WWW.LIT.I-DOCX.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - различные публикации
 


«БАРДЫ МОСКВА «СОГЛАСИЕ» 1999 Вечная разгадка? Я стою, как перед вечною загадкою, Пред великою да сказочной страною — Перед солоно — да горько-кисло-сладкою, Голубою, родниковою, ржаною. ...»

ЛЕВ А Н Н И Н С К И Й

БАРДЫ

МОСКВА «СОГЛАСИЕ» 1999

Вечная разгадка?

Я стою, как перед вечною загадкою,

Пред великою да сказочной страною —

Перед солоно — да горько-кисло-сладкою,

Голубою, родниковою, ржаною.. .

Владимир Высоцкий

Кажется, разгадка на поверхности: выдержал бой с

Советской властью! В самые мутно-застойные годы —

пробил стенку! Взял штурмом, напором, нахрапом!

Беззаконная комета! Одинокий волк, медведь-шатун,

изгой, штрафник, заложник. Огни, воды, медные тру­ бы прошел. Сказка!

Да, напор был. Лез на стенку. Но был и под­ пор — та самая почва, на которой все стенки стоят .

Километры магнитофонной ленты от Таганки до Ма­ гадана выстилали беззаконный путь. Под благовест собственного хрипа из выставленных на подоконни­ ки динамиков — хаживал от вертолета до гостиницы на Северах. А начальство? А начальство все эти плен­ ки первым же и получало из рук собственных детей, с ума сошедших. Начальство звало автора в кабинет, слушало «Охоту на волков» и плакало так же безза­ конно .

А как умер, — шлюзы открылись — хлынула рус­ ская любовь, безоглядная, яростная, через все цензу­ ры. И все, что он, ерничая и юродствуя, демонстра­ тивно отвергал, — посыпалось навалом. О газетном некрологе «на последней странице в углу» даже и не мечталось? — Получил — на последней, а там и на пер­ вой. «Памятник в сквере где-нибудь у Петровских во­ рот»? — Получил и памятник, нарочно и именно в том 3—3827 Л. АННИНСКИЙ • БАРДЫ сквере. Аршинные рекламы «в гробу видал»? Получил все это за гробом. Разве что «на монетах заместо гер­ ба» еще не отчеканили... да при нашей русской широ­ те, да при девальвации — могут .

Если отсчитывать от стенки, которую проло­ мил Высоцкий, разгадка — в его волевом вольном на­ поре. Если отсчитывать от того, насколько легко по­ далась стенка, какая гнилая была и как быстро завали­ лась, — то разгадка Высоцкого в том, куда он ткнул и Удачно ткнул, точно. Не повторить .

Не повторить ни хриплого голоса, ни хулиган­ ской повадки. Скопировать можно, найти «равно­ значное» — вряд ли .

Но тогда — что останется от этого громоглас­ ного эпизода в истории русской культуры? От этих шестисот песен, живущих только в том голосе? Мо­ жет, и в том времени только? Легенда осуществилась сказочно быстро, с исполнением всех желаний. И только теперь начинается испытание временем .

Стремительность, с которой было сразу най­ дено все: тон, мелодика, образ, — поразительна. Одна только пробно-неверная нота и вырвалась — когда двадцатидвухлетний студент зарифмовал газетное со­ общение о беспримерном рейде нашей заблудшей по­ судины к американскому берегу. Торопился бард: Зи¬ ганшина из Асхата в Асхана переименовал, а Поплав¬ ского, который ел гармошку, описал в романсовом духе: «Крутая скатилась слеза...» Отрекался потом от этой песни: «пособие для халтурщиков». Однако пел .

Потому что «крутая слеза» — это тот самый стиль,

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ

в который, как в стенку, будет идти игра. И мотив (чу­ жой), на который запелось, — блатной, рыдающий, — «Я был батальонный разведчик» — это же та самая канва, по которой будет вышит весь Высоцкий, вернее, про­ шит, если учесть обилие ножей и пуль в его творчест­ ве. Только капля и нужна была, чтобы пролилась струя и пошел поток .

