WWW.LIT.I-DOCX.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - различные публикации
 

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |

«ДО ХОРАСАНА Из истории среднеазиатской эмиграции ХХ века Душанбе «ИРФОН» 2009 PDF created with pdfFactory Pro trial version ББК63.3(2 Тадж)+66.4 A - 50 А-50 ...»

-- [ Страница 2 ] --

Афанасьев-Казанский А. Экономическое положение Западного Китая//Новый Восток. 1922

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава I: «БОЛЬШАЯ ИГРА»: ИСТОКИ БУДУЩЕЙ ТРАГЕДИИ Азиатского банка. Вплоть до 1914 г. русские купцы господствовали в Синьцзяне (как впрочем и в Туркестане и Бухаре). Англичане не могли всерьез конкурировать с русским влиянием .

Первая мировая война, русская революция 1917 г. и последовавшая разруха привели к резкому сокращению внешнеторговых операций между Россией и Китаем. Более того, революция поставила население Синьцзяня на край экономической катастрофы. К концу 1917 г. цены на сырье в процентном отношении по сравнению с 1916 г. понизились: на мелкий и крупный рогатый скот - на 10%, кожи - 30%, хлопок - 40%, шерсть - 50% .

И, наоборот, товары потребления подорожали до небывалых размеров:

чай на 100%, спички на 100%, мануфактура в среднем на 200%, железо и железные изделия на 300%.68 Кроме того, совершенно закрылся доступ в Семиречье и Фергану многим тысячам рабочим Синьцзяня. В 1918 и 1919 гг., когда еще полностью не была установлена Советская власть в Средней Азии, китайским купцам удавалось просачиваться в приграничные части Туркестана и Сибири. Но в конце 1919 - начале 1920 гг., когда глава Сибирского правительства адмирал Колчак был разбит и Туркестан стал советским, мелкой приграничной торговле пришел конец .

Вплоть до прихода к власти коммунистов и провозглашения КНР в 1949 г, русские военные могли войти в Синьцзянь быстрее и с большей легкостью, чем войска центрального правительства Китая. Это обстоятельство ставило местные власти в зависимость от Советского правительства. Зачастую, чтобы усилить или, наоборот, ослабить центральную китайскую власть, правительство этой провинции обращалось за помощью к могущественному северному соседу. Об этих эпизодах пойдет речь в заключительных главах настоящей монографии .

Средняя Азия и новый мировой порядок Итак, в XIX веке после долгого застоя и изоляции, регион Средней Азии вновь стал предметом мировой политики. Были определены основные геополитические очертания региона, получившего название Средняя Азия. Ее южным рубежом явилась граница, сохранившаяся по настоящее время. Российско-английское 1872-1873 гг., афганское 1885-1887 гг. и памирское 1895 г. разграничения завершились образованием российско-афганской границы общей протяженностью 2330 км., которая в 1924-1929 гг .

трансформировалась в афгано-туркменскую (802 км.), афгано-узбекскую (140 км.) и афгано-таджикскую (1331 км.).69 Пекинский 1860 г., Петербургский 1981 г. и последующие русско-китайские договоры закрепили размежевание между русским Семиречьем, Памиром и китайским Синь

–  –  –

цзянем. В начале ХХ века завершилось формирование этих границ, сохранившихся (с небольшими изменениями) по сей день как казахско-китайская (1710 км), киргизско-китайская (1000 км) и таджикско-китайская (502 км) границы. Российско-персидское 1881 г. разграничение по реке Атрек привело к образованию современной туркмено-иранской границы (992 км.) .

Для того, чтобы избежать возможных инцидентов, было сделано так, чтобы британские и российские владения в регионе Средней Азии не соприкасались. Максимальное приближение наблюдалось лишь в так называемом “Ваханском коридоре”, расположенном на большой высоте (3000 метров и более) в труднодоступной и малонаселенной части Восточного Памира .





Граница между Афганистаном и Китаем проходящая по ледникам памирского хребта Таг Думбаш имеет протяженность в 70 км. Хотя китайская сторона не участвовала в англо-русском разграничении Памира и сохранила за собой право предъявлять в дальнейшем территориальные претензии странам Центральной Азии, в целом, проведение границ на Памире стабилизировало ситуацию. “Супердержавы” находились в непосредственной близости от друга, избегая непосредственных контактов и серьезных разногласий .

Основным фактором формирования геополитического пространства Средней Азии явилось, таким образом, англо-русское соперничество. Принципиальным мотивом Англии было предупреждение возможного покушения на свои колониальные владения в Индии. Во внешнеполитических кругах Дели и Лондона в то время в большом ходу была версия о “русской угрозе” Индии. Однако масштабы и характер этой угрозы оценивались поразному. Часть политиков-русофобов преувеличивала степень агрессивности русских и настаивала на наступательной политике в отношении России .

Но наиболее дальновидные политики Англии оценивали обстановку более трезво. Они видели, что, начиная с середины XIX века, России было важнее укрепиться на Босфоре, и что ее интересы в Средней Азии ограничивались Степным краем, Кокандом, Хивой, Бухарой. В конце-концов, во внешней политике Англии возобладали трезвые прагматики, свободные от русофобии и склонные к гибкой политике «закрытой границы».70 Вследствие этого, “Большая игра” в горных хребтах, долинах и плато Внутренней Азии приняла достаточно мирный характер. Британские чиновники были больше заняты проблемами Пенджаба и Кашмира, сохранением своего влияния в пуштунских территориях Северо-Западной провинции. Сэр Джон Лоуренс, который правил Индией в 1863-1869 гг., строго-настрого запрещал британским чиновникам путешествовать за пределами Индии.71 Хотя Англия и оставалась обеспокоенной русским наступЖигалина О.И. Великобритания на Среднем Востоке. С.68 .

Henze, Poul. “The Great Game in Kashgaria: British and Russian missions to Yakub beg”,Central Asian Survey 8, no.2 (1989), 70 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава I: «БОЛЬШАЯ ИГРА»: ИСТОКИ БУДУЩЕЙ ТРАГЕДИИ лением, строительством стратегических железных дорог из Оренбурга в Ташкент, Андижан, Бухару, Мерв, англо-русское соглашение 1907 г. сняло напряжение и отрегулировало взаимоотношения между империями. Согласно ему, Афганистан оставался вне русского влияния. Внешние дела этой страны контролировались Англией. Афганистану был определен статус буфера между «территориями российской и британской империй, в которой Россия лишалась дипломатического влияния в пользу Англии. При этом Англия обязалась не использовать свое влияние против России».72 Хотя это означало фактическое превращение Афганистана в британский протекторат, в конце ХIХ века в регионе наступило относительное спокойствие. Особенно это стало заметно в начале XX века, когда усиление англо-германских и русско-германских противоречий привело к еще большему потеплению отношений между Лондоном и Москвой, которое заложило основу создания военно-политического блока России, Франции, Великобритании - Антанты.73 Это обстоятельство благоприятно сказалось на экономическом положении и развитии Бухары и Туркестана в конце XIXначале XX веков .

Одновременно с формированием среднеазиатского геополитического и геоэкономического пространства, мусульмане, населяющие эту обширную страну вступили в эпохальную трансформацию, затронувшую политическую, культурную и экономическую сферы их жизни. Прежде всего, колонизация положила конец вольнице многочисленных племен, живших по собственным законам. По европейским стандартам, большинство среднеазиатов никогда не жили в государстве. Жители городов еще могли быть названы «гражданами», имея в виду тот факт, что они были безоружны, находились под более или менее эффективным государственным контролем и исправно платили налоги. Эта часть населения в целом отнеслась спокойно к установлению русского господства. Она предпочла руководствоваться золотым правилом: «лучше иметь плохое правительство, чем никакое». В отличие от горожан, которые впрочем, никогда не составляли большинства населения Средней Азии, эгалитарные, племенные сегменты среднеазиатского общества оказали сопротивление колониальному захвату.74 Религиовед, для которого ислам – это прежде всего канон, мог бы объяснить эту конфронтацию джихадом местных кочевников, чей ислам традиционно был переплетен с племенными структурами .

