же понимание мы находим и у некоторых зарубежных авторов .

Например, М. Парнвелл подчеркивает. что «под мобильностью может пониматься способность быть подвижным, которая позволяет людям перемещаться из одного места в другое, а также отсутствие всяких ограничений, не позволяющих совершать эти перемещения .

Подводя первый итог, заметим, что эволюция понятия «миграция населения» все более идет в направлении ее отождествления с понятием «миграционное движение», а сам термин «миграция» неизменно требует дополнительного определения для точного выражения той или иной ее категории .

Именно исходя из этого направления, на наш взгляд, термин «миграция» населения, под которой мы понимаем совокупность действий, связанных с территориальным передвижением, как на стадии принятия решения о миграции, так и на стадии адаптации на новом месте или в новых условиях, с учетом циркулярных передвижений, приобрел в настоящее время универсальный обобщающий характер и в широком смысле отождествляется с понятием «миграционное движение» .

Говоря о стадиях миграционного движения, выделяют три стадии:

1) стадия принятия решения мигрировать, правильность которого, если оно происходит в условиях свободы выбора, а не под принуждением или насильственно, во многом зависит от многосторонней и правдивой информации о новом месте, где надо будет жить и работать, а также о путях передвижения;

2) стадия непосредственного территориального перемещения, которое может осуществляться при помощи государства и различных общественных структур или сугубо самостоятельно за счет собственных средств и возможностей, на свой страх и риск;

3) стадия адаптации, или приживаемости, мигрантов к новому месту жительства и трудоустройства и соответственно их эффективной работы .

В связи с этим особый интерес представляет концепция академика В.П. Казначеева, разработанная им в начале 1980-х гг., суть которой состоит в разделении мигрирующих на «мигрантов-спринтеров» и «мигрантовстайеров». Речь прежде всего идет о переселении в районы с непривычными и суровыми климатическими условиями (например, север России, Канады, пустыни Средней Азии, Австралии, Африки) .

Если труд первых на новом месте как правило наиболее производителен только в первые два-три месяца и дальнейшая их адаптация сопряжена с большими трудностями, то речь должна идти лишь о сезонной миграции (например, вахтовых формах миграции). И обратная картина в отношении вторых, производительность труда которых достигает нормы и начинает увеличиваться по истечении нескольких месяцев, а сам процесс адаптации все более облегчается и ускоряется. Именно из этой категории мигрантов и может быть сформировано постоянное население данных регионов и, следовательно, значительно увеличена эффективность управления миграционными процессами .

И еще одно принципиальное замечание связано с необходимостью четкого разделения международной и внутренней миграции, ибо, несмотря на общую основу и «простоту» деления, эти два типа миграционного движения зачастую определяются различными закономерностями, факторами и причинами, требуют совершенно разных подходов в области политики .

Их отождествление, что особенно заметно в России, в связи с появлением ближнего зарубежья, неправомерно, ведет к неверному смещению приоритетов в миграционной политике, что, в частности, и явилось, на наш взгляд, одной из причин явного провала в проводимой в 1990-е гг. в России миграционной политики .

Не случайно известный современный исследователь международной миграции А. Золберг, анализируя творчество Е. Равенштейна, подчеркивает, что главное упущение, которое тот допустил, заключается в его утверждении о том, что международная миграция развивается по тем же «законам», что и внутренняя миграция. «Результатом этого — пишет А. Золберг, — явилось появление теоретической парадигмы, лишь отдаленно связанной с реальностью». Заметим, что в большей степени сторонниками данной парадигмы выступали и выступают географы. Именно географы с 1993 по 1998 гг. по существу определяли в России и концептуальные подходы к разработке миграционной политики, и ее практическое воплощение в жизнь. А. Ягельский, капитальный научный труд которого по географии населения занимает особое место в научном обосновании территориального движения населения, его типологизации, вместе с тем, подчеркивая, что «во многих работах по теории миграции отдельно рассматриваются внутренние и зарубежные миграции», считает, что «такое разделение не всегда обоснованно». И в качестве примера такого «необоснованного» разделения приводит миграцию рабочей силы в странах Европейского сообщества, которая, с одной стороны, является международной, а с другой, как бы внутренней в рамках единого европейского пространства, государственные границы в котором становятся «прозрачными» для свободного передвижения граждан объединившихся в это пространство государств. Для того, чтобы разобраться в данном феномене необходимо определить, собственно говоря, а что представляет из себя международная миграция, в чем ее принципиальные отличия от внутренней миграции, как она соотносится на новом рубеже научного знания с таким понятием как «внешняя» миграция, каковы современные подходы к ее классификации и т. п. Это тем более важно, поскольку, как мы уже подчеркивали, именно международная миграция становится главным процессом, определяющим демографическое развитие мира и, в первую очередь, развитых стран .

12.2. ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ И ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПО МЕЖДУНАРОДНОЙ МИГРАЦИИ

Говоря о многообразии определений миграции населения, необходимо подчеркнуть, что оно в большей степени касается международной миграции населения, обладающей не только более емким содержанием различных категорий, не только внутристрановыми особенностями их определения и учета, не только относительно слабой теоретической проработкой, но и рядом важных межгосударственных признаков (государственные границы и соответствующий государственный контроль за миграционными перемещениями через них, степенью открытости для внешнего мира, политикой на рынке труда, стремлением к интеграции или изоляции и др.). Как ни странно, но отдельных, самостоятельных определений международной миграции мы почти не находим в миграционной литературе. Например, даже в такой капитальной работе Э.П. Плетнева как «Международная миграция рабочей силы» (1962 г.), нет ее специального определения, как нет и во многих других отечественных и зарубежных работах. Как правило, дается общее определение миграции и в лучшем случае говорится, что она подразделяется на внутреннюю и внешнюю (реже употребляется термин международная)1. В экономической же литературе, как правило, говорится На последнем отождествлении ниже мы остановимся подробнее .

лишь о международной миграции рабочей силы, которая рассматривается как один из факторов мирового производства, чуть лучше обстоит дело в социологических работах .

Но и те немногие определения, которые мы нашли, на наш взгляд, страдают в лучшем случае «узким» подходом, что уже не достаточно для понимания современных мировых миграционных потоков .

Вот, что, например, пишут Л.В. Смирнягин и Б.С. Хорев в Демографическом энциклопедическом словаре: «международная миграция населения, внешняя или межгосударственная миграция есть перемещение людей через государственные границы, связанное главным образом с изменением их постоянного места жительства» .

«Внешняя миграция, — отмечает Л.Л. Рыбаковский, — это переселение населения одной страны на территорию другой. Такое переселение в конечном счете сопровождается сменой гражданства» .

Более точное, на наш взгляд, определение дает швейцарский ученый М. Бассанд: «Международные миграции представляют собой все изменения места проживания, обусловленные пересечением государственной границы» .

Международная миграция населения, на наш взгляд, представляет собой территориальные (пространственные) передвижения людей через государственные границы, связанные с изменением постоянного места жительства и гражданства, обусловленным различными факторами (семейными, национальными, политическими и другими), или с пребыванием в стране-въезда, имеющем долгосрочный (более 1 года), сезонный и маятниковый характер, а также с циркулярными (или эпизодическими) поездками на работу, отдых, лечение и тому подобное. Главными отличительными признаками международной миграции населения по сравнению с внутренней миграцией являются государственная граница, ее пересечение и соответствующий государственный контроль, как за фактом самого передвижения через границу (и в стране выезда, и особенно в стране-въезда), так и за последующим пребыванием в стране-въезда, особенно в связи с трудоустройством и поступлением на учебу или стажировку .

Данное расширенное определение международной миграции населения, на наш взгляд, более полно и точно отвечает реалиям современного развития, вписываясь в общую «собирательную» конструкцию миграционного движения, которую можно представить из схемы 12.1. Включая в себя не только все основные виды этого движения, но и его формы, не присущие внутренней миграции, ее классификация представлена на схеме 12.2. Более того, именно международная миграция населения, хотя и уступающая по своим масштабам внутренней миграции (см. вставку 12.2), будет, на наш взгляд, определять будущее развитие миграционного движения, как по миру в целом (несмотря на нулевой баланс), так и в отдельных регионах и странах, оказывая на многие из них огромное социально-экономическое и демографическое воздействие .

Вставка 12.2. Соотношение масштабов отдельных типов территориального движения можно проследить на примере США, для которых в полной мере все они характерны и которые по своим параметрам могут быть сопоставимы при определенных современных условиях с Россией .

За 5 лет в территориальном движении в США участвовали в общей сложности чуть более 297 млн. человек! Из них: 202 млн. приходятся на внутрипоселенные передвижения, то есть почти 68% от всех передвижений. 91 млн. человек составили внутренние межпоселенные передвижения, или около 31%. И, наконец, только около 4 млн. пришлось на иммиграцию, иными словами чуть более 1%. Казалось бы лишь 1% и приходится на международную миграцию (правда, американская статистика с конца 50-х годов практически отказалась от учета эмигрантов, а таковых по оценкам американских экспертов, ежегодно насчитывается около 150–170 тыс. человек), и тем не менее именно этот 1% играет ведущую роль во многих областях американской жизни, именно к этой группе мигрантов приковывается пристальное внимание государства и в отношении них осуществляется жесткий иммиграционный контроль, проводится целенаправленная миграционная политика .

Источник: Ионцев В.А. Международная миграция населения: теория и история изучения. М., 1999. С. 31 .

А пока рассмотрим феномен «прозрачных границ», с которым тесно связана необходимость четкого разграничения международной и внутренней миграции населения, учитывая, что с ним связано еще одно устоявшееся терминологическое несоответствие существу процесса. Речь идет о равнозначном использовании таких терминов, как «международная миграция»

и «внешняя миграция», хотя мы все больше приходим к выводу о необходимости их разграничения .

