WWW.LIT.I-DOCX.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - различные публикации
 

«современном русском сленге : деривационный и стилистический аспекты сленговых номинаций иностранцев и провинциалов Studia Rossica Posnaniensia 35, 27-34 STU D IA RO SSICA POSN AN IEN SIA, vol. XXX V ...»

Елена Хабибуллина

"Инастрики" и "тундрюки" в

современном русском сленге :

деривационный и

стилистический аспекты

сленговых номинаций

иностранцев и провинциалов

Studia Rossica Posnaniensia 35, 27-34

STU D IA RO SSICA POSN AN IEN SIA, vol. XXX V : 2010, pp. 27-34. ISBN 978-83-232-2247-7. ISSN 0081-6884 .

A dam M ickiew icz U niversity Press, Pozna

ИНАСТРИКИ И ТУНДРЮ КИ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ СЛЕНГЕ:

ДЕРИВАЦИОННЫЙ И СТИЛИСТИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ СЛЕНГОВЫХ

НОМИНАЦИЙ ИНОСТРАНЦЕВ И ПРОВИНЦИАЛОВ

ИНАСТРИКИ AND ТУНДРЮКИ IN MODERN RUSSIAN SLANG:

DERIVATIONAL AND STYLISTIC ASPECTS OF SLANG NOMINATIONS

OF FOREIGNERS AND PROVINCIALS

ЕЛЕНА ХАБИБУЛЛИНА

ABSTRACT. This paper deals with the slang derivations of the modern Russian language, related to the notions of “иностранец”, “инородец”, “провинциал”, “провинция”. Key aspects of the analysis of these language units are the aspects of word formation and the Russian language, due to the permanent extralinguistic factors, there is a large number of expressive ethnonyms.The area of their distribution is the sphere of the various social dialects, hence they get into general use (for example, in colloquial language). Our task is to identify how the derivational features of these formations determine their emotional and expressive color .

Елена Хабибуллина, Татарский государственный гуманитарно-педагогический универ­ ситет, Казань - Россия .

В статье рассматриваются сленговые дериваты современного русского языка, связанные с понятиями „иностранец”, „инородец”, „провинциал”. Основ­ ные аспекты анализа этих единиц - аспекты словообразования и стилистики .

Экспрессивные этнонимы (термин А.И. Грищенко и Н.А. Николиной)

- одно из тех языковых явлений, которое не может не привлекать внимания лингвистов, наиболее активно исследуется такая разновидность подобных номинаций, как этнофолизмы. В русском языке в силу действия экстралингвистических факторов количество экспрессивных этнонимов достаточно ве­ лико, сферой их распространения, как правило, является сфера различных социальных диалектов, отсюда они проникают в общее употребление (напри­ мер, в городское просторечие). А.И. Грищенко в рамках сравнительно-сопо­ ставительного исследования русских и английских экспрессивных этнонимов эти лексемы были рассмотрены в этимологическом, мотивационном и дерива­ ционном аспектах, при этом, в частности, проанализированы образования, созданные в результате усечения с суффиксацией. Другие способы морфем­ ной деривации рассматриваются не столь детально, отмечается лишь большее разнообразие русских суффиксальных производных сравнительно с англий­ Е. Х а б и б у л л и н а скими. М атериал здесь был собран из разных источников: разговорная речь, жаргоны, арго .

Мы обратились к сленговому материалу, чтобы выявить характерныеосо­ бенности экспрессивных этнонимов, здесь бытующих. С ленг включает еди­ ницы, генетически восходящие к арго и жаргонам, но отличается от послед­ них высоким уровнем эмоциональности, активностью языковой игры. Нашей задачей было выявить, как деривационные особенности данных образований определяют их эмоционально-экспрессивную окраску .