В свою очередь, современный социолог и политолог предложил бы свое объяснение, предположив, что те, кто сопротивлялся, являлись местной Churchill, Rogers Platt. The Anglo-Russian convention of 1907. Cedar Rapids, Iova: The Tourch Press, 1939, 334 Жигалина О.И. Великобритания на Среднем Востоке XIX-нач. ХХ в. Анализ внешполити

–  –  –

«вольницей», то есть негосударственными акторами, ведомыми традиционными военачальниками, привыкшими сопротивляться любому – своему или зарубежному – правительству. Обе аргументации – религиоведческая и социологическая – заслуживают внимания. Разумеется, джихад, как защита от агрессии немусульман имел место. Но религиозный фактор без убедительной социально-экономической «подпитки» мало чего стоит .

Было бы неправильно искать мотивы поведения мусульман в доктринальном исламе, не обращая внимая на другие факторы, к религии отношения не имевшие. Во-первых, применительно к Средней Азии, нужно говорить не об одном «исламском обществе», а о различных мусульманских сообществах. Мусульмане Средней Азии очень сильно отличались друг от друга. Они жили в непохожих жилищах, отличались по внешности, быту, манерам поведения, этикету, отношению к женщинам и... политической культуре. Суннитский ислам городских центров, признававший важность религиозных догматов и призывавший мусульман терпеть принуждения государственной власти ради относительного спокойствия, контрастировал с сектантством беспокойных суфийских братств, распространенных на окраинах Средней Азии (в горах, степях и пустынях), находившихся вне прямого государственного контроля и сопротивлявшихся установлению внешнего диктата. Протест сектантской периферии впрочем, никогда не доходил до уровня альтернативной антигосударственной идеологии .

Точно также интеллектуальный «городской ислам» не всегда был конформистско-ортодоксальным. Ничего удивительного в этой разнице между каноническим идеалом и реальностью не было. Это был нескончаемый процесс интерпретации и ре-интерпретации сакральных текстов меняющимися общинами верующих, их стремление адаптироваться к изменившимся обстоятельствам (русскому господству в первую очередь) без капитуляции базовых принципов исламской религии. В этом отношении было бы опрометчивым считать среднеазиатские общины безнадежно традиционалистическими, коренным образом отличающимися от «рационального Запада» .

Традиционно, суннитский ислам Средней Азии отличали либерализм и терпимость. Его больше интересовала инкорпорация мусульман, нежели их ассимиляция и насильственное втискивание верующих в «прокрустово ложе» незыблемых догм. Он никогда не ломал различные этнокультурные группы, заталкивая их в общий «мэйнстрим». Видимо именно эта гибкость, культурная и расовая терпимость делала среднеазиатский ислам привлекательным (по сравнению с христианством, буддизмом и пр.) в глазах многочисленных тюрко-монгольских племен позднего средневековья. И ученый персоязычный горожанин из Бухары и новообращенный неграмотный тюрко-монгольский номад Дашти Кипчака были в гармонии с самими собой и с окружающим миром постольку поскольку, по их мнению, никто не посягал на исламский суверенитет. Так продолжалось до PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава I: «БОЛЬШАЯ ИГРА»: ИСТОКИ БУДУЩЕЙ ТРАГЕДИИ середины XIX века, когда глобализация и колониальная экспансия не нарушила эту связь между религией и привнесенным извне государственным устройством .

Установление эффективного государственного контроля над бескрайними просторами Средней Азии явилось требованием нового мира, в котором доминировали европейская культура и ценности. Новый порядок основывался на международной системе, в основе который были отдельные национальные государства с четко обозначенными, охраняемыми и неподвижными границами. Назначение национальных государств состояло в защите национального суверенитета, верховенстве национального интереса, почитании рациональных символов и ценностей. Ничего общего с бескрайными степными империями и «исламским» государством, отдававшим предпочтение суверенитету бога за счет суверенитета личности или народа, эта система не имела. Привнесенная в регион политическая и легальная система известная как Вестфальская, явилась светской и европейской по самой своей сути. Она заложила основу современных государственных отношений. В конце XIX века, однако, она не была применена к странам с преобладающим мусульманским населением .

Европейцы предусматривали установление колониального контроля над территориями «где нет основания для применения принципа национального самоопределения».75 В результате, впервые в своей долгой истории, среднеазиатские мусульмане должны были подчиняться законам, установленным немусульманами. Это навязанное извне светское видение отношений между личностью, общиной и государством противоречило мусульманскому универсальному мировоззрению. Оно атомизировало религиозное сообщество и развело места совместного проживания мусульман. В результате установления европейского господства, к началу ХХ века большая часть мусульманского мира была фрагментирована и поставлена в подчиненное положение. Французы контролировали Африку, Ливан и Сирию. Британцы

– Палестину, Иорданию, Ирак, Персидский залив, Индию и Южную Азию .

Голландцы доминировали в Индонезии, русские и китайцы – в Средней Азии. Только Иран и Турция оставались относительно свободными от контроля европейцев .

Историк-оптимист вряд ли увидел бы в этом большую беду. Он мог бы сказать, что Россия сделала то, что надо было сделать самим среднеазиатам, а именно положить конец дегенеративным и отсталым монархиям. Можно также указать на то, что российское завоевание приобщило Среднюю Азию к достижениям мировой цивилизации и способствовало модернизации традиционалистского общества. Это действительно так .

Наибольшее одобрение среднеазиатов, всегда почитавших развитие торговли, вызвали новые возможности товарообмена с Россией. В считанIOL/P&S/11/142 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава I: «БОЛЬШАЯ ИГРА»: ИСТОКИ БУДУЩЕЙ ТРАГЕДИИ ные годы в регионе появилась прослойка богатой местной буржуазии, ориентированной на западный рынок. Именно ей принадлежит заслуга в модернизации края. Богатые купцы и промышленники выпускали газеты, открывали театры, создавали и поддерживали политические партии, строили новые школы. Они рассчитывали на постепенную эволюцию в составе капиталистической России. В течение нескольких лет Среднюю Азию наводнили новые, невиданные доселе, но очень нужные товары. В многочисленных чайханах красовались начищенные до блеска пузатые русские самовары, а гостиные комнаты горожан и сельчан региона, а также юрты богатых кочевников украшали великолепные «восточные» сервизы фирмы «Гарднер»,76 которые с успехом вытесняли местную традиционную керамику. Местные модницы кутались в цветастые нарядные платки производства ситценабивной мануфактуры Эмиля Цинделя. В городах Ферганской долины расторопные торговые агенты – русские и немцы - учили узбечек, таджичек и киргизок обращению со швейными машинками «Зингер».77 С приходом русских, в регионе улучшилось и разнообразилось питание, появились новые продукты и сельскохозяйственные культуры. В этом был несомненный плюс колонизации региона .

Однако, с другой – нематериальной - стороны, поражение эмиров и ханов, имевших харизму потомков Пророка Мухаммада, породило глубокий кризис идентичности всего общества. Не все привнесенные извне идеи и правила были встречены с одинаковым энтузиазмом и пониманием .

Наплыв импортных товаров вызвал кризис местных ремесел. Нарушился привычный образ жизни, отношение к природе и окружающей среде. Индивидуализм, прагматический материализм и перспектива скорой индустриализации и урбанизации оказались трудными для восприятия большинством мусульман, многие из которых как по хозяйственному, так и психологическому укладу оставались разрозненными общинниками, оторванными от рынка и не знавшими что такое частная собственность. Особенно тяжело пришлось кочевникам и полукочевникам, так как новый порядок представлял прямую угрозу их сообществам и окружающей среде .