Капля потребовалась традиционно русская:





сивушная. С первых песен, где герой выпивает, буя­ нит, засыпает, просыпается и снова выпивает, — до последнего предсмертного парафраза из Блока: «Мы тоже дети страшных лет России, безвременье влива­ ло водку в нас» .

Патентованно-русский ход мысли: не мы ее пьем — ее в нас «вливают» .

Блатной антураж строится на перманентной обиде, что кто-то нас заставляет безобразничать, что-то нас заедает (в XIX веке знали, что заедает — «среда») .

А мы — «не виноватые». Но — осужденные. По желез­ ной схеме: срок, рыдающая мать, рыдающая подруга, рыдающая гитара.. .

Но какое безошибочное чутье на адресата! «К гитаре тяга есть в народе». Это, значит, минуем гар­ монь трехрядку! Это, значит, в нынешнем народе. На­ род, у которого «на левой груди — профиль Сталина, а на правой — Маринка анфас». У которого маршрут «от ларька до нашей бакалеи». Который — «головой быка убил» .

Тут прелесть не в точности примет, склады­ вающихся в габитус и диагноз, а в блестящей игре гро¬ Л. АННИНСКИЙ • БАРДЫ тесковых преувеличений. Типичное: не любо — не слушай, а врать не мешай! Неподдельное, родимое, из подворотни вынесенное: «да ладно!» .

Да ладно — ну уснул вчера в опилках, Да ладно — в челюсть врезали ногой, Да ладно — потащили на носилках, — Скажи еще спасибо, что живой!

А ведь в этом ироническом «скажи еще спаси­ бо» угадывается что-то потаенно-интеллигентское .

Какой-то тонкий яд проскальзывает в хрипатом на­ храпе хама-хулигана. Не надо даже брать строчки на просвет... впрочем, можно и на просвет.

Тогда выко­ лотая на исполосованной ножами груди Маринка вдруг напомнит Метерлинка, а уркаган-щипач-ско¬ карь под ножом хирурга вдруг в бреду прохрипит:

«Россия, Лета, Лорелея»... В протокол это, конечно, не попадет: чего кореш не прохрипит в бреду! Важнее общая мелодия: этот хулиганский треп-бред все время идет на такой запредельной ноте, что ему не то что ве­ ришь, а веришь ему именно как шебутному, притвор­ ному, залихватски-игровому, шалому, бесшабашно-ли­ хому, невменяемому .

Хотя невменяемость — продуманна .

По общему абрису хулиган должен быть падок «на баб». Оно вроде бы так и есть: тот, который «голо­ вой быка убил», — он и баб режет бесперечь, хотя и «не каждый год». Он их мордует и хвастается... но чем? Если не вслушиваться, то тем самым, чего от не­ го и надо ждать, то есть безудержным насильничань¬

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ

ем. Но если вслушаться — так ведь там нечто совсем противоположное. «Я теперь на девок крепкий!» — куражится насильник. То есть он на девок не обраща­ ет внимания!

По шаблону хулиган должен быть антисеми¬ том. И вроде бы он на этот счет сильно много выска¬ зывается. Но опять-таки, если вслушаться, — ни наме¬ ка обидного в его речах насчет евреев нет. А есть даже некоторое братание. На почве водки, естественно. То есть: Мишка Шифман пьет, как хороший русский бин­ дюжник. И немецкие бомбы, между прочим, сыплют­ ся в 1941 году одинаково «на Евдоким Кирилыча и Ги¬ сю Моисеевну».

И вообще, если вы умеете и желаете слушать песни (то есть сказки), вы не обманетесь: ан­ тисемитизм у Высоцкого, разумеется, есть, но зага­ дочно-сказочный:

Запретили все цари всем царевичам Строго-настрого ходить по Гуревичам.. .

Я думаю, что Гуревичи могут спать спокойно .