Сленг - это явление, с которым так или иначе сталкивается, пожалуй, каждый студент, получаю­ щий очное образование. Характерное для молодого человека стремление са­ моутвердиться может проявляться в демонстрации превосходства по отноше­ нию к другим, в том числе и средствами языка. Употребление сленговых слов, использующихся для обозначения лиц по национальной принадлеж­ ности, по месту жительства, позволяет молодому человеку реализовать это стремление благодаря оценочности и экспрессивности, которые присущи этим словам. Проследим, какие способы деривации наиболее активно задействова­ ны при создании сленговых экспрессивных этнонимов .

Безусловно, наиболее привычны для носителей языка эмоционально-экс­ прессивно окрашенные суффиксальные дериваты, созданные с помощью суффиксов субъективной оценки, среди них производные с семантикой умень­ шительности и увеличительности. Г руппа этих слов в сленге достаточно пред­ ставительна: инастрик, азик - ‘азербайджанец’, армяшка, саддамка - ‘об ирак­ цах, жителях аравийского полуострова’, хачапурик - ‘кавказец’; въетнамон, италъяха, негрила, шведюк, еврюга. Существительные, образованные с по­ мощью суффиксов с собирательным значением, например, хачье - ‘южане, кавказцы’, обычно характеризуются негативной экспрессией. То же можно сказать о дериватах, в создании которых участвует элемент -оид, например чеченоид - ‘чеченец’ (ср. елъциноид, алконоид, клизмоид), элемент -навт, например элканавт ‘лицо кавказской национальности’ (от шутливой аббре­ виатуры ЛКН) .

Суффикс -ец активно используется при образовании стилистически ней­ тральных этнонимов в литературном языке, но если в качестве мотивирую­ щего слова выступает не существительное-название страны, возможно появ­ ление слова, имеющего ироническую окраску, например аллорец (от а11ога)

- ‘итальянец’, бундесранец - ‘немец’, чуркестанец - ‘южанин, азиат’, евреец

- ‘еврей’ (в последнем случае иронии способствует плеонастичность, так как мотивирующее слово само является этнонимом) .

Существует определенная избыточность, когда от одной и той же основы образуются дериваты с разными суффиксами. Так, от а11ога образуются три деривата для обозначения итальянца-мужчины: аллорец, аллорник, аллерик .

Суффиксы -ник и -ик в современном русском языке при образовании этно­ нимов не используются, так что экспрессивные этнонимы, образованные с их участием, имеют подчеркнуто ироническую окраску. Повышенная степень „Инастрики ” и „тундрюки ” в современном русском сленге .

эмоциональности как отличительная черта сленговой речи отражается в тех случаях, когда в качестве производящей основы используется субстандартное слово. Ярким примером этого является словообразовательная цепочка еврей ® е вр ю га ® еврюжник .

В разговорной речи распространены названия лиц, образованные с помо­ щью суффикса -ник от имен с предметным значением, часто они выражают ироническое отношение говорящего к называемому. В Толковом словаре р у с ­ ского сленга мы обнаруживаем лексемы халатник, шароварник, они являются синонимами и выступают в обобщенном значении ‘азиат’, в контексте непо­ средственного общения они могут конкретизировать свою семантику и указы­ вать на определенную национальность (узбек, таджик и т.д.). На наш взгляд, у этих лексем весьма велика вероятность функционирования не только в сленге, но и в разговорной речи, так как по эмоционально-экспрессивной окраске они мало отличаются от разговорного слова макаронник .

Проводя количественное сравнение суффиксальных экспрессивных этно­ нимов в сленге и в арго преступников, мы можем констатировать, что суф­ фиксация для этой группы лексики больше востребована в сленге (соотноше­ ние примерно 3:1) .