Таким образом, с установлением колониального господства обострился конфликт между привычным укладом жизни и навязанным извне но

<

Фарфоровый завод Ф. Я. Гарднера был основан в 1766 г. в Вербилках близ Москвы. С 1891

г. он стал принадлежать знаменитому промышленнику М. С. Кузнецову. Со второй половины XIX века «восточный», с богатой росписью фарфор с клеймом «Гарднер», выполненным арабской вязью стал стал особо популярным в Средней Азии. См.: «Поставщик Двора Его Императорского Величества» http://www.business.ua/i541/a17683 Компания «Зингер в России» наладила в Подольске к 1913 г. выпуск 600 000 машинок ежегодно. Накануне Первой мировой войны «Зингер» имел около 3000 фирменных магазинов, разбросанных по всей Российской империи. В Закавказье и Средней Азии компания, которая стала именоваться «Поставщиком Двора его Императорского Величества» имела три отделения. См.: «История создания корпорации «Зингер». Биография Исаака Меррита Зингера». http://www.uuss.ru/statyi1.1.2.htm PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава I: «БОЛЬШАЯ ИГРА»: ИСТОКИ БУДУЩЕЙ ТРАГЕДИИ вым политическим порядком. Мусульманским сообществам предстояло решить сложнейший вопрос: можно ли остаться мусульманином в государстве, живущем по немусульманским законам и управляемом немусульманином?

Результатом кризиса идентичности был рост мусульманского национализма и фундаментализма. Фундаментализм в Туркестане и Бухаре появился в виде радикальной реакции на «поражение ислама». Разочарованные и озлобленные лидеры мусульманских общин стали призывать своих сторонников к священному джихаду и к бойкоту всего, что исходило от «неверных». Они встречали в штыки любое новшество – будь то одежда европейского покроя или газета. В результате, среди мусульманского населения, находившегося под властью традиционных лидеров, стал резко понижаться уровень образования, культуры и интеллектуальной жизни .

Они считали себя побежденными и резко контрастировали с теми, кто выиграл от русской колонизации .

Мусульманам Средней Азии как не-славянам и не-христианам царское правительство предоставляло дискриминационный статус “инородцев” .

Помимо среднеазиатов, инородцами считались калмыки, коренные народы Сибири, евреи и другие не-славянские народы, населявшие Россию .

Инородцам чинились препятствия при поступлении в учебные заведения, на военную и государственную службу, выборе места жительства. В то же время, царизм выделял из среды инородцев племенную и родовую верхушку, местную аристократию, представляя им ряд льгот и привилегий .

Конец XIX века явился свидетелем финала застоя и изоляции Средней Азии. Регион вступил в драматическую эпоху перехода к современности .

Помимо желания колониальных властей, русские открыли перед мусульманами Средней Азии доступ к достижениям цивилизации, новаторским идеям модернизма, национализма, исламского реформизма и секуляризма .

Переходя к более широкой – международной – перспективе последствий «Большой игры», уместно задать следующий вопрос: явился ли компромисс между империями выигрышным с точки зрения международной безопасности, на ближайшую и более отдаленную перспективу? Был ли он благом для “игроков”, а также местных народов, проживавших на спорных территориях?

В этом смысле, последствия разграничения сфер влияния Англии, России и Китая в Средней Азии представляются далеко не простыми .

Прежде всего, компромисс был достигнут во имя государственных интересов России, Англии и Китая. Он предусматривал безопасность и мирные условия для развития, обеспечения независимости и территориальной целостности этих империй и господствующих в них наций – русских, англичан и китайцев. Естественно, никто из «игроков» не допускал и мысли о достижении независимости и строительстве национальных, этнических государств в Средней Азии в пределах границ конца ХIХ века .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава I: «БОЛЬШАЯ ИГРА»: ИСТОКИ БУДУЩЕЙ ТРАГЕДИИ Совершенно очевидно, что проникновение империй в Среднюю Азию нельзя объяснить какими-либо соображениями обороны. В “Большой игре”, в этом споре гигантов - соседей, разыгрывалась земля, не принадлежащая ни одной из сторон. Это был классический пример колониального экспансионизма. Действительно, в средневековье кочевники региона внушали суеверный страх городским цивилизациям Евразии. Однако в XIX веке отсталые и дряхлеющие феодальные монархии Средней Азии не представляли собой никакой опасности окружающему миру. Не случайно, на Среднюю Азию “игроки” обратили внимание лишь в конце раздела сфер влияния, когда уже обозначились геополитические контуры на Балканах, Кавказе, в Южной Азии. Причем, каждый из “игроков” считал Среднюю Азию территорией для себя жизненно необходимой с точки зрения экономических интересов и национальной безопасности. Главный мотив их действий - обезопасить тылы от возможной экспансии соседа - такой же империи. Русские оберегали Сибирь и Кавказ, англичане - Индию, Китай Монголию .

Никакого прямого столкновения Англии, России и Китая в Средней Азии за время спора, длившегося три столетия, не произошло. Другими словами, “игроки” в Средней Азии вели игру мирно, по правилам ими же установленными. В результате, к началу ХХ века образовался гигантский стратегический барьер, растянувшийся с востока на запад от Тихого океана до Персии по линии: Манчжурия – Монголия – Синьцзянь - Туркестанский край – Бухара - Хива – Афганистан. Этот необычайно пестрый и неоднородный в политическом и культурном отношении регион, расположенный между Российской и Китайской империями, в литературе часто называют Внутренней Азией. В нее вошли независимые, как Афганистан или зависимые, но имеющие все основания, чтобы в удобный момент заявить о своих претензиях на независимость, государства. В регионе смешались ислам, конфуцианство, буддизм, шаманизм, христианство. Здесь жили и живут иранцы, тюрки, славяне, ханьцы, монголы и др .

Геополитическое положение “русской” Средней Азии (Бухара, Туркестан, Семиречье, Туркмения) в этом барьере несколько двойственное .

С одной стороны, этот регион принадлежал России. Но ей достался слишком большой и богатый людскими и природными ресурсами край. Его освоение и удержание требовали значительных инвестиций и культурной работы, которые, однако, Москве были не по силам. В результате, инкорпорация края в русскую и мировую экономическую, политическую и культурную системы оказалась слабой. Российская ориентация в Средней Азии не столь ярко выражена, как, скажем, на Кавказе, где уже в XIX веке сложились тесные социально-экономические и культурные связи колонии и метрополии. Конфессионально Средняя Азия также была чужда России. В отличие от Кавказа, в ней отсутствовало христианство, опираясь на которое можно было пустить здесь более глубокие корни. Русские в PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава I: «БОЛЬШАЯ ИГРА»: ИСТОКИ БУДУЩЕЙ ТРАГЕДИИ Средней Азии ограничились установлением торгово-экономических связей, строительством железой дороги, которая служила, сколько экономике, столько и обороне. В целом, слабое экономическое проникновение России в Среднюю Азию сопровождалось адекватным культурным освоением. Лишь незначительная прослойка местной элиты (главным образом казахов, ближайших соседей русских) была вовлечена в русскую культуру. Как отмечал один из теоретиков и практиков большевизма в Средней Азии, Георгий Сафаров, “Европейский капитализм в странах Востока не произвел коренного перелома. Он возвел над существовавшей там историческо-сложившейся системой феодальных и феодально-патриархальных отношений только свою собственную надстройку..., усилил эксплуатацию..., разрушил местную кустарную промышленность..., затормозил культурное и хозяйственное развитие колониальных народов и искусственно задержал разрушение реакционных форм быта и идеологии”. 78 “Русская” Средняя Азия занимала промежуточное положение: формально (административно) часть Средней Азии, известная как Туркестанский край вошла в состав России, однако фактически (культурно) она оставалась неотъемлемой частью Внутренней Азии - барьера, разделяющего империи. Разделенная между империями Средняя Азия сохранила внутреннее культурное единство. Традиционные, в том числе религиозные структуры земледельческих оазисов Средней Азии оставались на средневековом уровне, вплоть до 20-х гг. ХХ века. Об этом, Г.

Сафаров выразился следующим образом:

“Европейское засилье не уничтожило отсталого гражданско-семейного быта и традиционной, воспринятой от предков идеологии, но напротив того, усилило их господство, поскольку этот быт и эта идеология стали дороги угнетенным массам, как формы сохранения национальной культуры, как средство их борьбы за свою национально-культурную самостоятельность против насильственной ассимиляции со стороны европейского капитализма”.79 Забегая вперед, скажем, что воздействие религиозно - реформаторских идей мусульман других частей России (Кавказа, Поволжья) ощущалось в Бухаре, Самарканде и других культурных центрах региона весьма слабо. Именно поэтому, мы не можем отметить какого - либо сильного сопротивления мусульман Средней Азии европейскому и китайскому колониализму в виде политической оппозиции. Сопротивление было оказано периферийными племенами, главным стремлением которых было сохранение своей самостоятельности и самобытности, а также противодействие установлению централизованного государства .