Появление так называемых «прозрачных границ»1 в рамках ЕС, североамериканского союза НАФТА, ближневосточного содружества, СНГ (на территории б. СССР) и др., ставит вопрос о необходимости подразделения двух понятий, рассматриваемых ранее как синонимы: международная миграция и внешняя миграция. Хотя сам вопрос подспудно был поставлен значительно раньше, в первую очередь, среди социологов, отмечающих, что «в социологии иногда внешними считаются миграции между различными субъектами Федерации», а «в этносоциологии в качестве внешних могут рассматриваться миграции за пределы территории компактного расселения данного этноса, независимо от того, пересекает он при этом государственные границы или нет» .

Термин, зародившийся в России в связи с распадом СССР и появлением «ближнего зарубежья», хотя само явление берет начало значительно раньше, а свое классическое воплощение получает в рамках Европейского Экономического Сообщества в 1990-е гг. с вступлением в силу Шенгенского соглашения .

Схема 12.2 .

Классификация основных видов и форм международной миграции населения Страна-выезда Страна-въезда А В —————————————— А В —————————————— —————————————— —————————————— Эпизодическая (или циркулярная) миграция

–  –  –

Таким образом, можно сказать, что «внешняя» миграция представляет собой некий промежуточный тип, который при определенных условиях может принимать или внутренний, или международный характер, а может выступать и самостоятельно, отражая, например, этническую миграцию .

При этом, говоря о внешней миграции в связи с «прозрачными границами», надо подчеркнуть, что в отличие от международной миграции она утрачивает такой важный признак как государственный контроль за передвижением через национальные границы граждан стран, входящих в соответствующий союз, а в ряде случаев и граждан «третьих» стран, получивших визу одного из государств Союза (например, шенгенская виза дает возможность свободного пересечения государственных границ всех государств, подписавших Шенгенское соглашение) .

Особенности современной классификации этих и многих других многочисленных понятий международной миграции населения: эмигрант — иммигрант, иностранное население — лица, родившиеся за рубежом, трудящиеся-мигранты — мигранты-иждивенцы, добровольная миграция — вынужденная миграция, беженцы — вынужденные переселенцы, лица, ищущие убежище — экологические беженцы, утечка умов — интеллектуальная миграция, мигранты-сезонники — рабочие-фронтальеры, кочевники — паломники и многие другие .

Не повторяя эти определения, вместе с тем подчеркнем, что, к сожалению, до сих пор по многим из них нет единого мнения, ни на мировом, ни даже на страновом уровнях .

Например, в 1980 г. Высший комитет по народонаселению Франции опубликовал доклад о перспективах развития иностранного населения в стране вплоть до 2015 г., в третьей части которого использовал не менее 10 терминов, обозначающих эту категорию: мигранты, иммигранты, иностранцы, иммиграционное население и т. п .

Другими словами, даже по ключевым категориям международных мигрантов нет единого понимания, причем и там, где статистический учет населения поставлен в целом хорошо. А ведь использование, скажем, таких терминов, как «иностранное население» и «иммигранты» для характеристики международной миграции может иметь совершенно разные выводы, например, о ее увеличении или уменьшении. Ведь численность иностранного населения может изменяться не только в результате новой миграции, но и за счет естественного прироста (увеличиваться), и за счет натурализации (уменьшаться) .

Не случайно в ряде стран (США, Канада, Австралия) для характеристики итоговой численности иммигрантов на какую-либо дату используется не категория «иностранное население», а «лица, родившиеся за границей» .

Нет единства в определении и таких основополагающих понятий международной миграции населения, как «мигрант», «эмигрант», «иммигрант» .

Вместе с тем, уже в конце XIX-го века во французских толковых словарях появляется термин «мигрант», обозначающий «гражданина одного государства, переехавшего в другое государство», то есть изначально это понятие связывалось с международной миграцией. В настоящее время в это понятие, как правило, включают лиц, совершающих любое межпоселенное передвижение как внутреннего, так и международного характера .

Что касается понятий «эмигрант» и «иммигрант», то они хотя и ассоциируются исключительно с международной миграцией, но критерии их определения в разных странах остаются очень различными. Например, в Германии иммигрантами считаются «лица, которые пересекают границу с намерением устроиться в стране», в Японии — «национальные граждане и иностранцы, которые приезжают из-за границы», в России — «лица, въезжающие в страну на срок более 6 месяцев», в США — «лица, въезжающие в страну безвозвратно, с целью постоянного в ней проживания с последующим получением американского гражданства» и т.д. и т.п .

Большое исследование ООН середины 1970-х гг. по проблемам унификации понятий «иммигрант» и «эмигрант» и выделения основных национальных критериев их определения, выявило, в частности, 7 таких критериев:

три, базирующиеся на продолжительности пребывания в стране-въезда, остальные — на целях въезда .

При этом, как было отмечено еще в 1966 г. на Европейской демографической конференции в Страсбурге, уделившей большое внимание международной миграции, многие государства более заинтересованы в сведениях о вновь прибывающих к ним жить и работать, чем в учете тех, кто уезжает из страны. В отдельных же странах, таких как США, Чехия и др .

вообще не определяют данную категорию мигрантов, хотя из тех же США ежегодно выезжают более 100 тыс. человек .

Не случайно в современных классификациях основных категорий международных мигрантов такие категории, как «иммигранты» и «эмигранты» практически отсутствуют. На наш взгляд, под ними целесообразно понимать только тех мигрантов, кто въезжает в другую страну (выезжает из страны) на безвозвратной основе. Последнее способно не только упорядочить мировую статистику по международной миграции, но и помочь более четко классифицировать ее отдельные виды (см. табл. 12.1) .

Хуже дело обстоит в России, где «игра» в термины и отсутствие полнокровного статистического учета приняли особый размах, что явно не способствует пониманию современной международной миграции и выработке соответствующей миграционной политики. Например, по официальным данным УВИР РФ — в 1998 г. в России проживало 13990 человек взрослого иностранного населения, 1956 детей и 2773 лица без гражданства, то есть всего около 19 тыс. человек или 0,01% от всего населения России! Трудно поверить, исходя, в частности, из определения «иностранное население», данное в словаре (см. Приложение), что в такой огромной стране, как Россия, открытой в настоящее время для всего мира, проживает всего 19 тыс. иностранного населения. С другой стороны, в материалах МОТ, базирующихся на официальных российских источниках, иностранное население в России составило более 27 млн. человек, то есть все нерусское население страны было зачислено в «иностранцы»! Что это, дефекты статистического учета или разное понимание категории «иностранное население»1?

Табл. 12.1. Классификация основных укрупненных групп международных мигрантов Прибывающие Выбывающие

1. иммигранты (безвозвратные 1. эмигранты мигранты) (безвозвратные мигранты)

2. Постоянные (долгосрочные) 2. Постоянные (долгосрочные) мигранты: мигранты:

2.1. трудящиеся-мигранты; 2.1. трудящиеся-мигранты;

2.2 студенты, стажеры; 2.2 студенты, стажеры;

2.3. иждивенцы и др. 2.3. иждивенцы и др .

3. Мигранты-сезонники 3. Мигранты-сезонники

4. Приграничные рабочие 4. Приграничные рабочие

5. Циркулярные мигранты; 5. Циркулярные мигранты;

5.1. «бизнес» мигранты; 5.1. «бизнес» мигранты;

5.2. «челночные» мигранты и др. 5.2. «челночные» мигранты и др .

6. Кочевники, паломники 6. Кочевники, паломники

7. Нелегальные иммигранты 7. Нелегальные эмигранты

7.1. прибывающие легально;

7.2. прибывающие нелегально .

8. Вынужденные мигранты 8. Вынужденные мигранты

8.1. беженцы;

8.2. лица, ищущие убежище;

8.3. «гуманитарные» мигранты и др .

9. Туристы, экскурсанты 9. Туристы, экскурсанты

10. Дипломаты и др. подобные 10. Дипломаты и др. подобные правительственные чиновники, правительственные чиновники, включая военных включая военных Категория «иностранное население» отсутствует и в принятом в России в июле 2002 г. законе «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» .

Не меньшее удивление вызывают данные Госкомстата о числе прибывающих в Россию из стран дальнего зарубежья, в разных его изданиях варьирующие за один и тот же год от 400 до 18 тыс. чел., на что, в частности, указывают уже многие авторы. И проблема уже не в научном споре о терминах, это проблема реальной государственной политики в отношении иностранных граждан, все больше приезжающих в Россию с разными целями и на разный срок, это может быть и серьезной проблемой национальной политики, требующей очень осторожного обращения теми или иными терминами1 .

12.3. СОВРЕМЕННЫЕ ОСОБЕННОСТИ АНАЛИЗА И МЕТОДОВ УЧЕТА И

ИСТОЧНИКОВ ДАННЫХ ПО МИГРАЦИИ НАСЕЛЕНИЯ

В соответствии с источниками данных о миграции выделяют две группы методов учета миграции. Первая группа основывается на прямых методах учета, опирающихся на текущую регистрацию миграционных процессов .

Суть методов текущей регистрации, как уже отмечалось в 4-й главе, заключается в непосредственной регистрации каждого отдельного случая передвижения как в месте выбытия мигрантов, так и в месте прибытия. Однако, несмотря на прямой учет миграционных процессов, его достоверность и своевременность не столь презентативны по сравнению с регистрацией актов естественного движения населения .

Поэтому определение, например, одного из самых распространенных показателей миграционного движения — сальдо миграции (чистая миграция, нетто-миграция) прямым методом как разницу между прибывшими (иммигрантами) и выбывшими (эмигрантами) не всегда представляется возможным .