Экспрессивность сленговых псевдоэтнонимов может быть основана на ка­ ламбурном начале. Выразительность дериватов финик (финн + финик) - ‘финн’, щурята (щуриться + щурята) - ‘азиаты’, енот (иена + енот) - ‘японец’ может базироваться на каламбурном созвучии со словами литературного языка. Как каламбурный контаминационный дериват можно рассмотреть и уже упоми­ навшееся выше бундесранец (бундесрат + засранец). Контаминационное сло­ вообразование в сленге активно реализует каламбур, весьма часто являю­ щийся, как известно, основой анекдота; именно из анекдота в сленг вошло образование абрамгутан - ‘еврей’ (Абрам + орангутан); в данном случае па­ родируется антропоним. Контаминация, не основанная на каламбуре, - явле­ ние значительно более редкое в сленге; нами обнаружен единственный при­ мер - макачи (макаки + апачи) - ‘негры’, ‘индусы’ .

Каламбурная пародия антропонима - достаточно частотное явление среди экспрессивных номинаций лица по этнической принадлежности. Т акие обра­ зования могут создаваться путем сращения: абстулзадомбей - ‘турок’, атомулия-далато - ‘грузин, грузинка’, сутрапьян - ‘армянин’, взадстамеску

- ‘румы н’. Пародия на антропоним может строиться на шутливом переразложении слова: р ук о 'блуд - ‘ирландец’. В современном сленге встречаются та­ кие словообразовательные форманты, у которых нет аналогов в литературном языке. Примером являются номинации, образованные путем присоединения к производящей основе финали, распространенной в национальных фамилиях, например, шимпанидзе - ‘грузин’, совокупляйтис - ‘прибалт, литовец’ .

Не основанные на каламбуре псевдоэтнонимы, образованные способом сращения и сложения, стилистически окрашены либо в силу функционально­

-стилистической маркированности производящих основ (черножопый - ‘ази­ Е. Х а б и б у л л и н а ат, кавказец’, черномазый - с тем же значением), либо в силу негативной семантики основы (спидоносец - ‘иностранец’) .

Как свидетельствует наш материал, большинство используемых в сленге наименований лица по национальности представляют собой отражение како­ го-либо стереотипа. Есть примеры стереотипного использования прецедент­ ных имен в качестве производящей основы морфемного деривата: саддамка .

На базе стереотипов и прецедентных феноменов возможно появление сраще­ ний: кимирсен ‘северный кореец’, субстантиватов: лавровый ‘грузин, кавказец’ (ср. лавровый лист - один из товаров, традиционно реализуемых кавказцами на городских рынках); неоднословных номинаций: из-под обломков ‘армяне’ (номинация основана на прецедентной ситуации - землетрясении в Армении), только что с дерева слез ‘о представителе какой-либо развивающейся страны (обычно о негре, азиате) или о жителе Кавказа, Средней А зии’ (в основе но­ минации лежит примитивное понимание эволюционной теории Дарвина) .

Ярче всего феномен восприятия другой национальности через стереотипы отражен в группе сленговых этнонимов, представляющих собой результат семантической деривации. Эта группа самая многочисленная, так как мета­ форические и метонимические переносы - одна из характернейших черт сленговой речи. Среди производящих основ для семантических дериватов, основанных на стереотипах, есть имена собственные, причем более „предста­ вительным” оказывается пласт имен с общей семой „еврей”: Абрам, Сарра, Р а ­ бинович, Цукерман, Хая; из подобных образований для других национально­ стей здесь представлены только слова карапет ‘армянин’, мамед ‘кавказец, азиат’ и хабибулин ‘татарин’. Иронические этнонимы со значением ‘еврей’ не­ редко строятся на основе сходства конечного элемента нормативной лексемы с типичным элементом, представленным в национальных фамилиях: ш лаг­ баум, айсберг, дизайнер .

Отметим, что в сленге есть интересные образования, которые представ­ ляют собой результат сложного семантического переноса: аэродром в разго­ ворной речи употребляется в значении ‘большая кепка’; от этого семанти­ ческого деривата, основанного на метафорическом переносе, образуется по метонимическому переносу сленговое наименование со значением ‘грузин’ .

Известен сорт конфет из темного шоколада, получивших метафорическое название трюфель, от него на основе метафоры образуется сленговое обозна­ чение негра, оно оказывается в одном синонимическом ряду со сленговыми экспрессивными этнонимами той же семантики: шоколад, сникерс .