Сафаров Г. Колониальная революция (опыт Туркестана) М.: Госиздат, 1921. С.3 .

–  –  –

“Большую игру” следует понимать не только как соревнование империй, но и как их единство, а именно стремление всех трех империй (России, Англии и Китая) противиться местному, в подавляющем своем большинстве мусульманскому, населению. Их роднило чувство превосходства западной цивилизации, христианства и конфуцианства, а также намерение не допустить объединения населявших регион народов, их усиления, достижения ими независимости. Эта политика заключалась в известной формуле “разделяй и властвуй”. Разграничения конца XIX века и размежевание 1924-1936 гг. служили именно этой цели. Империи предпочитали и предпочитают так определять свои внутренние границы, чтобы расчленять этнические и религиозные объединения, создавать непреодолимые препятствия для их мобилизации.80 “Имеющийся опыт учит, что вырождающиеся цивилизации, изолированные от остального ислама, обладают слабо выраженным стремлением к власти. Следует сохранять эту изолированность, поскольку она препятствует развитию самосознания мусульман”, считало правительство Англии в 1919 г.81 И, наконец, взаимоотношения империй в Средней Азии можно рассматривать с точки зрения европеоцентристской “модернизации”, а именно наступления “прогрессивного” Запада на архаичный Восток. Родилась очень простая модель, согласно которой южные рубежи Средней Азии рассматриваются как граница между капиталистической Россией, являющейся, в свою очередь, восточным форпостом христианского Запада, и феодальным мусульманским миром. Это противостояние можно назвать цивилизационным, основанном на исторической памяти Запада о кочевниках Средней Азии, как агрессивных и непредсказуемых варварах, способных в одночасье разрушить культурные завоевания городской цивилизации Евразии. В общественном сознании Запада начал свое формирование образ врага в лице “фанатичного мусульманина”, сдерживание которого является исторической миссией «белого человека». Можно с полной уверенностью утверждать, что пугало “исламского фундаментализма” было создано и раздувалось империями, участвовавшими в “Большой игре”. В свете этой модели “столкновения цивилизаций”82 Россия представала защитницей Запада от “дикого” Востока .

Тогда же родился и другой стереотип международных отношений, согласно которому Средняя Азия обречена быть колонией и только империи, в частности Россия, в состоянии поддерживать стабильность в региAli Banuazizi and Myron Weiner. “Introduction,” in The New Geopolitics of Central Asia and Its Borderlands. Bloomington and Indianapolis: Indiana University Press, 1994, 2 .

IOR:L/P&S/11/142 .

См.: Huntington, Samuel, The Clash of Civilizations and the Remaking of the World Order. New

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава I: «БОЛЬШАЯ ИГРА»: ИСТОКИ БУДУЩЕЙ ТРАГЕДИИ оне. Всячески культивировался и поныне живуч имидж России как арьергарда Европы, оберегающего тыл европейской цивилизации .

Таким образом, совершенно очевидно, что успех международной политики более чем столетней давности, а именно компромисс Великобритании, России и Китая относительно Средней Азии, имел иллюзорный характер. Более того, он имел опасные последствия. Цену за благополучие империй и мир между ними заплатили жители региона. Культивация политической, национальной и социальной фрагментации в доминионах усиливала деградацию Средней Азии, но обеспечивала Англии и России статус “супердержав”. Со времен “Большой игры” Средняя Азия из субъекта исторического действия надолго превратилась в объект манипуляций и экспериментов внешних сил .

Установление колониальной зависимости привело к тому, что в глубине общественного сознания среднеазиатского общества стал зарождаться протест, принимавший на уровне массового, крестьянского сознания форму джихада - священной войны против неверных, ставших хозяевами в “исламском государстве”. В данном случае речь идет о реакции мусульманского общества на установление колониальной зависимости и неравноправного положения в колониях. Иногда эта реакция принимала форму религиозно мотивированной вооруженной борьбы. Это не был джихад наступательный, целью которого является распространение ислама, а джихад оборонительный, вызванный внешней агрессией. Реакция мусульманского общества на свое неравноправное положение зачастую была направлена на действительное освобождения от колониальной зависимости. За свою историю, Афганистан три раза объявлял джихад англичанам. В 1747 и 1880 гг. джихад мобилизовал афганский народ против прямой военной интервенции Британской Индии. В 1919 г., после своего восшествия на престол, афганский эмир Аманулла объявил джихад против Великобритании, для того чтобы добиться полной независимости Афганистана83. Тогда, после непродолжительной войны, Британия даровала независимость афганцам, а Аманулла стал национальным героем, популярным не только в своей стране, но и в “русской” Средней Азии .

Однако, идея освободительного движения под лозунгами защиты ислама страдала целым рядом недостатков. Во-первых, она не смогла примирить различные течения в самом исламе. Среди мусульман не было единства по вопросу, каким должно быть государство победившего джихада. Во-вторых, идея освобождения не смогла объединить соперничающие независимые и полунезависимые этнические, региональные и лингвистических союзы, которые имеются в изобилии почти во всех мусульманских странах. Эта разобщенность препятствовала внутренней интеграции Shahrani, M.Nazif, Canfield, Robert L. ed. Revolution and Rebellions in Afghanistan .

Anthropological Perspectives. Berkley: University of California, 31 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава I: «БОЛЬШАЯ ИГРА»: ИСТОКИ БУДУЩЕЙ ТРАГЕДИИ и цивилизованному развитию Западного Туркестана, Бухары, Афганистана и Восточного Туркестана .

Наряду с тем, что джихад служил борьбе против колониализма, к нему, зачастую, обращались местные элиты (включая духовенство) для обоснования своих узких интересов и претензий на власть. Лозунги джихада использовались и в крестьянских восстаниях. Примером может служить тот же Афганистан 1924, 1928-1929 гг., когда консервативная оппозиция стремилась противостоять эмиру Аманулле и его реформам. Зачастую джихад объявляли роды одного и того же племени в борьбе за воду и пастбища (как это делали туркмены племени иомуд родов джафарбай и атабай в конце XIX века) .

Таким образом, с середины XIX века регион попал в жесткую политическую, экономическую и прочую зависимость от Запада. Именно в конце XIX в. начали свой рост корни будущих конфликтов и социальных потрясений, приведших регион в конце ХХ века на край катастрофы. Вместо “буфера” между империями, Афганистан, Синьцзянь и приграничные им территории “русской” Средней Азии превратились в очаг перманентной политической нестабильности .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ

Глава II:

ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ

Брожение в Туркестане, Закаспии и Семиречье События начала ХХ века, такие как русско-японская война, российская революция 1905 г. способствовали политическому пробуждению Азии и вызвали реакцию среди среднеазиатских интеллектуалов. С одной стороны, видя поражение России в войне с Японией, они поверили в возможность успешной конкуренции с Западом. С другой стороны, азиатским реформаторам стала очевидна отсталость и вся неприглядность собственного восточного деспотизма. Более всего они приходили в отчаяние из-за консерватизма, отсталости и невежества правителей:

“Этот мир подобен мертвечине .

Тысяча тысяч черных стервятников в ней .

Эти раздирают ее когтями Те другие терзают клювом В конце концов, все разлетаются Из всего опять остается эта мертвечина .

О боже, укрепи ислам и мусульман и настигни Нечестивцев и распутников огнем адским”.1 Так писал таджикский просветитель конца XIX - начала ХХ века Ахмад Дониш из Бухары. В своих произведениях он предлагал кардинальные реформы в области образования, земельных отношений, экономики, управлении страной .