В этом случае, или когда вообще отсутствуют данные о числе прибывших и выбывших за определенные периоды времени для той или иной страны, используют косвенные методы, которые получили широкое распространение и которые в большинстве случаев носят расчетный характер и опираются на материалы переписей населения и выборочных обследований. Например, один из них основывается на регистрации при проведении переписи населения места рождения каждого лица. Путем сопоставления данных о месте рождения и месте проживания можно определить показатель численности лиц, родившихся за границей (или неместных уроженцев), который косвенно характеризует сальдо миграции .

Более подробно о классификации международных мигрантов см., напр., Ионцев В.А. Междунарордная миграция населения: теория и история изучения .

М., 1999; Ионцев В.А. Международная миграция. М., 2001 .

Другим косвенным методом определения чистой миграции является разработанный Дж.

Дюрандом метод анализа компонентов, упрощенную модель которого можно представить в следующем виде:

M=1Px - 1Ex,

где M — чистая миграция; 1Ex — численность населения в возрасте x, ожидаемая при последующей переписи без миграции, 1Ex=S(0Px); 0Px — численность населения в возрасте x при предыдущей переписи населения;

S — коэффициент дожития, получаемый из таблиц смертности, S=Lx/Lx-n, где n — число лет между переписями .

Однако наибольшее распространение получил другой косвенный метод определения сальдо миграции, базирующийся на балансовом уравнении динамики численности населения, которое может строиться двумя способами: а) методом внутригодового оборота и б) методом межпереписного оборота .

а) P(1) = P(0) + {N (0,1) M (0,1)} + {I (0,1) E (0,1)} или P(1) = P(0) + P nat. + P migr., где P (0), P (1) — численности населения в начале и конце года; N (0,1) — число родившихся за год; M (0,1) — число умерших за год; I (0,1) — число прибывших в данный район за год; E (0,1) — число выбывших из данного района за год; P nat. — естественный прирост за год; P migr. — сальдо миграции .

Преобразовав последнее уравнение, мы можем получить необходимое сальдо миграции:

P migr. = P (1) P(0) P nat. или P migr. = P P nat., где P — общий прирост населения .

б) P(t ) = P(0) + {N (0, t ) M (0, t )} + {I (0, t ) E (0, t )}, где t — межпереписной период .

Используя последнее уравнение для определения сальдо миграции в России за межпереписной период с 1979 по 1989 г., мы получили следующие результаты:

P migr. = 9835 тыс. - 8060 тыс. = 1775 тыс .

Таким образом, мы видим, что в отличие от предыдущих десятилетий, когда в результате миграции Россия теряла свое население (за 1970– 1980 гг., например, сальдо миграции было отрицательным и составило 274 тыс. человек), в 1980-е гг. число прибывших было почти на 1,8 млн .

больше числа выбывших из нее, то есть уже в эти годы имела место тенденция выезда русскоязычного населения из бывших союзных республик .

При этом необходимо обратить внимание на неоднозначность такого показателя как сальдо миграции (миграционный прирост, чистая миграция), имеющего, с одной стороны, наиболее важное значение для характеристики демографического вклада миграции, с другой стороны, способного «скрыть» этот вклад, учитывая, что сальдо, например в 10 тысяч человек, может слагаться из 30 тыс. въехавших и 20 тыс. выехавших или из 300 тыс .

въехавших и 290 тыс. выехавших, что характеризует совершенно разный уровень валовой миграции (в 50 тыс. и 590 тыс.) и очень разное влияние на районы (страны) выезда и районы (страны) въезда. Это тем более важно, что само понятие «миграционный прирост» часто имеет различную интерпретацию, например, как «приток иммигрантов при нулевой эмиграции», «чистая иммиграция» и др .

Как и другие абсолютные показатели миграции, которые играют более важную роль, нежели в анализе естественного движения, сальдо миграции к тому же мало пригодно для изучения интенсивности миграционных процессов. Отсюда возникает необходимость перехода к относительным показателям (коэффициентам). Однако, в отличие от других демографических явлений (рождение, смерть и др.), которые всегда происходят внутри одной определенной совокупности населения, по отношению к которой и измеряется, например, интенсивность, миграция всегда затрагивает две совокупности, что и усложняет ее анализ. В связи с этим повышается значимость разработки специальных показателей миграции, построения различных математических моделей, о которых ниже будет сказано подробнее .

Заметим, что для определения масштабов отдельных категорий международных мигрантов косвенные методы играют решающую роль. В первую очередь, речь идет о рабочих-фронтальерах, отдельных категориях вынужденной миграции, нелегальной иммиграции .

Так, можно утверждать, что ни в одной стране мира нет прямых методов, с помощью которых можно было бы дать точную цифру на тот или иной период находящихся в них нелегальных иммигрантов. Отсюда стремление к развитию интегрированных подходов к изучению данного вида международной миграции, который, в частности, может базироваться на сопоставлении теоретических (рассчитанных по средним нормам и нормативам) и реальных данных статистики иностранной рабочей силы. Выявление статистических расхождений позволит дать предварительные оценки .

Полевые исследования (анонимные опросы, выборочные обследования на рабочих местах) и опросы экспертов-специалистов могут быть использованы для получения более точных оценок явления. Получает распространение, в частности, «метод Дельфи», который подразумевает выбор представительного ряда экспертов и выяснение их независимых оценок численности нелегальных мигрантов, присутствующих в стране, а также объяснение каждым причин выбора именно такой оценки. Отчет, содержащий как представленные оценки, так и объяснения каждой из них, затем распространяется среди всех членов группы экспертов для комментариев, так что в результате получается второй круг оценок. Такая процедура повторяется до тех пор, пока не выявляется обоснованная единая оценка или пока не становится ясно, что такая единая оценка невозможна. Поскольку метод Дельфи используется преимущественно в тех случаях, когда нет достоверной статистической информации, неудивительно, что оценки, представляемые экспертами, очень разнятся. Так, когда была предпринята попытка оценить численность нелегальных иммигрантов в США в конце 1970-х гг., полученные оценки колебались от 4,2 до 11 млн. Средняя из этих двух оценка — 8,2 млн. нелегальных иммигрантов — была выбрана как «лучшая». Если сравнить эту цифру с полученной в результате анализа данных переписи 1980 г. — 2 млн. незарегистрированных мигрантов, — становится ясно, что метод Дельфи существенно завысил численность нелегальных иммигрантов в США .

В связи с последним можно, в частности, выделить подобный экспертный опрос по специально разработанной анкете, проведенный Е.С. Красинцом и Е.В. Тюрюкановой в конце 1997 г.

по России, результаты которого также показали значительный разрыв во мнениях экспертов:

от 300 тыс. до 7 млн. нелегальных иммигрантов .

Из-за невозможности обследования всей совокупности работающих нелегально иностранцев, определение их числа возможно путем экстраполяции данных, полученных при выборочных полевых обследованиях по отдельным отраслям экономики (как правило, нелегально работающие иностранцы заняты только в определенных отраслях — строительство, транспорт и др.) на всю отрасль и суммирование данных по отраслям для получения общей картины. В связи с высокой стоимостью выборочных обследований, важно также правильно выбрать объем выборочной совокупности .

Существуют и другие косвенные методы, разработанные К. Хилом (1981 г.), Б. Забой (1988 г.) и др. Так, Б. Заба предложила для определения нелегальной иммиграции использовать данные о месте жительства братьев и сестер всех лиц, охватываемых переписью или выборочным обследованием. По каждому из обследуемых устанавливается число братьев и сестер (раздельно), проживающих в стране, где проводится опрос, а также число братьев и сестер, проживающих за границей (также раздельно по полу). На основании этих данных, используя определенные демографические модели, можно установить не только общее число мигрантов из страны обследования, но и их распределение по полу и возрасту .

Вместе с тем подчеркнем, что косвенные методы изучения миграционного движения населения не могут дать полной характеристики миграции населения и заменить прямой учет, основанный на текущей регистрации актов миграции. Более того могут иногда искажать реальные миграционные потоки, например, из-за территориальных изменений. Так, сальдо миграции за 1979–1989 гг., рассчитанное выше косвенным методом, оказалось заниженным по сравнению с прямым методом расчета на 155 тыс .

Только совместное их использование помогает расширить возможности анализа миграции населения, позволяет более точно и всесторонне учитывать миграционные процессы .

Для анализа направлений миграции населения значительный интерес представляет система матриц, где строки и столбцы соответствуют районам, городам, странам, а на пересечении строк и столбцов указываются величины миграций населения между соответствующими объектами (табл. 12.2). Из цифр данной матрицы, в которой зафиксированы итоги миграций 385,9 тыс. человек за 1997 г. между пятью бывшими союзными республиками, можем сделать ряд выводов. Например, ясно видно, что Россия имеет наибольший актив в обмене мигрантами с другими государствами СНГ (то есть представляет на территории бывшего СССР явно доминирующий центр притяжения населения) .

Из данной матрицы также видно, что с Белоруссией у России сальдо миграции в 1 тыс. человек было отрицательным (из них большинство составили белорусы), и то, что наибольший приток в Россию был из Казахстана. Если сравнить данные этой матрицы с подобной матрицей за 1992 г., можно отметить, что общее сальдо для России возросло (с 207 до 265 тыс.), но еще более возросла чистая миграция с Казахстаном (с 96 до 211 тыс.) Табл. 12.2. Итоги миграции населения в пяти государствах СНГ за 1997г., в тыс .

Страна выезда Сальдо Всего Страна въезда миграции въехало

1. Россия х 25 18 236 40 319 +265,0

2. Грузия 3 х 0 0,13 0 3,13 -22,5

3. Белоруссия 19 0,5 х 5,4 0,3 25,2 +6,8

4. Казахстан 25 0,12 0,4 х 5,4 30,9 -211,3

5. Узбекистан 7 0 0 0,7 х 7,7 -38,0 54,0 25,6 18,4 242,2 45,7 385,9 +/Всего выехало Среди методов, получивших развитие в последние годы, можно выделить биографический метод (Куржо), объектом приложения которого является не индивид, а общественная структура (семья, домохозяйство или «entourage» — окружающие). При этом, наряду со статистическими и математическими методами изучения миграции получают распространение социологические методы, методы повторного исследования, экспертных оценок и другие .