Герой — все по тому же шаблону — должен, как рыба в воде, плавать в толпе, то есть в артели, то есть в общине вместе с «Евдоким Кирилычами», «Коляна¬ ми» и «Иванами». Что он и делает, демонстративно пластаясь с ними то в пьянке, то в поножовщине. Да вот только «толпа» у него —если вслушаться и вду­ маться — жуткая. Смертельно опасная. Дыбом стоит .

И единение с народом включает все ту же скомороши¬ ну, которая, если не вдумываться и не вслушиваться, просто потешна. А если.. .

Л. АННИНСКИЙ • БАРДЫ

Я из народа вышел поутру — И не вернусь, хоть мне и предлагали .

Станислав Куняев, понимающий проблемы без всякой скоморошины, просек этот балаганчик мо­ ментально. И отверг Высоцкого со всей яростью идейного борца — отверг начисто и бесповоротно от имени того самого «народно-патриотического фрон­ та», к которому Высоцкий, по всей своей народной «звукофизиономике» вроде бы должен принадле­ жать. Не к высоколобым же диссидентам! Ибо есть «бега», а есть «балеты». Втихаря Высоцкий, может, и смотается на балет, то есть на Метерлинка, то есть туда, где водится Лета-Лорелея, но на балете его наши мужики сроду не увидят, а вот что он заявится на бега, да не пропустит и бильярдной, — это факт, и тут на­ ши мужики его не только увидят-услышат, но и признают-таки своим. В отличие от Станислава Ку¬ няева .

Загранку — и ту простили! Это же вообще — неслыханно: чтобы наш, коренной, народный, в дос­ ку свой — женился бы на парижанке и вдарился в за­ границы! Да ему в спину должны заорать, как иуде! «В Париж мотает, словно мы — в Тюмень!»

И что же? Ничего похожего. Он — мотает .

А мы — не только не клянем его, но даже одобряем, а если и завидуем, то — исключительно по-хорошему .

И не по той причине, что он там ведет себя по-нашен­ ски, то есть лузгает на Елисейских полях семечки, а в кабаке садится на колени французу, ест из его тарелки руками и кричит: «Друг! За что боролись?!» Ему вовсе

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ

и не обязательно там, в загранке, так русопятство¬ вать. Он там может надеть фрак и цилиндр — и все равно будет наш. Народ все чует. Это — как с Маяков­ ским, который щеголял по Парижу и Нью-Йорку в модных шмутках, а российский пролетариат, по про­ ницательному наблюдению Цветаевой, не только не корил его за измену синим блузам и красным флагам, но даже и гордился: наш-то вона куда залетел!

Вот так же наш российский «люмпен» гордил­ ся Высоцким, когда тот пошел гулять по Парижу .

Да что говорить: ему сошло даже то, что он сыграл положительного... милиционера — оператив­ ника Жеглова. По габитусу-то у его героя — что с ми­ лиционером общего? Да он «мусоров» ненавидеть должен! А он: «Побудьте день вы в милицейской шку­ ре — вам жизнь покажется наоборот. Давайте выпьем за тех, кто в МУРе, — за тех, кто в МУРе, никто не пьет». И что? Выпили. И еще раз выпили. И еще. Все свои .

Высоцкому простили, от Высоцкого приняли, из рук Высоцкого сожрали все, хотя вроде бы он во­ площался в таких героев, которые начисто, напрямую противостояли и противоречили первоначальному анархо-бунтарскому «разносу» .

Да так ли уж противоречили?

Система его воплощений по-своему логична .

Элементарный ход: от забулдыжного хулигана — к картинному пирату с ножом в зубах. Далее — к пещер­ ному человеку с дубиной. Далее — к какому-нибудь зве­ рю-хищнику, соседу по ветви на древе эволюции .

Л. АННИНСКИЙ • БАРДЫ А там и до «жирафа» недалеко: «Жираф большо-ой — ему видней!» Фантазия железно срабатывает, потому что построена по безошибочно найденной стилисти­ ке «тюремного романа» .

Другая цепочка не менее логична: хулиган — псих с Канатчиковой дачи — смертник из штрафба­ та — десантник, которому жизнь не дорога.. .