“С какой бы стороны ни рассматривать положение правительства, налицо явные признаки упадка истинного толка ислама, который распространен в Мавераннахре. Достаточно уже существования этих глупых эмиров, невежественных ученых и порочных и нерадивых военачальников”,2 писал с горечью Ахмад Дониш. Он видел, что среди мусульманского населения стал резко понижаться уровень образования, культуры и интеллектуальной жизни. Восстановление «истинного» ислама он считал своей главной задачей .

Одним из проявлений назревавшего в царской России кризиса было уже упоминавшееся национальное восстание 1916 г. Поводом для восстания явился царский приказ о мобилизации мужского “инородческого” населения Сибири и Средней Азии. Мобилизации подлежали сотни тысяч человек. Составление списков было возложено на волостных управителей. На практике набор на тыловые работы привел к беззастенчивому произволу, массовому взяточничеству и вымогательству. Поначалу оно Ахмад Дониш, История Мангитской Династии. Трактат. Душанбе: Дониш, 1967. С.125 .

–  –  –

РГАСПИ, ф.122, оп.1, д. 255, л.3. Данные взяты из доклада комиссии Совета Труда и Обороны и Госплана по обследованию Семиреченской железной дороги в 1921 году. Руководитель комиссии и автор доклада - инженер А.Н.Фролов .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ Значительное падение численности населения в Джаркентском и Аулиеатинском уездах объясняется бегством населения в 1916 г. Общее уменьшение населения в 1921 г. – результат миграции и голода 1917-1918 гг .

Той же осенью 1916 г. царская администрация приняла варварское решение о выселении 37 355 хозяйств коренного населения из Пишпекского, Пржевальского и Джаркентского уездов в пустынные районы Нарына и Прибалхашья и об изъятии у них 2 510 361 десятины земли. Из Пржевальского уезда по этому решению коренное население должно было быть изгнано полностью.6 Известие о падении царизма в феврале 1917 г. и установлении Временного правительства вызвало среди откочевавших в 1916 г. в Китай казахов и киргизов сильное стремление к возвращению в свои родные места. Весной 1917 г. началось их движение к границе, а затем казахи и киргизы стали переходить на территорию Семиречья. Опасаясь повторения беспорядков, Временное правительство рассредоточило русские войска вдоль границы. Однако удержать возвращающихся было невозможно. Вернувшиеся оказались в очень тяжелом положении. Их земли уже были захвачены русскими колонистами. Тысячи казахов и киргизов без средств к существованию, с истощенным от бескормицы скотом оставались под открытым небом. Голод, эпидемии, смертность приняли массовые размеры. 15 апреля 1917 г.

областному комиссару Временного правительства телеграфировали из Пржевальска:

“Голодные киргизы из Сарджаса пешком двинулись в Пржевальский уезд. В Каркаре снег, холод. Голодные и истощенные киргизы умирают на пути... Картины ужаса не поддаются описанию”.7 В мае 1917 г. Временное правительство приступило к осуществлению плана массового изгнания казахского и киргизского населения из Пржевальского, Пишпекского и Джаркентского уездов. Это решение вызвало массовый протест со стороны казахов и киргизов .

Похожим образом развивалась политическая ситуация в туркменском Закаспии. Восстание 1916 г. разбудило массы туркмен, стремившихся утвердиться в борьбе против русского владычества в Каракумах. Сопротивление туркмен было настолько сильным, что оно перекинулось на русские поселения, расположенные на туркменских территориях .

Было убито немало офицеров, солдат царской армии, а также мирного населения. В ответ, в конце декабря 1916 г. карательные отряды под командованием русских генералов Волковникова и Мадритова разбили сопротивление непокорных иомудов и, преследуя бежавших прошлись, по приграничной Астрабадской провинции Персии “огнем и мечом”. Царские войска жестоко расправились с туркменами, их женами и детьми. Военными дейПокровский С.Н. Победа Советской власти в Семиречье. Алма-Ата: издательство Акаде

–  –  –

ствиями и реквизициями было разорено более 5 тысяч хозяйств (25 000 человек). Туркмены, в свою очередь, разгромили и совершенно уничтожили несколько русских поселков. Генерал Мадритов, чтобы компенсировать потери русских поселенцев, передал им отнятые у туркмен скот и имущество.8 Это еще более обострило отношения русских и туркмен в приграничной полосе .

Первые политические организации Восстание 1916 г. способствовало политизации края. После февральской революции 1917 г. появились первые политические организации, которые стали называться «мусульманскими», имея ввиду тот факт, что они объединяли в своих рядах представителей местного населения. Наиболее заметная из них - “Шурои исломия” («Исламский совет») была организована в начале марта 1917 г. В нее входили представители образованных и состоятельных слоев узбеков, казахов, татар и др. Возглавлял ее Мунаввар Кари Абдурашидханов. В крупных городах края создавались и советы мусульманских рабочих депутатов. Политические партии и представительные органы мусульманского населения вносили свой голос в обсуждение будущего устройства России и Туркестана. На Первом съезде мусульман Туркестана, созванном по инициативе «Шурои исломия» в апреле 1917 г., мусульманские организации Средней Азии образовали Туркестанский краевой мусульманский совет, переименованный позже в Туркестанское национальное Объединение (ТНО) или «Туркистон милли бирлиги». Именно ТНО, если верить его лидерам, явится той организацией, которая возьмет на себя задачу построения демократического, свободного Туркестана и, которая будет вынуждена отправится в эмиграцию в начале 1920-х гг. Возглавили ТНО казах Мустафа Чокаев - бывший секретарь мусульманской фракции Государственной Думы России, Махмуд Ходжа Бегбуди (Бехбуди) - младобухарец из Самарканда, а также Убайдулла Ходжа и Асадулла Ходжа из Ташкента. ТНО установило свои отделения в Самарканде (во главе с Бегбуди), Фергане (Насирхан Тура Камолхатураев), Семиречье (казахский инженер Танышбаев М.), Ашхабаде (туркменский аристократ Ораз Сердар).9 С самого начала в «Шурои исломия»

началась борьба между джадидами, искавшими опору в общероссийском демократическом движении, и консервативными священниками, настаивавшими на особом, шариатском пути. Последние покинули организацию, и в июне 1917 г. образовали “Джамияти уламо” («Общество исламских экспертов»). Возглавлял “Джамияти уламо ” Шерали Лапин - казах из Ак Мечети (Тургайская область Казахстана), частный поверенный, чиновник администрации Самаркандской области, востоковед. Улемисты были Логашова Б-Р. Указ. соч. С.129; РГАСПИ, ф.122, оп.1, д.97, л.8 .

Туркестан в начале ХХ века: к истории истоков национальной независимости. Ташкент:

Шарк. 2000. С. 32. См. также: Serge A. Zenkovsky Pan-Turkism and Islam in Russia, 227 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ сторонниками религиозного строя, в том числе сохранения патриархально-феодальных устоев в быту и общественной жизни, бесправного положения женщины. На выборах в ташкентский городской Совет, в августе 1917 г. улемисты и шуроисламисты пошли отдельным списком. “Джамияти уламо ” набрала 62 % голосов против 11 % “Шурои исломия”.10 Успех радикальной «Джамияти уламо» усилил антагонизм между русскими и мусульманами .

Под влиянием революционных событий начала века, в казахской среде образовалась группа, которая стала зародышем партии “Алаш”, выражавшей либеральные интересы казахской интеллигенции. Организационное оформление этой партии произошло после Февральской революции, а именно, в конце июля 1917 г. на первом всекиргизском (общеказахском) съезде в Оренбурге. Руководители “Алаш” поначалу придерживались политики примирения интересов царской администрации и ограбленного и угнетенного казахского народа. На упомянутом съезде они выдвинули требование областной территориально-национальной автономии в рамках Российской демократической федерации. Лидеры “Алаш” - А. Букейханов и М.Танышбаев входили в Туркестанский комитет Временного правительства в 1917 г. Букейханов, который еще в 1913 г. начал выпуск просветительской газеты «Казах», явился лидером пророссийского направления политического развития казахов .