Одним из способов пополнения жаргонной лексики является заимст во­ вание. В сленге примеры заимствований в исследуемой группе слов также встречаются. Наряду со словами инострань и инастрик в сленге функциони­ рует заимствование форин. Иногда использование заимствования позволяет избежать омонимии, например, в значении ‘негр’ употребляется слово блэк, так как русское черный стало многозначным, под этим наименованием может подразумеваться „кавказец”, „армянин”, „азиат” и т.д .

„Инастрики ” и „тундрюки ” в современном русском сленге .

Исследователи, занимающиеся изучением экспрессивных этнонимов и этнофолизмов в русском языке, отметили, что одним из весьма продуктивных способов их производства является усечение. Этот способ в принципе востре­ бован в социолектах вследствие особой экспрессии, свойственной дериватамусечениям. Как показывает анализ сленгизмов-замствований, большинство из них представляют одно-двусложные слова: бритиш, серум (армянин), стейт сы (американцы), френч (француз), юкс (финн) и др., не являясь усечениями, они по краткости звучания уподобляются таковым .

Мы не даем подробного анализа признаков-стереотипов, на которых стро­ ятся метафорический или метонимический переносы, так как об этом говори­ ли другие исследователи. В целом, сравнивая перечень признаков, на которых базируются сленговые экспрессивные этнонимы, мы можем говорить, что практически не востребованы такие параметры, как типичная профессиональ­ ная деятельность, национальное блюдо, но в остальном особых отличий нет

- здесь и названия типичной одежды (уже упоминавшиеся халатник, шароварник), и уподобление человека животному (енот, шимпанидзе, зверь, абрамгутанг, сайгак), по цвету волос, кожи (чумазые, желток), по запоминающим­ ся чертам внешности (носорог, пейсик), по культурно-историческим реалиям (мам лю к, самурай, басмач, абрек) .

В сленге, как и в других социолектах, экспрессивные этнонимы редко по­ являются для обозначения лиц женского пола, примеры единичны: Сара, Хая, аллорка, шоколадка. Причины этого четко не определяются, но можно пред­ положить, что женщины реже оказываются вовлечены в конфликтные ситу­ ации, на них не направлена негативная экспрессия, а значит, нет необходи­ мости в производстве дериватов женского рода. В сленге существует лексема спидоносец, имеющая значения ‘иностранец’, ‘негр’. Образование спидоноска, вопреки ожиданиям, не называет лицо женского пола по мужскому, его лек­ сическое значение ‘валютная проститутка’ .

В социолектах возможны случаи, когда экспрессивный этноним мотиви­ руется этнонимом узуальным, в сленге такие случаи не частотны: чех ‘чече­ нец’, француз ‘еврей’, команчи ‘кавказцы’. Создание этих номинаций может быть вызвано эвфемистическими намерениями, но такая замена может сви­ детельствовать и об отношении к называемому: отказываясь от нормативного этнонима, говорящий иронизирует над его носителями, выделяя какую-либо характерную черту. Вероятно, номинация француз обыгрывает картавость, как приписываемую евреям особенность дикции; отметим, что существует арготическое товаещ с тем же значением, пародирующее картавое произно­ шение. В случае с дериватом команчи, очевидно, реализуются следующие представления о кавказцах: „нецивилизованные”, „агрессивные” .

Отметим тот факт, что экспрессивные этнонимы, выявленные нами в сло­ варях сленга, отличаются меньшим разнообразием лексических значений сравнительно с лексемами той же группы в арго. В каждом регионе оппози­ ция „свой - чужой” отличается составом „участников”, поэтому в местной мо­ Е. Х а б и б у л л и н а лодежной речи можно найти то, что словарями не фиксируется. Неизменным остается включение в эту оппозицию кавказцев, представителей Закавказья, азиатов. Как правило, использующиеся при этом слова представлены и в арго, они фактически уже входят в просторечие.