В сущности, так или иначе все у Высоцкого упирается — в войну. Дубинами или танками-само­ летами, но всегда у него — драка, бой, схватка, атака, штурм, напор, прорыв, рваные глотки, разбитые че­ репа, выпущенные внутренности. Солдатский над­ сад — самый точный адрес для уникального хрипвокала .

В этом есть, я думаю, глубокая интуиция. Ко­ гда-то древнегреческие мудрецы много спорили, «что из чего» и, в частности, что фундаментальней: афин­ ская мерность, спартанская доблесть или еще чтонибудь.

А Гераклит взмыл надо всем этим и понял:

причина — персы, бесконечная война греков с перса­ ми; из войны — все .

Поколение «последних идеалистов», выдви­ нувшее Высоцкого, выварилось добела в «социализ­ ме», «коммунизме» и прочих идейностях; поэтому трудно было понять, что «сталинские лагеря», Троц­ кие «трудармии» и прочая советская казарма — не от марксизма-ленинизма, а от двух мировых войн, распо­ лосовавших Россию, и от ожидания третьей... Высоц­ кий — не Гераклит, разумеется, и вообще все-таки не философ, но что в основе всей той вывернутой реаль¬

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ

нести, которая ему досталась, лежит ярость дерущего­ ся солдата, — он почуял шкурой. Экипировка 1941 го¬ да приросла к нему сразу и намертво. Его записали во фронтовики, не вдаваясь в возрастную арифметику, так что, отвечая на письма слушателей, он должен был объяснять, что войну первоначально вычитал из книжек. Все равно, по психологической первооснове он был тем, кого пел: окопником, блокадником.«Я вы­ рос в ленинградскую блокаду...» — и все тут. И никако­ го никому нет дела до того, что «вырос» Высоцкий на семь лет позже в отвоеванном польском городке, в семье советского офицера («оккупанта» — сказали бы еще на семь лет позже), — ведь по типу, по складу, по устремлению души он действительно — шкет, чи­ нарики собирающий «с-под платформы», сирота, сын полка .

Цепочка военных переназначений — самая ге­ ройская: герой-летчик, герой-парашютист, герой-под­ водник. Нужды нет, что, вступая в воздушный бой, на­ ши соколы переговариваются, как заправские шулера («будем играть... равнять козыри»),— главное, что это люди, выросшие в народе, где нормальная ситуа­ ция — когда «все ушли на фронт» .

Вот, однако, дальнейшие превращения воина уже в мирное время: подводник — аквалангист — спа­ сатель... Альпинист-скалолаз... Далее «силовики» вы­ ходят на Большую Спортивную Арену. Впереди бок­ сер. За ним — штангист. Затем — футболист, кумир по­ слевоенной публики. И дальше — по олимпийской программе: метатель молота, прыгун в высоту, прыгун Л. АННИНСКИЙ • БАРДЫ в длину... А шахматы?! — возопит ядовитый оппонент Высоцкого. Как же, есть и шахматы! Вон один наш сел против Шифера, то бишь Фишера, да в трудный мо­ мент кулак ему из-под стола показал, — так Фишер, то бишь Шифер, сразу на ничью согласился!

Смех смехом, но если к этой славной галерее типов добавить шахтера да шофера, о которых Вы­ соцкий тоже сложил вдохновенные и достоверные песенки, — получится не что иное, как шеренга поло­ жительных героев, освященных всеми идеологами Советской власти за все ее восемьдесят лет. И сотво­ рил эту шеренгу — тот самый Высоцкий, который от лица бунтующего народа всю свою сознательную ак­ терскую жизнь разносил эту Власть! И она его прости­ ла? Простила. И понятно, почему. Как-никак, в годы, когда пошел он писать и играть в «театр и кино», то честно отработал шеренгу таких крутых первопро­ ходцев, таких образцовых для подражания отлични­ ков эпохи, таких надежных восходителей — «лучше гор могут быть только горы, на которых еще не бы­ вал» ! — что Власть была ему благодарна .