События в Туркестане явились отражением общероссийского пробуждения российского мусульманства. В 1917 г. сформировалось три центра политического притяжения мусульманской России: Волга-Урал (татаро-башкиры), Туркестан (главным образом узбеки и казахи) и Кавказ (горские народы и Азербайджан). В период с февраля по октябрь 1917 г. большинство российских мусульман поддерживало Временное правительство и отстаивало федеративный принцип объединения России. Находясь в составе демократической России, лидеры мусульманской России намеревались добиваться национально-культурной автономии в соответствии с решениями 2го Всероссийского мусульманского съезда, состоявшегося в Казани в августе 1917 г. Открыто сепаратистских антироссийских групп, требовавших самостоятельности и национальной независимости, среди мусульман России тогда не было. Как вспоминал позже Чокаев, «ненависть к старому режиму смягчалась в нас слепым доверием к русской революционной демократии».11 При наличии общей пророссийской ориентации политических организаций мусульман, были, конечно, оттенки. Так, татары настаивали на «унитаризме», то есть культурно-национальной автономии при сохранении России как унитарного государства. В то же время азербайджанская нациSerge A. Zenkovsky Pan-Turkism and Islam in Russia. Cambridge, Massachusets: Harvard University Press, 1967, 228-229 .

Из Истории Российской эмиграции 1924-1932. Переписка А. З. Валидова и М. Чокаева. С .

10 1 .

–  –  –

оналистическая партия «Мусават» придерживалась «федералистских» позиций, то есть организации России на началах равноправных и самостоятельных государственных автономий .

Местные политические организации Средней Азии возникли на волне демократии, последовавшей после победы Февральской революции. Состоявшие в них священники, исламские реформаторы и националисты надеялись придти к власти путем демократических выборов в Учредительное собрание, Государственную Думу и местные органы власти. Второй Общемусульманский съезд (Ташкент, сентябрь 1917 г.) считал, что Туркестан должен войти в состав Российской республики в качестве отдельной территориально-автономной федерации, организованной на началах национально-культурного самоопределения всех народностей, населяющих эти области под названием “Туркестанской федеративной республики”.12

Разумеется, мусульманское население было против единоличной передачи власти советам рабочих и крестьянских депутатов (в которых преобладали левые эсеры, меньшевики и большевики) и настаивало на образовании широкой коалиции всех политических сил, а именно:

1) Советов, представлявших революционно настроенных европейских, преимущественно русских, рабочих и крестьян;

2) Исполкомов общественных организаций, политических партий, групп и национальных общин широкого спектра, включая конституционных демократов (кадетов), 13 монархистов, армянских националистов, еврейских организаций и пр. и наконец;

3) Представительных органов мусульманского населения .

Однако, события октября-ноября 1917 г. прервали едва начавшийся процесс демократической консолидации политических сил региона на принципах парламентаризма. Началась резкая поляризация политических сил .

«Кокандская автономия»: надежды и разочарования Осенью 1917 г. в Туркестан резко сократился завоз продовольствия, в первую очередь зерна из России. Продовольственный кризис обострил кризис политический и усилил противостояние политических сил. Особенно радикально были настроены ташкентские (русские) рабочие. Если в Краевом совете рабочих и солдатских депутатов еще прислушивались к голосу мусульман, то Ташсовет находился под влиянием стремившихся к единовластию «социалистов» - социал-революционеров (эсеров) и социалдемократов (меньшевиков и большевиков). В свою очередь, реакционная «Джамияти уламо» стала играть ведущую роль в консолидации мусульман. По инициативе этой организации был созван Съезд казахских и турСафаров Г. Колониальная революция (опыт Туркестана). М: Госиздат, 1921. С.63 .

Партия кадетов была организована в 1905 г. Выражала оппозиционные большевикам взгляды

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ кестанских мусульман в Ташкенте в сентябре 1917 г. В отличие от шуроисламистов, поддерживавших идею демократического федеративного устройства, улемисты настаивали на приоритете и верховенстве законов шариата в будущем государственном устройстве Туркестана. Эта позиция радикально настроенных улемистов настораживала всех русских, независимо от партийной принадлежности .

Пока мусульмане готовилось к выборам в Учредительное собрание, политические силы европейской России вступили в ожесточенное противостояние. 25 октября 1917 г. большевики совершили в Петрограде государственный переворот. Временное правительство было арестовано и вся полнота власти перешла к Советам, в которых доминировали большевики. Вскоре - по телеграфу - весть о победе большевиков пришла в Туркестан. Ташкентские большевики, которые прежде не имели политического перевеса над другими партиями, начали стремиться к единоличному доминированию на политической арене Туркестана. Немногим спустя после известия о падении Временного правительства в Петрограде, Краевой совет поддержал Ташкентский совет в его противостоянии с Временным правительством Туркестана. Нелишне напомнить, что и Краевой Совет и Ташкентский совет состояли почти исключительно из некоренных – европейских - представителей. Основная масса (мусульманского) населения края рассматривала происходившее как борьбу за доминирование между различными группами европейского населения. Демократически настроенные лидеры мусульманского населения видели, что Советы вот-вот опрокинут власть Временного правительства (в котором еще были представители местного населения - Танышбаев, Чокаев и др.) и это похоронит их надежду на получение автономии края законным образом, от Учредительного собрания. 14 Первого ноября 1917 г. (по старому стилю) произошло то, что сильно подорвало доверие мусульманских организаций к русской демократии .

После непродолжительных боев с отрядами Временного правительства, в главном городе Туркестанского края – Ташкенте была провозглашена Советская власть. Функции Туркестанского комитета Временного правительства взял на себя Ташкентский совет. В нем были представлены в основном большевики, левые эсеры, и меньшевики, причем никто из них не обладал неоспоримым большинством. Успех «революционеров» в Туркестане отчасти объяснялся неспособностью Временного правительства изменить политику царизма на национальных окраинах и заручиться поддержкой местного населения. Несмотря на свержение царизма, органы царской администрации края остались нетронутыми. Временное правительство не только не смягчило политику в отношении мусульман, но и усугубило ее. Так, Временное правительство объявило амнистию палаТуркестан в начале ХХ века: к истории истоков национальной независимости. С. 66 .

чам народного восстания 1916 г. Оно отказало в возвращении в родные места жертвам карательных экспедиций царизма, изгнанным в Синьцзянь .

Во многих местах региона, охваченных восстанием 1916 г. сохранялось военное положение, а в Туркмении каратели генерала Мадритова жестоко расправлялись с туркменами-иомудами.15 Местные демократические организации хоть и осудили свержение Временного правительства, тем не менее, пытались наладить отношения с новой властью. Тому были серьезные основания. Вскоре после победы Октябрьской революции прозвучали обнадеживающие слова «Декларации прав народов России». «Освобождение и раскрепощение народов России должны быть проведены решительно и бесповоротно”, говорилось в декларации.

В четырех пунктах декларации воплощались мечты и чаяния народов Средней Азии:

1. «Равенство и суверенность народов России .

2. Право народов России на свободное самоопределение, вплоть до отделения и образования самостоятельного государства .

3. Отмена всех и всяких национальных и национально-религиозных ограничений .

4. Свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп, населяющих территорию России».16 Однако, на практике, рабочие и солдаты не торопились заключать союз с угнетенными массами Туркестана. III Краевой съезд советов Туркестанского края 15 ноября 1917 г. оказался глух к требованиям правых эсеров и меньшевиков передать власть коалиционному правительству .

“Джамияти уламо” и “Шурои исломия” на этот исторический съезд не были приглашены. Из местных представителей на съезде были только лидер улемистов казах Ширали Лапин и делегат от Ходжентского совета мусульманских рабочих депутатов узбек Абдулла Рахимбаев. Если первый говорил о «мусульманском самоопределении» и Учредительном собрании, то второй, по сути, поддержал большевиков. Съезд организовал краевую власть - Туркестанский совет народных комиссаров (СНК). СНК состоял исключительно из тех, кто выступал с оружием в руках против Временного правительства, а именно левых эсеров и большевиков. Коренному населению доступ в органы революционной власти был закрыт .