Интересно, что от литературных этнонимов в сленге образуются глаголы, использующиеся для обозначения поведения человека, усиленно, даже назойливо ухаживающего за девушками:

пригрузиниваться, приармяниваться. Многие национальности в сленге спе­ циальных номинаций не получают, при этом их литературные названия пере­ осмысливаются и используются для уничижительного обоначения человека с низким уровнем интеллекта: тунгус, турка, удмурт, чукча .

Нами был проведен опрос, целью которого являлось выяснить, значения каких экспрессивных этнонимов понятны студентам-филологам ТГГПУ, ка­ кие из этих единиц они регулярно включают в свою речь. В исследовании принимали участие 30 студентов (2 и 5 курс). Безошибочно они определили значения относительно небольшого количества слов: чурка, хач, азер, черно­ мазы й (и подобных), мавр, абрам, мумба-юмба. Выделенные слова регулярно включаются ими в речь; во многих случаях они либо давали варианты, отли­ чавшиеся от словарных значений (чехи - ‘чехи’, сутрапьян - ‘русский’, шароварник - ‘немец’, халатник - ‘китаец ), либо вообще не могли дать толкова­ ние (чурек, форин, юсник, лавровый лист, айсберг, ара). Владение сленговой лексикой в этой группе опрошенных достаточно ограниченно: половина сту­ дентов приехали на учебу из сельской местности, половина по национальной принадлежности - татары. Особых отличий в их ответах не было, количество правильных ответов студентов пятого курса не отличалось от количества правильных ответов второкурсников, таким образом, динамики в освоении сленговых экспрессивных этнонимов не наблюдается. Итак, набор экспрес­ сивных этнонимов оказался весьма ограниченным. Но говорить о том, что причина в толерантности по национальному признаку, не приходится - экс­ прессия выделенных номинаций явно негативная. Очевидно, в данном случае мы имеем дело с единицами, входящими уже в состав не столько сленга, сколько просторечия, и студенты пользуются не сленгом, а просторечием .

Наименования лиц с общим значением ‘провинциал’ в словарях сленга ме­ нее разнообразны. Реализуются лишь отдельные возможности русского языка .

Так, здесь достаточно редки случаи суффиксальной деривации - тундрюк (образуется словообразовательная цепочка: тундра ® тундра ‘провинция’ ® тундрюк ‘житель провинции, сельской местности ), как и случаи конта­ минации - чундра (чудак + тундра). В основном мы имеем дело с семантиче­ ской деривацией, основанной на метонимическом переносе: тюмень (по назва­ нию города), сельпо (по детали провинциальной жизни).

Ряд образований:

т ундра, сельпо, тюмень, село, а также неоднословное из полей - одинаково мо­ гут использоваться для обозначения как одного человека, так и группы лиц .

Эти дериваты должны воплощать безликость, серость, отсутствие ярких инди­ видуальных черт, якобы присущих провинциалам и жителям сельской местно­ „И наст рики” и „тундрюки” в современном русском сленге .

сти, по мнению жителей столицы и крупных городов. В данном случае можно говорить о подчеркнутой иронии, даже презрении говорящих по отношению к называемому .

В разговорной речи часть слов со значением ‘провинциал (-ка)’ произве­ дены от антропонимов: М аш а, Фрося, Дунька, Ваня, Леха. Для сленга этот признак не актуален, причины, по которым не появляются новые сленговые образования такого характера, прежде всего, в том, что количество типичных „деревенских” имен в сознании среднестатистического носителя языка огра­ ничено вышеперечисленными примерами, а кроме того, временами в среде городских жителей возобновляется мода на „простые” имена, что препятству­ ет ироническому отношению .

Не актуален и другой признак, по которому житель провинции именуется в разговорной речи, - типичный элемент одежды. Таковы разговорные л а ­ поть, сапог, плюшка (плюшевое полупальто - заметная деталь костюма про­ винциалок, приезжавших в Москву за покупками) .