Власть — да. Но почему ему все простил — на­ род? Простил именно эту череду официально-приз­ нанных героев — от альпиниста до милиционера, — шеренгу, которая начисто, казалось бы, вывернула первоначальную фигуру «своего парня» — выпивохи и дебошира — во что-то положительно противопо­ ложное .

Вывернула. Но не отменила. Тут — главная за¬ гадка поэтической и артистической судьбы Высоцко¬

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ

го и, я думаю, ее разгадка. Выворот смыслов. В кого угодно может воплотиться и превратиться лириче­ ский герой: в бандита из подворотни, в грека из анек­ дота, в невменяемого психа, косматого жлоба или героя-летчика, — но вы не ухватите, где же его «под­ линность». Потому что подлинно здесь — само пре­ вращение, невесомость перехода, упоение маской .

Иногда герой берет себе напрокат имя. Иногда это «Ва­ ня», чаще «Николай», но, между прочим, никогда — Владимир. Точнее же всего вот что: «У меня было со­ рок фамилий, у меня было семь паспортов». Смена паспорта — экстатическое мгновенье, обретение вож­ деленного лица, нервный катарсис. Если бы поэзия Высоцкого была бы ориентирована на один какойнибудь тип, это и было бы «припечатано» — одна ме­ лодия на все песни. Но непрерывное и бесконечное перевоплощение — это та самая внутренняя горячка, которая выплавляет неподдельную строфику-мело­ дику Высоцкого. Это веселое наращиванье абсурда .

Этот покупательский кавардак мужика в городе: «Где же все же взять доху, зятю — кофе на меху? Тестю — хрен, а кум и пивом обойдется. Где мне взять коньяк в пуху, растворимую сноху? Ну а брат и самогоном пере­ бьется!» В чем прелесть? В непрерывном вывороте смыслов. Жизнь — наоборот. Входишь через черный ход — выходишь в окна. «Жизнь моя — и не смекну, для чего играю» .

«Для чего?» — вопрос вполне арифметичес­ кий. Алгебра же состоит в том, чтобы вопрос не воз­ никал. Ни один облик, схватываемый в нервическом Л. АННИНСКИЙ • БАРДЫ экстазе, не должен быть удержан как постоянный; от всякого облика хочется немедленно освободиться. То есть, по-народному говоря, «сбежать». Какая ж там гармония? Как какая! Перевернутая. Жизнь «обрат­ ным счетом» .

Очень русский, очень народный ход воображе­ ния: это все, что имеется, «не считать», а начать все за­ ново. Очень русский, очень народный инстинкт — ин­ стинкт народа, собранного с гигантских пространств и в гигантские пространства глядящего. Хорошо там, где нас нет. «Опоньское царство» — вечный магнит для русского скитальца. Наш если и сидит сиднем, то просто разрывается от соблазна «все спалить», «бро­ сить» и податься «на край света». Объяснять это «по-умному» глупо: получатся «общепринятые п е р лы», которыми, впрочем, Высоцкий виртуозно поль­ зуется, маскируя горячку духа. И вообще: есть вопро­ сы, на которые нет и не будет ответов. Ответы — для «умников». А мы, бог даст, проходим в дураках.

«Ду­ рацкое» примериванье одного колпака за другим, од­ ной маски за другой, одного карнавального носа за другим — и есть тот самый «бред», который конгениа­ лен бредовой ситуации:

–  –  –

Вопрос, можно сказать, приблизительно вот такой: куда деться от себя самого?

Еще более важный и тревожный вопрос: на­ сколько состояние героя совпадает с состоянием на­ рода?

«Я из народа вышел...»

Лучше сказать не «вышел», а «сбежал». И пра­ вильно сделал. Потому что и в народе главное потаен­ ное желание — «сбежать». «Сбежать куда-нибудь туда...»