Ташкентские комиссары недвусмысленно высказались на этот счет следующим образом:

“привлечение в настоящее время мусульман в органы высшей краевой революционной власти является неприемлемым как ввиду полной неопределенности отношения туземного населения к власти раАбусеитова М. Х., Абылхожин Ж. Б., Кляшторный С. Г., Масанов Н. Э., Султанов Т. И.,

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ бочих и крестьянских депутатов, так и ввиду того, что среди туземного населения нет пролетарских классовых организаций, представительство которых в органе высшей краевой власти фракция (большевиков) приветствовала бы”.17 Большевизм, ставивший классовые интересы пролетариата выше чаяний других слоев населения и отрицавший ценности, не имевшие отношения к рабочему классу был, разумеется, неприемлемым в условиях Средней Азии, где никогда не было заметного классового размежевания и, соответственно, национального рабочего класса .

В состав первого советского правительства Туркестана не был включен ни один представитель местного населения. Это был шаг назад по сравнению с политикой Временного правительства и даже царизма, мало-мальски учитывавших интересы мусульманства.18 Таким образом, съезд не просто закрепил, а усугубил колонизаторский характер новой власти. Председателем СНК был выбран большевик Федор Колесов, его заместителем – Иван Тоболин .

Решения III краевого съезда, грубо поправшего интересы местного населения, усилили антибольшевистские настроения. В сложившейся ситуации местные мусульманские силы решили бросить вызов ташкентским комиссарам. Для этого они выбрали крупнейший город Ферганы – Коканд. В работе IV Чрезвычайного краевого мусульманского съезда, открывшегося в этом городе 26 ноября 1917 г., приняли участие более 200 делегатов от различных местных организаций, проигнорированных большевиками, в том числе “Шурои исломия”, “Джамияти уламо”, краевая еврейская организация, союз среднеазиатских евреев и другие.19 Выступивший на съезде джадид М. Бегбуди (Бехбуди) призвал избрать в президиум представителей всех наций и конфессий, населявших Туркестан. Съезд работал три дня. Главным его результатом явилось провозглашение “Кокандской автономии”. Точное название государства было “Туркистон мухторияти” (“Туркестанская автономия”). Туркестан был объявлен “территориальной автономией, в союзе с Российской республикой, основанной на федерации, по основаниям, данным великой русской революцией”. Формальное проведение автономии было возложено на Учредительное собрание, которое планировалось провести в ближайшее время. Было создано Временное правительство автономного Туркестана во главе с казахом Танышбаевым (затем его сменил М. Чокаев, тоже казах).

Как относилось Автономное правительство к ташкентским большевикам и русским вообще? В резолюции съезда об этом говорилось следующим образом:

Туркестан в начале ХХ века: к истории истоков национальной независимости. С. 74-75 .

–  –  –

«Не желая иметь конфликт между своими братьями русскими, высказываем наше первое и последнее слово: не вмешиваться в наши национальные дела, не ставить препятствий осуществлению нашего самоопределения, согласно возвещенному Великой Российской демократией лозунгу. Туркестанские гарнизоны и красногвардейцы должны или принимать участие в устройстве жизни края соответственно своей численности или оставаться совершенно нейтральными, пока они в Туркестане». 20 Таким образом, Четвертый краевой мусульманский съезд фактически противопоставил себя Туркестанскому СНК. Автономисты считали, что действуют легитимно и лояльно по отношению к Москве (если быть точнее, то к Петрограду). Они добивались национальной автономии в пределах демократической России. Последнее означало подчинение Учредительному собранию России. Подобным же образом автономисты пытались установить конструктивные отношения с бывшей метрополией. 21 декабря кокандский Съезд обратился и к правительству Ленина в Петроград, разъясняя свою политику. Больше всего автономисты опасались обвинений в поощрении национальной розни, направленной против русских .

По этому поводу в указанном письме Ленину говорилось, что, несмотря на то, что европейское население составляет всего 2 % населения Туркестана, оно представлено 33 % правительства .

«Просим Вас, как высшую власть Российской демократической республики распорядиться Ташкентскому Совету народных комиссаров о сдаче краевой власти Временному правительству автономного Туркестана, во избежание анархии, двоевластия, могущей привести Туркестан к величайшей катастрофе”, предупреждали автономисты.21 Почти одновременно со съездом в Коканде, 5-13 декабря 1917 г. проходил Второй общекиргизский (общеказахский) съезд в Оренбурге. Съезд объявил “Алашскую автономию”. Кроме того, на нем была создана “Алаш-Орда”

- партийно-правительственный центр партии “Алаш” и “Алашской автономии”. Возглавил “Алаш-Орду” Букейханов. Алашордынцы распространили свою власть на территории Букеевской орды, Уральской, Тургайской, Акмолинской, Семипалатинской, Семиреченской, Сырдарьинской, Самаркандской и Закаспийской областей, местах проживания казахов в Хиве, Фергане и даже Алтая. Однако власть была начеку. 2-3 марта 1918 г. в Верном произошло вооруженное восстание, руководимое большевиками. Следом, ими было объявлено о роспуске Алаш-Орды и казачьего Войскового совета .

Помимо большевиков и демократически настроенных мусульман важной политической и военной силой явились контрреволюционные бе

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ лые части. Еще 20 октября на Северном Кавказе белогвардейский генерал Дутов образовал антибольшевистский Юго-восточный союз. Позже, в ноябре его войска захватили Оренбург на южном Урале и взяли под свой контроль железную дорогу, связывавшую регион Средней Азии с центром. Антисоветский фронт пополнили также казачьи части, отведенные из Хивы и Персии в Туркестан. Дутов задался амбициозной целью объединения под своим главенством всех областей и народов, проживавших к югу и востоку от Оренбурга, включая оренбургские, уральские, кубанские и семиреченские казачьи войска, а также казахские, киргизские, калмыцкие и башкирские земли, кавказских горцев и азербайджанцев. Туркестанские автономисты получили предложение войти в этот Союз и выступить против Советской власти. Разумеется, отношение автономистов к белоказакам было настороженным. На съезде автономистов однозначного решения «за» или «против» Дутова не было принято. Однако, позже, накануне нового, 1918 г. автономисты сформулировали несколько иное отношение к антибольшевистскому белому движению. Они избрали тактику лавирования между молотом и наковальней. Стремясь не идти на прямую конфронтацию с большевиками, но и не рвать с белыми, они решили “присоединиться временно к Юго-Восточному союзу до Учредительного собрания в случае строгой надобности в экономическом отношении”. 22 Имелся в виду обмен ферганского хлопка и шерсти на российский хлеб. Такая неопределенность и осторожность во взаимоотношениях с “белым движением” определялась и тем, что туркестанских националистов-автономистов не устраивала перспектива имперской “Единой и неделимой России”, распространенная среди русской контрреволюции. Соответственно, белые генералы не были довольны требованиями федерального устройства России и широкой национальной автономии, исходившими от туркестанцев .

Вообще, наспех объявленная «Кокандская автономия» была обречена с самого начала. Среди автономистов не было единства ни по одному важному политическому вопросу. Это произошло потому, что в правительство вошли не столько истинные приверженцы идеи национальной автономии (то есть тюркские националисты), сколько разношерстные противники большевиков, включая русских и евреев, а также обиженных невниманием ташкентских комиссаров национальных лидеров из числа русифицированной интеллигенции и чиновничества. Поэтому оно не торопилось с объявлением независимости. По признанию Чокаева, прямое противостояние власти белоказаков Дутова, контролировавших поставки хлеба по железной дороге, означало бы «убийство собственного народа». Автономисты решили придерживаться «золотой середины», маневрируя между Советами и белыми. При этом они стремились не допустить обвинений в национализме и русофобии, которые неминуемо бы объединили и красных Эл Байроги (газета - орган Туркестанского Временного правительства), 1917, 31 декабря .

и белых против мусульман. Впрочем, архивные документы дают основания полагать, что автономисты все же склонялись к сотрудничеству с белыми и получали от Дутова оружие и боеприпасы.23 Хотя сам Чокаев утверждал, что казаки передали все оружие не им, а большевикам, как только поверили слухам, распространявшимся комиссарами о «панисламизме» автономистов .