Особую значимость среди этих методов все более занимает математическое моделирование, которое, являясь в настоящее время одним из основных методов изучения миграции, представляет собой целое научное направление. При этом заметим, что не существует единой системы моделей миграционного движения.

Зародившись еще в ХIХ в., математическое моделирование миграционного движения выходит на передний план с появлением моделей Стоуффера (1940 г.), Зипфа (1946 г.), Роя (1951 г.), Хегерстранда (1957 г.), Лаури (1966 г.), Роджерса (1968 г.) и других моделей макроуровня (I, II) и микроуровня (III):

I. модели миграционных потоков: 1) интеракционные модели или пространственного взаимодействия (гравитационные модели «промежуточных возможностей», модели Алонсо); 2) модели факторов миграции (как правило, регрессионные модели); 3) многомерные (мультистатусные) таблицы смертности, мультистатусные модели воспроизводства населения (Роджерс), теория стабильного населения; 4) модельные кривые возрастных коэффициентов миграции и другие модели оценки миграционных параметров в условиях неполноты данных, в т.ч. и энтропийные модели;

II. модели миграционной структуры, которые в основном исходят из общих марковских моделей мобильности населения (однородные цепи Маркова, модели «stayer-mover» и другие);

III. микромодели: 1) модели на базе теории пространственной диффузии нововведений (имитационная диффузионная модель); 2) микроэкономические модели на базе теории человеческого капитала .

Заслуживают внимания и разработки отечественных ученых в этой области, прежде всего И. Матлина, С. Соболевой, М. Денисенко, О. Староверова. Например, очень интересную идею в 1993 г. предложил О.В. Староверов по объединению макро- и микроподходов в исследовании миграции населения1 .

12.3.1. Особенности статистики и учета международной миграции Особый интерес представляет вопрос о статистике международной миграции, оценка тенденций в области которой на мировом уровне, по мнению специалистов ООН, по-прежнему является затруднительной, а несопоставимость имеющихся статистических данных серьезно ограничивает ее анализ. Например, по российским данным (см. табл. 12.2), сальдо миграции между Россией и Беларусью составило для последней положительную величину в 1 тыс., по белорусским данным — 10 тыс. человек. Аналогичную См. подробнее, напр., Денисенко М.Б. Математические модели миграции населения // Современная демография: Учебник. М.: Изд-во МГУ, 1995. Лекция 7 .

картину можно наблюдать и в странах с лучшим учетом. Так, за 1987 г .

разница в данных по чистой миграции между Данией и Бельгией, по мнению известного бельгийского ученого М. Пулэна, составила более 90 тыс .

Между тем в учебной и научной литературе существует мнение о том, что в учете международной миграции проблем особых нет, и в целом он затруднений не вызывает (Курс демографии, 1985, С. 212). Данное мнение не отвечает реальной действительности и в целом неверно .

Трудности исследования и сопоставления статистических данных по международной миграции заключаются, в частности, в том, что до сих пор, как мы писали выше, нет единства в определении многих основных понятий по международной миграции .

Определенные сложности обусловлены также значительной разнородностью источников данных о международной миграции, а также имеющимися в разных странах различными системами учета коренного и иностранного населения. Так, в Ирландии, Португалии и многих других странах отсутствуют специальные регистры населения, в том числе и иностранного населения, позволяющие вести довольно строгий и полный учет как естественного, так и миграционного движения населения (см. Билсборроу и др., 1999) .

При этом в разных странах имеют место и различные подходы к учету международной миграции по отношению к иностранному населению и иностранной рабочей силы, к миграционным потокам, к ищущим убежище и др., которыми занимаются разные государственные структуры. Например, в Японии вопросами учета иностранного населения, в которое включают только иностранцев, находящихся в стране более чем 90 дней, миграционными потоками и натурализацией занимается Министерство юстиции и Иммиграционное бюро, в Швеции — Центральное статистическое управление страны, в Италии и Португалии — Министерства иностранных дел, дающие разрешения на пребывание иностранным гражданам, в Бельгии это и Национальный институт по статистике, и Министерство труда и занятости, Министерство юстиции, Центральный комиссариат по беженцам и апатридам, в Канаде всеми вопросами учета международных мигрантов (кроме беженцев) занимается Статистическая служба страны, в США, в которых с середины 1950-х гг. перестали учитывать эмигрантов, главным органом, занимающимся учетом иммигрантов, до июня 2002 г. являлась Служба иммиграции и натурализации при Министерстве юстиции, которая в связи упущениями в работе, выявленными в ходе расследования террористических актов 11 сентября 2001 г., была расформирована. Обобщение же всех статистических данных по миграции возложено на Бюро цензов США .

Помимо таких основных источников по международной миграции как, пограничный контроль и административные источники, большую роль играют различные обследования, среди которых главное место принадлежит переписям населения. Этот источник позволяет изучить международную миграцию в течение определенного периода. то есть выявить динамику изучаемого явления. Данные, получаемые из этого источника, являются наиболее достоверными .

По своей природе административные источники предоставляют информацию, основанную на административной или регулярной регистрации, которая может быть далека от идеальной характеристики международных мигрантов. Общей чертой многих административных источников является то, что они фиксируют только информацию, касающуюся иностранцев и таким образом не отражают международные передвижения своих граждан. Более того, иностранцы могут и не быть международными мигрантами. В тех странах, где дети, рожденные от родителей-иностранцев, также являются иностранными гражданами, понятие «иностранец» далеко не всегда подразумевает, что человек когда-либо проживал за границей .

В таких странах изменение числа проживающих иностранцев нельзя считать только результатом международной миграции. В странах, где распространенным явлением является натурализация иностранцев, изменение численности проживающих в стране иностранцев также слабо отражает миграционные потоки .

Некоторые административные источники отстают в отражении реальных процессов. Так, статистические данные, получаемые от служб выдачи виз и видов на жительство, отражают момент выдачи документов, а вовсе не фактическую миграцию и время ее осуществления (при этом возможны случаи вообще отказа от миграции). В странах, где иностранцы должны «урегулировать» свой статус после прибытия, вид на жительство может быть выдан спустя продолжительное время после въезда этого лица в страну. Аналогично возможен временной лаг между временем выдачи выездной визы и фактическим выездом из страны .

Пограничная статистика имеет определенные преимущества в своевременности отражения передвижений населения и в большей степени, чем административные источники, она предоставляет сопоставимую информацию по передвижениям иностранных граждан и граждан страны. Для большинства стран огромный объем людей, пересекающих границу, делает затруднительным сбор полной и точной информации по международным мигрантам. Основной проблемой в получении адекватной статистики международной миграции на пограничных пунктах является выделение впервые въезжающих и выезжающих международных мигрантов из общей массы пересекающих границу .

Несмотря на то, что пограничная статистика долгое время считалась основным потенциальным источником данных по международной миграции, она выполняет эту роль только для небольшого числа стран, включая Австралию, Японию, Новую Зеландию и Великобританию. В большинстве других стран информация по международной миграции поступает из административных источников .

Ценным источником информации являются регистры населения. Причем, в таких странах, как Германия, Венгрия, Япония и Швейцария разработаны специальные регистры для иностранцев (Register of foreigners) .

Также как и пограничная статистика, они в одинаковой мере отражают перемещения как иностранцев, так и граждан данной страны и представляют данные как по притоку, так и по оттоку мигрантов. Однако, поскольку регистрация как прибытия, так и выбытия является обязательной административной процедурой, которая естественно изменяет статус регистрируемого лица, возникают проблемы неполного охвата тех лиц, которые не заинтересованы в прохождении такой процедуры. Например, лица, покидающие страну, часто не сообщают о своем отъезде для того, чтобы избежать регистрации выбытия и таким образом не потерять возможность вернуться. Соответственно статистика эмиграции, получаемая из регистров населения, обычно недооценивает фактический объем эмиграции. Аналогичные проблемы типичны для регистрации иностранцев .

Другие источники также дают некоторую информацию по международной миграции, однако их роль в этом качестве несовершенна из-за определенных характеристик самих административных процедур. Например, статистика выдачи разрешений на работу обычно отражает лишь число разрешений на работу, выданных иностранным гражданам в течение данного года. Однако, в тех случаях, когда не проводится различия между вновь выдаваемыми разрешениями и продлением имеющихся разрешений, общее число выданных разрешений едва ли может служить показателем фактического притока мигрантов. Аналогично информация о выдаче выездных виз лицам, ожидающим направления на работу за границу, может не отражать реальной картины в тех случаях, когда человек получает более одной визы в год или, например, получив визу, не выезжает в действительности .

Говоря об источниках, заметим, что в последние годы все больше полемизируется среди западных специалистов вопрос об утрате значимости переписей населения и замене их регистрами населения, что, на наш взгляд, возможно лишь в очень ограниченном числе малых развитых стран. Несмотря на утверждение, что переписи населения дают скорее оценку численности мигрантов, а не миграционных потоков, в действительности их первозначение для учета международной миграции для большинства современных государств остается определяющим. Более того, именно на базе данных переписей населения возможно применение многих косвенных методов учета международной миграции, о которых говорилось выше .