Куда же? Круг возможностей — при всей па­ рижской визуальности, — в сущности, недалек от Тю­ мени. По пьянке подраться и побрататься с францу­ зом — это, конечно, экзотика. Но братание Высоцко­ го с русскими народными скитальцами — не экзотика, это тот самый глубинный, подлинный, реальный ду­ ховный контакт, который и обеспечивает ему фантас­ тическое народное признание .

Француз про это сказал бы как-нибудь парадок­ сально кратко, вогнав в «острый галльский смысл» не­ выносимые противоречия. «От жажды умираю над ручьем». У нас все шире, смачней и медленней. Есть чем жажду залить и без ручья.

Сидя у телевизора, весь мир понять можем:

— Ой, Вань, гляди, какие клоуны!. .

На весь мир спето!

А еще лучше — когда диалог привольно растя­ нут и можно излить душу обстоятельно. В письмах .

Она — ему — в город, куда он отбыл «по де­ лам», а также за покупками:

Л. АННИНСКИЙ • БАРДЫ

Здравствуй, Коля, милый мой, друг мой ненаглядный!

Во первых строках письма шлю тебе привет .

Вот вернешься ты, боюсь, занятой, нарядный — Не заглянешь и домой — сразу в сельсовет.. .

Тута Пашка приходил — кум твой окаянный, — Еле-еле не далась — даже щас дрожу .

Он три дня уж, почитай, ходит злой и пьяный — Перед тем, как приставать, пьет для куражу.. .

Наш амбар в дожди течет — прохудился, верно, — Без тебя невмоготу — кто создаст уют?!

Хоть какой, но приезжай — жду тебя безмерно!

Если можешь, напиши — что там продают .

–  –  –

Это — сегодняшняя русская поэтическая клас­ сика. Точный п о р т р е т народного сознания .

«Вечная» русская загадка на исходе второго т ы с я ч е л е т и я христианской э р ы. Солоно, горько, ки­ сло, сладко. Из голубого, родникового, ржаного, вы­ в о р о т н о г о рая т я н е т с я душа вверх, к Господу. Ждет:

когда ж ее оттуда заметят?






Похожие работы:

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Саратовский государственный аграрн...»

«See discussions, stats, and author profiles for this publication at: https://www.researchgate.net/publication/315809395 INTRODUCTION OF SOME SPECIES OF PAEONIA L. GENUS FROM THE CAUCASIAN FLORA INTO THE BOTANICAL GARDEN PETER...»

«1. Цели освоения дисциплины (модуля) Целями освоения дисциплины (модуля) является формирование у обучающихся определенного состава компетенций (результатов освоения) для подготовки к профессиональной деятельности (в соответствии с п. 3).2. Место дисциплины (модуля) в структуре О...»

«Приводятся понятия о нарушенных землях и рекультивации земель. Рассматриваются нормативные положения в области рекультивации, снятия плодородного слоя почвы и технологии рекультивационных работ. Указывается, что основным документом при лесохозяйствен...»

«Scientific Cooperation Center Interactive plus Репко Наталья Валентиновна д-р с.-х. наук, профессор ФГБОУ ВО "Кубанский государственный аграрный университет им. И.Т . Трубилина" г. Краснодар, Краснодарский край Коблянский Александр Сергеевич аспирант ФГБОУ ВО "Кубанский государственны...»

«СОДЕРЖАНИЕ 1. Планируемые предметные результаты освоения предмета "география" 3 2. Содержание учебного предмета 5 3.Тематическое планирование с указанием количества часов, отводимых на освоение каждой темы 8 Планируемые предметны...»

«ШРИ ШРИМАД БХАКТИ РАКШАК ШРИДХАР МАХАРАДЖ СУБЪЕКТИВНАЯ ЭВОЛЮЦИЯ СОЗНАНИЯ перевод с английского – Денис Урадов (Дева дас) верстка – Гоураприйа дас файл хранится по адресу www.hari-katha.org ОГЛАВЛЕНИЕ Глава 1 МАТЕРИЯ, ГИПНОЗ, КОСМОС Глава 2...»







 
2018 www.lit.i-docx.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.