В сленге больше вероятности встретить случаи, когда значение ‘провин­ циал’ реализуется через предложную форму из + н азван и е населенного п ун ­ к т а (местности), причем используются разнообразные варианты - реально существующие названия и производные от них: Конотоп, Урюпинск, К риво­ рож ье, а также вымышленные: Ветродуйск, М ухосранск, Зажопинск, Пындровка, Пиздрыгайловка. В первом случае параметром, по которому выбира­ ется населенный пункт, является удаленность от столицы и малые размеры .

Во втором случае источником экспрессивности становятся стилистическая маркированность элементов сложного слова, проекция деривата на обсценное слово или его подчеркнутое неблагозвучие .

Отметим, что сленговые номинации провинциалов могут использоваться в рамках оппозиций „город - деревня”, „столица - провинция”, „крупный го­ род - маленький городок”. В арго те же лексемы используются преимущест­ венно для презрительного обозначения жителей сельской местности: Д унька

- ‘глупая деревенская девуш ка’, Васек - ‘колхозник’ (ср. также В ася из д е­ ревни Мудашки), Пантелей - ‘житель сельской местности’ и т.д. (для арго преступников именование понятия „провинциал” является неактуальным) .

Более актуальной для деклассированных элементов оказывается противопо­ ставление „преступник - законопослушный человек”.

В рамках этой оппози­ ции мы увидели следующую особенность: для номинации лиц городского происхождения, подвергающихся преступным действиям, специальных обо­ значений нет, но существует группа слов, объединенных общей семой „жи­ тель сельской местности”, причем каждое из них сопровождается дополни­ тельной коннотацией, разумеется, отрицательной: „глупый человек”, напр.:

Пантелей, Касьян, лапоть, рог, мужик, крестьянин, грак, дубак (от „дуб”

- ‘глупый человек’) и др .

Очевидно, это отголоски более давних времен, когда переселение крес­ тьян в надежде на заработки в города способствовало увеличению числа де­ Е. Х а б и б у л л и н а классированных элементов. В их среде вырабатывалось презрительно-нега­ тивное отношение к крестьянству. Показательно, что впоследствии лексема „мужик” перестала указывать на происхождение человека, но употреблялась уже только как характеристика, называя заключенного, добросовестно рабо­ тающего в ИТУ .

Подводя итоги анализа двух групп сленговой лексики, мы вновь убеди­ лись в том, что сленг - явление достаточно сложное, взаимодействующее с жаргонами и арго, но отличающееся характерными чертами. Главная из них

- подчеркнутое стремление к экспрессивности и эмоциональности номина­ ции. Так же, как арготизмы и жаргонизмы, сленговые лексемы могут входить в просторечное употребление, но перейти из сленга в просторечие больше шансов имеют те слова, в которых экспрессия сопряжена с негативной оценочностью, и те, в составе которых есть стилистически маркированные слово­ образовательные элементы. Использование языковой игры при образовании деривата может стать препятствием на этом пути, так как на первый план выходит выразительность, а не оценочность .

Л итер ат ур а

В а л ь т е р Х., М о к и е н к о В.М., Большой словарь русских прозвищ, Москва 2007 .

Г р а ч е в M.A., Новое в молодежном жаргоне, „Русский язык в школе” 2005, № 4, с. 80-82 .

Г р а ч е в M.A., Словарь тысячелетнего русского арго: 27000 слов и выражений, Москва 2003 .

Г р и щ е н к о А.И., Источники возникновения экспрессивных этнонимов (этнофолизмов) в современном русском и английском языках: этимологический, мотива­ ционный и деривационный аспекты, [в:] Активные процессы в современной лексике и фразеологии: материалы Международной конференции 8-9 июня 2007г. памяти Л.В. Николенко и Ю.П. Солодуба (МГПУ), Москва-Ярославль 2007, с. 40-52 .