Если говорить о России, то недостатком практически всех послевоенных переписей населения было недостаточное внимание к вопросам по миграции и в лучшем случае включение их в выборочные переписные листы, что кстати характерно и для программы предстоящей переписи в России (2002 г.), которая должна была состояться уже в 1999 г. А учитывая значительные упущения и по ряду других источников данных по международной миграции, о чем, в частности, говорилось выше при рассмотрении такого понятия, как «иностранное население», можно констатировать на сегодняшний день неудовлетворительное положение в России в деле учета многих категорий международной миграции .

Данные переписей по числу граждан, рожденных за границей, дополненные данными по численности проживающих иностранцев, там, где другая информация отсутствует, — были использованы для глобальных и региональных оценок численности международных мигрантов .

Ясно, что существует значительная разнородность в данных, относящихся к международной миграции. Эта разнородность является результатом не только многообразия источников данных, но также природы самого явления. Миграция — это подвижный, текущий процесс, в отличие от таких единичных событий, как рождение или смерть .

В условиях роста миграции населения, усиления ее отдельных разновидностей и появления новых категорий вопросы их статистического учета и унификации ее показателей остаются по-прежнему актуальными, требуют дальнейших разработок и определенных усилий со стороны мирового научного сообщества .

12.4. ОСНОВНЫЕ НАУЧНЫЕ ПОДХОДЫ В ИЗУЧЕНИИ МИГРАЦИИ

Научных направлений, теорий и концепций, изучающих миграцию, ее причины и последствия, факторы и закономерности, к настоящему времени разработано достаточно много, хотя единая миграционная теория еще не разработана, как нет и самостоятельной науки о миграции, что, в частности, связано с необычайной многогранностью данного явления, разные грани которого, как мы писали выше, входят в предметы и объекты изучения разных наук. Но прежде чем рассмотреть некоторые из них, остановимся на ряде базовых положений и законов, определяющих миграцию, ставших основой для многих современных научных концепций и теорий .

12.4.1. Основы миграционной теории Речь, прежде всего, идет о базовых положениях, разработанных в работах таких трех авторов, как Е. Равенштейн, опубликовавшего в 1885– 1889 гг. две статьи, в которых сформулировал так называемые 11 законов миграции (см. глава 12), В.И. Ленин, который в работах рубежа ХIХ– ХХ вв. выдвинул ряд положений, воплотившихся в закон подвижности населения и закон роста миграционной подвижности, В. Зелинский, разработавшего в 1971 г. концепцию «мобильного перехода», которая не только привлекла всеобщее внимание к миграции, но и значительно активизировала научные исследования в этой области .

Несмотря на прошествие уже более 115 лет с момента опубликования «Законов миграции», многие выводы Е.Равенштейна актуальны и сегодня, хотя, естественно требуют определенной корректировки и дальнейшего развития, особенно в отношении международной миграции .

Именно на ее основе получили развитие многие современные научные подходы в изучении миграционного движения, такие, например, как «географический», первоначально объясняющий причины миграции воздействием сугубо географических факторов (К. Тейлор, Дж. Бекер и др.), позднее примерно с середины 1960-х гг., принимающее во внимание социальные, экономические и некоторые другие факторы (В. Кларк, П. Жеорж, Х. Джонс и др.); «экологический», базирующийся, в частности, на гравитационных моделях (Г.К. Зипф, С.А. Стоуффер и др.), в основу которых, по сути, заложены первый и второй законы Равенштейна; «мотивационный» или «поведенческий», получивший развитие в начале 1960-х гг. в работах географов и социологов (Е.С. Ли и др.), которому Е. Равенштейн уделил достаточно большое внимание; и, наконец, главное, на наш взгляд, направление, которое можно обозначить, как «базисное» или в терминологии западных исследователей «системное» (см. подробнее Ионцев, 1999, главы 2–4) .

Используя именно это и ряд других положений, получили развитие большинство современных экономических и демографических концепций по международной миграции населения, ее классификация и математическое моделирование, рассматривающих миграцию населения не как некое единичное явление, а как своеобразную «миграционную систему»

с достаточно большим набором разнообразных элементов (В. Петерсен, А. Сови, К. Голдсчедер, К. Кюнл, М. Критц, М. Тодаро, Ж. Тапинос, В. Бенинг, Р. Эпплеярд, Дж. Саймон и многие др.)1 .

Но главный, пожалуй, на наш взгляд, тезис, который обозначил Равенштейн и который затем независимо от работ Равенштейна получил полное обоснование в работах В.И. Ленина, заключается в следующем: «Миграция означает жизнь и прогресс; малоподвижность населения — стагнацию» .

Именно отталкиваясь от подобного тезиса, чуть позже, на рубеже двух последних веков, выходит несколько работ В.И. Ленина, в которых он сформулировал ряд очень важных положений в отношении миграции В западной литературе в отношении «системного» подхода в настоящее время существуют очень различные точки зрения .

населения, которые, на наш взгляд, несмотря на определенную политическую и идеологическую предопределенность, внесли существенный вклад в понимание миграционных процессов, а главное в полной мере характерны для современной действительности .

Хотелось бы обратить внимание, что ряд положений, сформулированных В. Лениным в очень актуальной и сегодня работе «Развитие капитализма в России», которые собственно и обусловливают «закон подвижности населения». Так, развивая мысль Е. Равенштейна «о непрерывности миграции» (хотя с его работами судя по всему В.И. Ленин не был знаком, как и то, что нигде он не употребляет сам термин «миграция», пользуясь такими понятиями, как «отходничество», «перекочевыванье», «переселения», «подвижность», «иммиграция», «эмиграция», «колонизация») В. Ленин отмечал, что «без создания подвижности населения не может быть и его развития». И далее, уточняя это положение, писал, что «крупная машинная индустрия необходимо создает подвижность населения; торговые сношения между отдельными районами громадно расширяются; железные дороги облегчают передвижение... Крупная машинная индустрия создает ряд новых индустриальных центров, которые с невиданной раньше быстротой возникают иногда в незаселенных местностях, —явление, которое было бы невозможно без массовых передвижений рабочих», что «капитализм необходимо создает подвижность населения, которая не требовалась прежними системами общественного хозяйства и была невозможна при них в сколько-нибудь широких размерах»1 .

Таким образом, рассматривая данные положения, как «закон подвижности населения», можно сделать вывод о том, что миграция «становится необходимостью» развития не только капиталистического общества но и последующего развития более высоко развитых человеческих формаций, что и объясняет его закон роста миграционной подвижности по мере развития самого общества .

Необходимо подчеркнуть, что В.И. Ленин считал очень важным изучение миграционного движения населения в России, которое, по его мнению, играет огромную роль в экономическом развитии. Так, отвечая на критику своей работы «Развитие капитализма в России», В.И. Ленин писал: «Что это значит «придавать значение» переселениям? Если понимать эти слова в буквальном смысле, то разве может хоть один экономист, находящийся в здравом уме и в твердой памяти, не придавать значения ежегодным переселениям... Во-вторых, экономист, который видит свою задачу в том, чтобы изучать особенности экономического строя и развития России (а не только в том, чтобы подробно цитировать, и зачастую не См. Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Т. 3. С. 246, 543, 600 .

к месту цитировать, Маркса — курсив наш), необходимо должен поставить вопрос: какое именно влияние оказывают переселения в России?» .

Думается, что данный вопрос еще более актуален для современной России, все более активно вовлекаемой в мировые миграционные процессы .

Большое внимание непосредственно международной миграции населения В.И. Ленин уделил в таких работах, как «Капитализм и иммиграция рабочих», «Критические заметки по национальному вопросу», «Империализм, как высшая стадия капитализма» и др., где он сформулировал ряд очень важных закономерностей, определяющих этот процесс на более высокой уже ступени развития человеческого общества .

«Капитализм создал особый вид переселения народов» — написал В.И. Ленин в самом начале очень насыщенной по содержанию работе «Капитализм и иммиграция рабочих»1, а именно — международную миграцию рабочей силы, ставшей определяющей в современных мировых миграционных процессах. Здесь же он обращает внимание на появление так называемой «новой» иммиграции, куда включает и Россию .

Используя данные из книги, эмигрировавшего в 1889 г. из России в США, И.А. Гурвича «Иммиграция и труд», В.И. Ленин делает интересный вывод о том, что «Россия все более отстает, отдавая загранице часть лучших своих рабочих; Америка все быстрее идет вперед, беря со всего мира наиболее энергичное, способное к труду рабочее население». Написано в 1913 г., но данную закономерность в еще большей степени можно отнести к дню сегодняшнему, причем не только применительно к России, но и ко многим другим странам, все более отстающим от развитых государств мира в своем развитии, чему в немалой степени способствует, в частности, отток из них высококвалифицированных кадров .

В свою очередь, «быстро развивающиеся в промышленном отношении страны, — писал В.И.Ленин — вводя больше машин (а в век НТР, высоких технологий и новых промышленных производств — это особенно значимо — В.И.), вытесняя отсталые страны с мирового рынка, поднимают заработную плату выше среднего и привлекают наемных рабочих из отсталых стран. Сотни тысяч рабочих перебрасываются таким образом за сотни и тысячи верст» .

Данный вывод получил обоснование и в другой работе В.И. Ленина — «Империализм, как высшая стадия капитализма». В ней он, выделял как новую черту монополистического капитализма изменения в направлениях движения капитала и международных переселений рабочей силы, подчеркивал, что «к числу особенностей империализма, которые связаны с описываемым кругом явлений, относится уменьшение эмиграции См. Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Т. 24. С. 89 .

из империалистических стран и увеличение иммиграции (прихода рабочих и переселения) в эти страны из более отсталых стран, с более низкой заработной платой» .

Именно различия в уровнях заработной платы и являются в настоящее время одним из главных стимулов миграции трудящихся из развивающихся стран. Как верно и то, что в соотношении между направлениями движений капитала и рабочей силы большее значение приобрели встречные их потоки — экспорт капитала из развитых стран в менее развитые и импорт рабочей силы из последних в первые .

Вместе с тем надо ясно представлять себе, в каких условиях и в какое время писал В.И. Ленин, время, когда шла жесткая политическая борьба за власть, когда казалось, что еще немного и «призрак коммунизма» станет явью, что для победы мирового социализма достаточно еще одного шага, что сам капитализм исчерпал себя и не способен к дальнейшему саморазвитию. Последнее доказательство нашло яркое отражение в его работе «Империализм, как высшая стадия капитализма» .

Вместе с тем Ленин, как собственно и Маркс и Энгельс, ошибся не только в прогнозах сроков победы мировой революции и в способах ее осуществления, но и, что особенно важно, в оценке жизнеспособности капитализма, его способности к адаптации, в проведении достаточно гибкой социальной политики и др .

Отсюда и отдельные выводы имеют больше политизированный, нежели научный характер. Так, например, утверждая, что «нет сомнения, что только крайняя нищета заставляет людей покидать родину», В. Ленин все многообразие причин, ведущих к международной миграции, сводит лишь к одной из них. Отсюда и определенная прямолинейность в понимании развития миграционного движения на стадии «загнивающего капитализма», что в ряде случаев противоречит его же положениям «закона роста миграционной подвижности» .

Однако со всей определенностью надо сказать, что в целом основные выводы В.И. Ленина в отношении международной миграции внесли существенный вклад в развитие миграционной теории, став важным звеном в ее понимании, как и о том, что он никогда и не отрицал прогрессивного характера капиталистического способа производства на определенном этапе его развития, хотя и стоял на позициях такого научного направления как марксизм .

Если работы Равенштейна и Ленина написаны практически на сходном эмпирическом материале и по времени близки друг к другу, то работы последнего из выбранной нами когорты основателей миграционной теории приходятся на 1970-е — 1980-е гг. нашего столетия. К этому времени вышли многие замечательные работы по миграции населения, авторами которых стали известные специалисты по миграции, в том числе и в нашей стране (Э.П. Плетнев, В.В. Покшишевский, Л.Л. Рыбаковский и др.), накоплен огромный эмпирический материал, разработаны различные классификации и понятийный аппарат миграционной теории, некоторые из которых мы чуть подробнее рассмотрим ниже .

И тем не менее мы остановились на небольших по объему работах Вильбура Зелинского, профессора географического факультета Пенсильванского государственного университета, затем университета Штата Айова (США), основной научный труд которого «География культуры США», выдержавший несколько изданий, прямого отношения к миграции не имеет .

Первая из его работ, посвященных непосредственно миграции, вышла в 1971 г. в научном географическом журнале и сразу привлекла к себе огромное внимание как своим названием «Гипотезы мобильного перехода»1, так и, что особенно важно, своими идеями и предположениями. При этом наряду с главной идеей о «мобильном переходе» или эволюционном пути развития миграционных процессов соответственно социально-экономическим изменениям, не менее важным и интересным положением стала идея органического включения миграции, как демографического процесса, в концепцию «демографического перехода». Именно последнее окончательно определило наш выбор Зелинского среди многих других ученых, возможно значительно больше написавших научных работ непосредственно по международной миграции населения .

И еще одно замечание. Думаю, что не случайно первая статья Зелинского появилась в 1971 г. В этом же году вышла статья Омрана об «эпидемиологическом переходе», описывающего изменения в смертности и заболеваемости. Иными словами концепция демографического перехода в ее классической усеченной трактовке оказалась не в состоянии объяснить все те изменения, которые стали происходить в демографическом развитии как развитых, так и развивающихся стран. И совершенно прав был Зелинский, когда написал, что центральная тема «Жизненного перехода» (именно так он именует концепцию демографического перехода, поскольку она рассматривает, по словам Зелинского, только изменения в размерах рождаемости и смертности — В.И.) должна включать миграцию и другие формы мобильности…» .

В российской научной и учебной литературе, которая опиралась в основном на первую статью (1971 г.), главная идея Зелинского о «мобильном переходе»

(«moblity transition») была интерпретирована как «миграционный переход», что правомерно только в том случае, если миграция, в широком ее понимании, отождествляется с понятием миграционное движение. В любом другом случае понятие «миграционный переход» означает несколько иное, чем писал В. Зелинский. Так, в своей работе 1979 г., он пишет, что использует «термин «мобильность», а не «миграция», которая является лишь видом мобильности и не имеет еще точного определения» .

Если попробовать выразить в одном предложении основную идею работы Зелинского 1971 г., то это можно сделать словами самого Зелинского:

«Существуют определенно выраженные закономерности в увеличении территориальной мобильности, происходящие поэтапно, и эти закономерности представляют существенный элемент процесса модернизации» .

Более полная трактовка перехода в развитии мобильности в изложении Зелинского заключена в следующих 8 пунктах:

1) «Переход от условий жестко ограниченной физической и социальной мобильности к более высоким показателям всегда происходит по мере модернизации общества;

2) для определенного общества направление мобильного перехода идет параллельно демографическому переходу и другим переходным процессам, которые пока еще не описаны адекватно. Высокая степень взаимодействия может отличать все рассматриваемые процессы;

3) существуют главные четко прослеживаемые изменения по форме и интенсивности пространственной мобильности на различных ступенях перехода — изменения функций, частоты, продолжительности, периодичности, расстояний, маршрутов; категорий мигрантов, их деление по происхождению и направлению .

4) изменения совпадают как по виду и по интенсивности социальной мобильности, так и в движении информации, и при определенных условиях потенциальный мигрант может выбрать между изменением своего местоположения в социальном пространстве или воспользоваться колоссальным потоком информации вместо территориального передвижения;

5) на довольно высоком уровне обобщений, который притупляет незначительные пространственные и временные несоответствия, мы можем опознать в условиях мобильности ясно выраженные закономерности, которые повторяются во времени как последовательно сменяющиеся периоды и в пространстве как концентрические зоны, исходящие из точек, дающих толчок росту;

6) рассматриваемый процесс имеет тенденцию ускоряться во времени и пространстве, определенно из-за стойкого аккумулирования и интенсификации причинных факторов в данном сообществе, а также из-за информационных потоков и другого рода воздействий, испытываемых от более или менее развитых регионов .

7) таким образом, основной пространственно-временной сценарий может сохраняться, хотя и в заметно измененном виде, когда регион начинает свой переход в развитии мобильности в более поздние сроки, то есть когда абсолютный временной отсчет имеет важное значение;

8) данные, которые мы имеем, свидетельствуют о необратимом развитии фаз» .

Не останавливаясь подробно на схеме перехода в развитии мобильности, состоящей из 5 фаз (стадий), имеющих условный характер, отметим лишь особенности, связанные с международной миграцией, подчеркнув при этом, что представленная Зелинским модель имеет четко выраженный пространственно-временной характер (см. Кваша, Ионцев, 1990; Ионцев, 1999) .

Для первой фазы, характерной для традиционного общества, международная миграция ограничена и связана главным образом с военными действиями и религиозными паломничествами. На второй фазе, соответствующей переходному обществу на ранней стадии, возрастает эмиграция на новые земли, зарождается иммиграция квалифицированных специалистов в более развитые части мира, усиливается циркулярное движение. На третьей фазе, присущей позднему переходному обществу, эмиграция уступает главенствующую роль иммиграции (правда Зелинский пишет, что возможно ее прекращение), происходит дальнейшее увеличение циркуляции (см .

рис. 12.1). На четвертой фазе, характерной для развитого общества, усиливается иммиграция, особенно высококвалифицированных работников, резко увеличивается циркуляция, появляются ее новые формы. И, наконец, на пятой фазе — сверхразвитого общества — имеет место небольшая иммиграция неквалифицированной рабочей силы из менее развитых стран, дальнейшее усиление некоторых современных видов циркуляции, усиление политического контроля за миграциями .

Относительно последнего замечания Зелинского, думается, что, наряду с усилением государственного контроля, имеет место и его значительное ослабление в рамках межгосударственных Союзов (ЕС, НАФTа и др.) и порождение эффекта «прозрачных границ», что мы и наблюдаем в настоящее время .

Более того, если посмотреть на два (из 7 представленных) графика, «мобильного перехода» Зелинского, касающихся международной безвозвратной миграции (А) и циркуляции (Е), то обращает на себя внимание снижение собственно миграции и рост циркулярных видов миграционного движения, в том числе и межгосударственных:

Рисунок 12.1 Что касается графика А, то отображенные изменения в международной миграции, которые происходят на более высоких ступенях развития того или иного государства, не подтверждаются ни историческим опытом, ни действительностью дня сегодняшнего, как и не очень соответствуют закону роста миграционной подвижности. Вообще надо заметить, что четвёртая и пятая фазы развития вызывают наибольшие сомнения в подобном положении. Не случайно сам Зелинский в своем докладе на Венской конференции 1979 г. на тему «Демографический переход: изменения закономерностей миграционных процессов», соглашаясь с критикой ряда его позиций по мобильному переходу, в первую очередь по международной миграции, говорил о том, что «переход в развитии мобильности —очень идеализированная гибкая схема, которая в первоначальном виде была выдвинута с целью активизации мысли и дискуссий о природе рассматриваемого явления, с целью выработки более четких его формулировок» .

Надо сказать, что Зелинскому своими публикациями в полной мере удалось активизировать мировую общественную мысль в отношении миграционного движения и развернуть настоящую научную дискуссию по многим вопросам, в том числе и по формулировке основных понятий территориальной мобильности .

И что особенно импонирует в разработанной Зелинским схеме — это ее гибкость, возможность ее совершенствования с добавлением новых фаз развития, особенно для развитых стран, а самое главное — это органическое включение миграции с будущим приоритетным началом в теорию демографического перехода. «В мире, где неизбежно и относительно безболезненно должно быть достигнуто равновесие в общей численности населения, — пишет Зелинский, — перед тем как многие поколения сменят друг друга, распределение и перераспределение населения станет ведущей демографической проблемой. Соответственно, понимание миграции и других видов мобильности будет иметь важное практическое и теоретическое значение» .