Д о в г о п о л ы й Я., Этнофолизмы как прозвища с эмоционально-экспрессивной оценкой, „Acta Neophilologica: Rocznik Naukowy Instytutu Neofilologii Uniwersytetu Warmisko-Mazurskiego” 2006, nr VIII .

Е л и с т р а т о в В.С., Толковый словарь русского сленга, Москва 2005 .

М о к и е н к о В.М., Н и к и т и н а T.M., Большой словарь русского жаргона, Санкт-Петербург 2000 .

Н и к и т и н а T.M., Молодежный сленг: толковый словарь, Москва 2003 .

Р а с п о п о в а Т.А., О демаркации понятий „арго”, „жаргон”, „сленг”, [в:] Со­ циальные варианты языка - VI: материалы Международной научной конференции 16-17апреля 2009г., Нижний Новгород: НГЛУ им. Н А. Добролюбова, Нижний Нов­ город 2009, с. 270-274 .

Х и м и к B.B., Большой словарь русской разговорной экспрессивной речи, Санкт-Пе­ тербург 2004 .






Похожие работы:

«ПЕРМСКІЯ ЕПАРХІАЛЬНЫЯ ВДОМОСТИ Подписка приникается въ Ре­ Выходятъ еженедльно по сре­ № 4. дакціи Епархіальныхъ Вдомо­ дамъ. Цна за годъ 5 рублей съ пересылкою, какъ и безъ стей, при Пермской духовной се­ пересылки. минаріи, въ Перми. 26-го Я н в а р я 1677 г о д а. О Т Д Ъ...»

«1 отзыв официального оппонента на диссертацию ПОПЕРЕКОВА ВЛАДИСЛАВА СЕРГЕЕВИЧА "Развитие координационных способностей баскетболистов 10-11 лет с учетом типологических свойств их нервной системы", представленную на соискание ученой сте...»

«По благословению Александра, митрополита Астанайского и Казахстанского Никольский Благовест N 23 (588), 25 сентября 2011 г.ФОТОРЕПОРТАЖ: ПРЕБЫВАНИЕ КУРСКОЙ-КОРЕННОЙ ИКОНЫ БОЖИЕЙ МАТЕРИ В ВЕРНОМ ГОСПОДУ АЛМАТЫ Проповедь в неделю пред Воздвижением о имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь. Сегодняшний воскресный день, братья и сест...»

«Journal of Siberian Federal University. Engineering & Technologies 5 (2012 5) 531-537 ~~~ УДК 669.71:628.395 Сокращение выбросов пау и защита анодных штырей от коррозии при формировании вторичного самообжигающего...»

«Государственное бюджетное дошкольное образовательное учреждение детский сад № 115 компенсирующего вида Фрунзенского района Санкт-Петербурга Психолого-педагогическое сопровождение ребенка в современном ДО...»

«Дормидонтова О. А.КАТЕГОРИЯ ОЦЕНКИ И ОЦЕНОЧНАЯ КАТЕГОРИЗАЦИЯ С ПОЗИЦИЙ СОВРЕМЕННОЙ ЛИНГВИСТИКИ Адрес статьи: www.gramota.net/materials/1/2009/2-1/16.html Статья опубликована в авторской редакции и отражает точку зрения автора(ов) по рассматриваемому вопросу. Источник Альманах современной науки и образов...»

«0 Содержание I. Целевой раздел-2 Пояснительная записка-2 Актуальность, теоретическая и методологическая основа "Программы" 2 Цели и задачи реализации Программы-3 Принципы и подходы к формированию Программы4 1.2. Планируемые результаты освоения Программы-5 Планируемые результаты освоения Программы...»

«ИМАЕВА ИННА ВИКТОРОВНА ТРАНСФОРМАЦИЯ СКАЗОЧНЫХ СЮЖЕТОВ В ЛИТЕРАТУРЕ: КОНФЕССИОНАЛЬНЫЙ АСПЕКТ 10.01.09 фольклористика 10.01.01 русская литература АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кан...»







 
2018 www.lit.i-docx.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.