Эта же мысль подчеркивается и в другой работе Зелинского: «Миграционная теория: возможные пути выхода из тупика». В частности, он подчеркивает, что «вопросы, касающиеся миграции, выдвигаются на первый план, как в практическом, так и аналитическом смысле во многих частях мира, и они начали соперничать с рождаемостью и другой тематикой за преобладающую долю внимания демографов». Столь неожиданное выдвижение миграции на передний план застало врасплох многих исследователей, оказавшихся не вполне готовыми выдвинуть адекватную запросам времени миграционную теорию. Нет такой теории и по сей день, тогда как само явление приобрело в 1990-е гг. поистине глобальный характер .

Продолжая тезис нахождения «идеальной теории миграции», Зелинский приходит к парадоксальному выводу, который, на наш взгляд, близок к истине и заключается в том, что невозможно «существование какой-либо строгой теории, большой или не очень, которая бы полностью и точно описывала и объясняла, и, особенно, предсказывала, реальную действительность, в том числе и в области территориальной мобильности». Этим, в частности, объясняется множественность подходов и еще бльшая множественность внутри самих подходов к изучению демографических процессов, в том числе, а скорее всего в первую очередь, миграционного движения (см., подробнее, Ионцев, 1999, гл. 3) .

Почему «скорее миграционного движения»? Отвечая словами Зелинского, который сравнивая рождаемость и миграцию, писал, что “если продолжить разговор о парадоксах, то по миграции написано значительно меньше работ; но я надеюсь показать, что термин “миграция” заключает в себе гораздо более сложный набор явлений, чем это понимается под термином «рождаемость», так что можно ожидать значительные трудности, если вообще изучающие миграцию специалисты когда-либо обгонят в техническом отношении ученых, изучающих рождаемость» .

Выделим лишь несколько замечаний Зелинского, на наш взгляд совершенно справедливых, показывающих более сложный характер такого процесса, как миграция по сравнению с рождаемостью и смертностью .

Прежде всего, это более значительный количественный масштаб, а также количественное разнообразие, которые мы находим, например, в коэффициентах миграции. При этом эти коэффициенты имеют отрицательные значения также часто, как и положительные, тогда как отрицательная рождаемость (или смертность) «смущает ум». Далее, люди могут мигрировать повторно любое количество раз, любыми способами, и вряд ли существует метод установить какое-либо верхнее ограничение, тогда как каждый из нас умирает только один раз, а рождение является действием, на которое способна только меньшая часть человечества и только в определенных количественных и частотных пределах, установленными биологическими и социальными факторами .

Эти и другие соображения позволяют сделать вывод о том, что миграция является более сложным социальным явлением, нежели рождаемость, что она «более зависима от места, времени и культуры, чем другие демографические процессы и более чувствительна к технологическим изменениям и политике», или более чувствительна к различным событиям и катаклизмам .

При этом под понятием «миграция» Зелинский имеет в виду «территориальную мобильность», включающую в себя все виды территориальных передвижений, независимо от расстояния и времени .

Затронул Зелинский и важный, с нашей точки зрения, вопрос о категориальном различии между международной и внутренней миграцией, «которое, конечно, имеет огромное значение в большинстве случаев, хотя и не всегда является универсально обоснованным». При этом подчеркнув, что, учитывая возросшую интернационализацию мировой экономики, усиление циркуляции капиталов, талантов, туристов, товаров и информации между многими отраслями, можно предположить изменения в природе различий между внутренней и международной миграцией .

Наконец, еще один вывод Зелинского заслуживает особого внимания, поскольку совпадает с научными разработками и соответствующими положениями, которые разрабатывались с начала 1970-х гг. в Центре по изучению проблем народонаселения экономического факультета МГУ, вдохновителем и руководителем которых был проф. Д.И. Валентей. Суть вывода заключается в том, что «территориальная мобильность во всех своих формах, величинах, моделях, если таковые существуют, является только одним аспектом или стороной более значительного многостороннего явления, которое охватывает все виды мобильности». Таким образом, продолжает Зелинский, «простая мобильность во всех ее проявлениях больше не представляет одну фазу даже более значительного явления, называемого социальным движением населения. Отсюда следует, что процесс последовательного разворачивания явлений — от миграции в пределах общей территориальной мобильности, последняя в пределах мобильности в самом широком смысле и до макро-мобильности, встроенной в такое огромное явление как социальное изменение — вынуждает нас, наконец, к решению неизбежной высшей задачи: открытию обоснованной общей социальной теории», одна из существенных характеристик которой заключается в ее комплексности. Именно с помощью этой теории, в частности, и можно будет, как подчеркивает Зелинский, объяснить наиболее полно закономерности, обусловливающие территориальную мобильность населения .

Разработка подобной теории, лишь частью которой является «мобильный переход» на удивление близко совпадает с разработками в Центре народонаселения МГУ, которые уже в 1960-е гг. начали проводить Д.И. Валентей, А.Я. Кваша, Р.В. Татевосов, Б.С. Хорев. В.М. Моисеенко и которые успешно продолжают Н.В. Зверева, А.А. Саградов и др .

по разработке общей теории народонаселения, охватывающей все основные виды движения населения, включая и миграционноее движение, одним из основных принципов которой стал комплексный подход к изучению народонаселения1. Именно эта теория представляет, в частности, один из подходов в изучении миграции — демографический .

См., например, Система знаний о народонаселении / Под ред. Д.И. Валентея. 2-ое изд-е. М., 1991; Зверева Н.В. Разработка теории народонаселения в отечественной науке (1960–1980-е гг.). М., 1998; Ионцев В.А. Международная миграция населения: теория и история изучения. М., 1999. Гл. 3 12.4.2. Классификация основных научных подходов в изучении миграции Существуют различные классификации изучения миграции населения .

Наиболее полная из них была разработана в 1999 г. В.А. Ионцевым (см .

Ионцев, 1999). Данная классификация включает 17 научных подходов в изучении миграции населения, содержащих 45 научных направлений, теорий и концепций .

При этом заметим, что далеко не все современные теории и концепции по миграции вошли в эту классификацию. Перечислим эти подходы: экономический (15 научных направлений, теорий и концепций), социологический (15), демографический (4), миграционный (4), исторический, географический, политический, типологический, экологический, системный, этнографический, психологический, биологический, генетический, философский, юридический, методологический. Например, экономический подход, включивший 15 таких теорий и концепций (неоклассическое и мальтузианское направления, марксизм, теория человеческого капитала, теория мирового рынка труда, теория мировых систем, теория технологического процветания и др.), конечно, не исчерпывается этим числом. Можно, например, добавить еще не менее 7 новых (и хорошо забытых старых) теорий, объясняющих миграцию. Например, экономическую теорию миграции М. Тодаро, теорию общественного капитала Д. Массея. Надо подчеркнуть, что экономисты к настоящему времени занимают ведущую позицию в изучении и объяснении миграции населения, акцентируя внимание на экономической, трудовой миграции .

Не менее значимый вклад, который получает развитие особенно в последние 2–3 десятилетия, принадлежит социологическому подходу, в котором можно выделить концепции «притяжения-выталкивания» (pullpush), ассимиляционную теорию и др .

С точки зрения нашего предмета, особо остановимся на демографическом подходе, в рамках которого можно выделить 4 теории:

1) общая теория народонаселения, одним из основоположников которой является А. Сови и которая определяет миграцию населения, с одной стороны, как собственно демографический процесс, прямо воздействующий на воспроизводство населения через изменения в репродуктивном и эпидемиологическом поведении, его возрастно-половую структуру и другие изменения в демографическом развитии. С другой строны, как многогранное явление, имеющее экономический, политический, географический и другие аспекты, способные оказывать косвенное влияние на демографическое развитие;

2) теория демографического перехода, которая в изложении таких авторов, как В. Зелинский, Л. Таба, Р. Эпплеярд, Ж.-Кл. Шенэ и др., органично включает миграцию, которая наряду с другими демографическими процессами, с которыми тесно взаимосвязана и взаимообусловлена, также последовательно изменяется при переходе от доиндустриальной к постиндустриальной экономике;

3) концепция «второго демографического перехода», одним из авторов которой является известный голландский демограф Дирк ван де Каа, рассматривающего миграцию как важнейший демографический процесс в развитии современных стран Западной Европы;

4) концепция «нулевого сальдо международной миграции», авторами которой являются американские ученые Л. Бувье, Д. Постон. Заметим, что в соответствии с этой концепцией с демографической точки зрения особенно интересными являются исследования миграции в контексте теории стабильного населения, проводившиеся известным американским ученым (математиком и демографом) А. Роджерсом и не менее известным французским демографом Л. Таба .

Несколько слов о собственно миграционном подходе, который все больше отождествляется с таким его научным направлением, как «миграциология»1, главная идея которой заключается в разработке общей теории миграционного движения населения. В этот же подход включаются и такие концепции, как концепция «мобильного перехода» В. Зелинского, «миграционного перехода» Ж.-Кл. Шенэ, Ф. Мартина, концепция трехстадийности миграционного процесса российских ученых Т.И. Заславской и Л.Л. Рыбаковского. Суть последней заключается в выделении в миграционном процессе трех взаимосвязанных стадий: первая, исходная, в ходе которой происходит формирование миграционной подвижности и принимается решение о миграции; вторая, основная стадия, в ходе которой происходит сам процесс территориального передвижения; третья, завершающая стадия, на которой речь идет о приживаемости (адаптации) мигрантов на новом месте жительства .

В заключение отметим, что научное осмысление миграционных процессов в настоящее время получило значительное ускорение в России, которая долгие годы была в относительной изоляции от внешнего мира и для которой не были характерны в полной мере научные исследования по миграционному движению в целом, что становится недопустимым в современных условиях чрезвычайно возросшей подвижности населения, в том числе и миграционной .

Миграциология — термин, введенный в научный оборот проф. Б.С. Хоревым в конце 1980-х гг. и означающий научное направление, изучающее миграционное движение населения во всем многообразии его видов и форм, наиболее полно воплощающее в себе необходимость комплексного подхода к его изучения. В 1989 г .

было выпущено в издательстве МГУ учебное пособие «Миграциология», авторами которого стали М.Б. Денисенко, В.А. Ионцев, Б.С Хорев. С 1987 г. на экономическом факультете читается спец. курс «Миграциология» .

ГЛАВА 13

МЕЖДУНАРОДНАЯ МИГРАЦИЯ НАСЕЛЕНИЯ

И ДЕМОГРАФИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ

Возрастающая роль международной миграции населения в демографическом развитии (причем как в положительном, так и в отрицательном значении) является одной из значимых ее современных закономерностей .

При этом речь идет не только о воздействии международной миграции на рост или убыль населения отдельных стран и регионов мира, а о более глубинных изменениях в воспроизводстве населения, о влиянии на само репродуктивное поведение населения как стран-въезда, так и стран-выезда, как и на половозрастную их структуру, приобретающем особое значение в свете получающего ускорение процесса демографического старения, о взаимодействии и взаимозависимости ее с другими демографическими процессами: рождаемостью, смертностью, брачностью и др .



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

Похожие работы:

«ТИПОВАЯ ТЕХНОЛОГИЧЕСКАЯ КАРТА (ТТК) УКРЕПЛЕНИЕ ОТКОСОВ МОНОЛИТНЫМИ ЖЕЛЕЗОБЕТОННЫМИ ПЛИТАМИ I. Область применения Технологическая карта разработана на укрепление откосов земляного полотна монолитными железобетонными плитами размерами 5х5х0,15 м.В состав работ входят: устройство траншеи у основания насыпи под рисберму;сре...»

«14 – 22.07.2018 г. – уникальный тур по острову, с элементами активного туризма: походами в национальных парках, прогулками по глетчерам и вулканам, с купаниями в термальных источниках, продолжительностью 9 дней 8 ночей в отелях. от 2150,00 € Экскурсионная программа, входные билеты и 5...»

«ВИКТОР МАМЧЕНКО ПЕВЧИЙ ЧАС Р II Ф М А ТОГО ЖЕ АВТОРА (изд. 1936 г. Париж) ТЯЖЕЛЫЕ ПТИЦЫ (изд. 1946 г. Париж) ЗВЕЗДЫ В АДУ (изд. 1949 г. Париж) В ПОТОКЕ СВЕТА (изд. 1951 г. Париж) ЗЕМЛЯ И ЛИРА ВИКТОР МАМЧЕНКО ПЕВЧИЙ ЧАС РИФМА ПАРИЖ СВИДАНИЕ Пришли дру...»

«Бюллетень Никитского ботанического сада. 2007. Вып. 94 43 КОЛЛЕКЦИЯ ВИДОВ РОДА AMYGDALUS L. В НИКИТСКОМ БОТАНИЧЕСКОМ САДУ И.Г. ЧЕРНОБАЙ, кандидат сельскохозяйственных наук Никитский ботанический сад – Национальный научный центр, Целенаправленная работа по выведению новых...»

«Представляем архив Л.П. Шепеленко Ловозерский муниципальный архив Мурманской области Ключевые слова: комплектование архива, использование архивных документов, архивный отдел Администрации Ловозерского района Мурманск...»

«Ex БЛОКИ ИСКРОЗАЩИТЫ "БАРОН" ПАСПОРТ 33888041-003 ПС 1. Назначение 1.1 Блоки искрозащиты "БАРОН" БР-1-12-0,24 и БР-1-24-0,15 (далее блоки), предназначены для обеспечения взрывозащищенности (искробезопасности) электрических цепей.1.2 Блоки предназна...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РФ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "КУБАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ И.Т. ТРУБИЛИНА" ФАКУЛЬТЕТ ПЛОДООВОЩЕВОДСТВА И ВИН...»

«СВОЙСТВА КАРБОАММОФОСКИ И СПОСОБЫ ИХ УЛУЧШЕНИЯ Норов А.М., Овчинникова К.Н., Малявин А.С., Размахнина Г.С.КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: УДОБРЕНИЕ, КАРБАМИД, КАРБОАММОФОСКА, ХЛОРИД КАЛИЯ, ТЕХНО ЛОГИЯ, ГРАНУЛА, СЛЕЖИВАЕМОСТЬ, ГИГРОСКОПИЧНОСТЬ, ПРОЧНОСТЬ. Приведены результаты исследований по улучшению свойств карбоаммофоски, полученн...»

«ИННОВАЦИИ Прикамье из космоса Технологии, разработанные учеными ПГУ, позволяют прогнозировать варианты развития инфраструктуры края или отдельного муниципалитета Справка "Звезды" ГИС-центр ПГУ был создан в 2000 году в рамках конце...»

«Актуальные проблемы естественных наук Таблица 3. Концентрация хлорофилла у разных сортов тритикале на разных дозах азота, мг/г сырой массы Доза азота Фон Фон+N30 Фон+N30+N30 Фон Фон+N30 Фон+N30+N30 Сорт Хлорофилл а Хлорофилл в 131/7 1,88 2,05 2,19 0...»

«Спирея японская (Spiraea japonica) Спирея (Spiraea) получила название от греческого слова 'speira' — изгиб. Ветви весьма изящны и у большинства видов красиво изгибаются, что и послужило поводом для латинского названия рода. Но у нас есть и свое народное наз...»

«Глава 27 Окончательное избавление Окончательное избавление, которого мы с нетерпением ждем не одну тысячу лет, возвращение в Эрец Исраэль из великого, долгого Изгнания, не будет похоже на освобождение из Вавилонии. Вавилонское изгнание длилось семьдесят лет: "Так говорит Гдь: „Когда семьдесят лет пройдут для...»

«Формирование и сплочение классного коллектива. Классный руководитель – организатор. Слайд №2 "Если каждый человек на кусочке своей земли сделал бы всё, что он может, как прекрасна была бы земля наша!" А.П.Чехов.Перефразируя классика, я скажу так: " Если я, как классный руководитель, сделаю всё от меня...»

«Перечень средств производства для применения в системе органического земледелия на основе международных принципов органического сельского хозяйства Информация, изложенная в этой публикации, полученн...»

«20. ФОНДЫ ЛИЧНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ АРХИВ ПОМЕЩИКОВ АКСЕНОВЫХ. ВОРБОЗОМСКАЯ ВОЛОСТЬ БЕЛОЗЕРСКОГО УЕЗДА НОВГОРОДСКОЙ ГУБЕРНИИ Ф. 1140, 1 ед. хр., 1785-1818 гг., оп. 1 Аксенова Авдотья (не уст.). Аксенов Павел Иванович (не уст.), ее сын. Аксенов Петр Иванович (не уст.), ее сын – канцелярист. Аксенова Аграфена...»

«ПРАЙС НАВЕСНОГО ОБОРУДОВАНИЯ К МИНИ-ТРАКТОРАМ СМОРГОНСКОГО ЗАВОДА ПРАЙС НАВЕСНОГО ОБОРУДОВАНИЯ К Прайс-лист МИНИ-ТРАКТОРАМ СПЕЦТЕХНИКА БРЯНСК WWW: http://speztech32.ru/ E-mail: 100@32-tm.ru, 201@32-tm.ru, 300@32-tm.ru Телефон: 8(4832)31-12-12 доб.105, 8-919-190-94-67 Дмитрий г.Брянск, ул. Флотская, 99А Вре...»

«НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ |Серия Естественные науки. 2012. № 9 (128). Выпуск 19 49 УДК 630*232.328.1 ВЛИЯНИЕ СРОКОВ ЧЕРЕНКОВАНИЯ НА УКОРЕНЯЕМОСТЬ ЗЕЛЕНЫХ ЧЕРЕНКОВ ДРЕВЕСНЫХ РАСТЕНИЙ О.В. Хайлова1 Н.И. Денисов2 1 Истит...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "ОРЕНБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" Методические рекомендации для самостоятельной работ...»

«ООО "Компания Земпроект" ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ПЛАН КАРАГАЙСКОГО СЕЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ УСТЬ-КОКСИНСКОГО РАЙОНА РЕСПУБЛИКИ АЛТАЙ ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА (Материалы по обоснованию) Заказчик: Администрация Усть-Коксинского района Муниципальный контракт: Исполнитель: ООО "Компания Земпроект" БАРНАУЛ 2012 Содержание ВВЕДЕНИЕ ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ ГЕНЕРАЛ...»

«Мамин-Сибиряк Д.Н. Приемыш Дождливый летний день. Я люблю в такую погоду бродить по лесу, особенно когда впереди есть теплый уголок, где можно обсушиться и обогреться. Да к тому же летний дождь теплый. В город...»

«HISTORICAL SCIENCES Retrospective estimate of ancient soils of agricultural areas (for example the rural district to the north-west from Yevpatoria) Lisetskii F.1, Marinina O.2, Buryak Zh.3, Vorobyeva E.4 (Russian Federation) Ретрогнозная оценка почв древнеземледельческих районов (на примере сельскохозя...»

«Количественные показатели яиц галки (n=187) из разных биотопов имели существенные различия по всем показателям (таблица 3). Таблица 3 Количественные показатели яиц галки из биотопов с разной степенью антропоген...»




















 
2018 www.lit.i-docx.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.