24. Естественно, такая непоследовательная политика в конце-концов привела к противостоянию между автономистами и большевистским Советом, поддержанным вооруженными отрядами армянской националистической партии “Дашнакцютун”. Дашнаки объединились с Советской властью, их боевики чинили расправы над мирными мусульманами, включая женщин и детей.25 Дашнакский террор против мусульман стал одной из причин появления басмачества, о котором речь пойдет ниже. Кокандские автономисты также не справились с важнейшей задачей формирования собственных вооруженных сил. Сам Чокаев сокрушался, что в его правительстве не было ни одного мало-мальски подготовленного офицера-мусульманина, способного взять на себя формирование армии. Тем временем, отряды Красной гвардии близ Самарканда разбили и разоружили контрреволюционные казачьи части полковника Зайцева. Настал черед автономистов. Четвертый съезд советов Туркестанского края (19-26 января 1918 г.) принял решение: «Кокандское автономное правительство и его членов объявить вне закона и арестовать главарей» .

Одновременно началась реквизиция денежных средств автономного правительства в ташкентских и кокандских банках.26 Тем временем народ, о котором забыли как красные, так и белые с автономистами впридачу, был вынужден сам позаботиться о своей безопасности. В самом Коканде, полу-партизанские отряды народной «милиции», численностью в несколько тысяч плохо вооруженных крестьян под командованием местного авторитета Кичик Иргаша начали “джихад” против русских и армян.27 В условиях безвластия, по всей Фергане спонтанно образовывались вооруженные отряды народной милиции для охраны селений и железной дороги.28 Постепенно, борьба ферганских добровольческих мусульманских отрядов против красногвардейцев и армянских боевиков стала приобретать национально-религиозный характер. Лидеры «автономии» опасались именно такого поворота событий. Они не знали как им следует относиться к курбаши и джигитам вступившим в вооруженную борьбу против «неверных». После того как насилие начало рас

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ пространятся на «старые города» и кишлаки, лидеры автономии окончательно лишились возможности влиять на ход событий .

В феврале 1918 г. Кокандская автономия была жестоко подавлена .

Однако, как и предсказывала газета “Туркестанская искра”, суровая кокандская операция очень скоро дала тяжелые последствия. “Кто посеет ветер, пожнет бурю”,29 предупреждала газета. На конференциях местных большевистских организаций прозвучала критика политики ташкентского правительства, и был заявлен протест против “диких насилий, грабежей, имевших место при ликвидации событий в Фергане”.30 Однако эти и другие признания и раскаяния явно опоздали. В Фергане началось восстание, известное как “басмачество” .

Многие связывают появление басмачества в Средней Азии именно с “автономией”, считая, что басмачи были вооруженными силами Кокандского правительства. На самом деле, басмачество в Фергане началось спонтанно и не имело прямого отношения к автономному правительству .

Скорее, это была стихийная народная реакция на безвластие, вызванная неспособностью националистов, большевиков и белогвардейцев договориться между собой или добиться единоличного превосходства. Было бы также неправильно объяснять причины басмачества исключительно религиозным и национальным противостоянием (иначе следовало бы ожидать басмачество раньше, во время и после русского завоевания Средней Азии). Помимо безвластия, важной причиной народного недовольства явился голод. Дело в том, что на время с осени 1917 г. до октября 1919 г .

Туркестан был отрезан от России. В России разгоралась гражданская война и железная дорога была перекрыта белогвардейцами в Оренбурге. В результате туркестанцы не получали российского хлеба в обмен на свой хлопок, шерсть и другие товары. Туркестан испытывал жестокий голод, а комиссары заботились лишь о снабжении городов, в первую очередь русской части Ташкента. Как писал Сафаров, людские потери от голода и болезней за первый год Советской власти в Туркестане составили от 25 до 50%. Голод 1918 г. унес 30% населения Ферганы. Кризис хлопководства создал огромную армию безработных (до 300 000 безземельных крестьян). Население Ферганы должно было нести на себе всю тяжесть весенней и летней засухи 1917 г. и суровой зимы 1917-1918 гг.31 Новый город (то есть часть города, населенная европейцами) обрушил на голодные старые города и кишлаки, жестокие и опустошительные реквизиции, обрекая население на медленную смерть. Таким образом, брошенная на произвол судьбы, подвергающаяся насилию и не допущенная к власти мусульманская беднота была лишена и хлеба .

–  –  –

В таких условиях местные лидеры из числа богатых феодалов, религиозных авторитетов, старейшин и родовых вождей призвали к повсеместному созданию отрядов для изгнания всех «неверных» и восстановления «шариатского порядка». Ни джадиды, ни автономисты не имели к повстанческому движению, ставшему известным как басмачество, никакого отношения. Басмачество в Фергане, таким образом, было вызвано: а) глубочайшим кризисом власти; б) экономическим кризисом, вызванным гражданской войной и хаосом в Советской России; в) стремлением населения Ферганы к национальному самоопределению; г) национальной враждой и религиозным противостоянием мусульман и пришельцев-«неверных» .

В современной узбекской историографии басмаческое движение названо «истиклолчилар харакати» (движение борцов за независимость). По данным, приведенным в работе узбекских авторов, весной 1918 г. в Ферганской долине под началом девяти крупных военачальников находилось свыше 52 тысяч борцов за независимость.32 Взгляды историков независимого Узбекистана, содержащие кардинальную переоценку басмачества, явились, отчасти, реакцией на засилье коммунистической идеологии, душившей малейшие проявления инакомыслия все годы Советской власти. Советская пропаганда сделала действительно немало для дискредитации этого движения, назвав его «разбойничьим», не имеющим поддержки в населении. В свою очередь, современные узбекские историки ударились в другую крайность. Перейдя на позиции радикальных антисоветских авторов времен «холодной войны», они поспешили объявить басмачество борьбой за национальный суверенитет и независимость Туркестана. Кроме того, они утверждают, что «джадиды Туркестана оказали глубокое воздействие на повстанческое движение и укрепление его идейных позиций».33 Можно ли согласится с мнением современных узбекских ученых о том, что протест мусульманского крестьянства Ферганы слился с политическими акциями ферганских автономистов и алашордынцев в одно единое освободительное движение? Разумеется, устремления”Шурои исломия”, «Джамияти уламо», лидеров “Кокандской автономии” и вооруженных басмачей Ферганы объективно шли в едином, освободительном русле. Однако сам Мустафа Чокаев признавался, что ни он сам, ни возглавлявшееся им правительство не имели ничего общего с организацией басмачества. Руководящее положение в автономном движении занимала светская казахская интеллигенция (Чокаев, Танышбаев и другие), пытавшаяся собрать под свое крыло все «демократические силы», включая

Туркестан в начале ХХ века: к истории истоков национальной независимости. С. 165. В

начале 1990-х гг., на фоне общей антироссийской политики официального Ташкента, в Узбекистане вышло немало публикаций в поддержку басмачества. Их источниковой базой послужили работы антисоветских эмигрантов – Тогана, Чокаева, Ясави, Хаита и др .

Туркестан в начале ХХ века: к истории истоков национальной независимости. С. 167, 18 5 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ русских, евреев и др., в то время как басмачество представляло “сартовское”, то есть узбекско-таджикское и киргизское население Ферганы, находившееся под влиянием крупных феодалов, общинных лидеров и консервативного духовенства. Более того, скрываясь от преследования большевиков, сам М. Чокаев едва не пострадал от басмачей. В начале марта 1918 г. ташкентская газета “Улуг Туркистон” опубликовала письмо Чокаева, в котором он описывает злоключения, произошедшие с ним сразу после поражения его правительства в феврале 1918 г.

следующим образом:

“Когда сарты под предводительством Иргаша карокчи34 начали боевые действия против большевиков в Коканде, они не думали о поражении. Поэтому они ходили озлобленные. В руках у них были ножи, топоры, кетмени, серпы, цепи, веревки. Они говорили: «Иргаша посадим на трон, из Ферганы изгоним всех не-сартов; казахи заодно с большевиками, татары тоже не мусульмане. Кто-то видел, как один учитель-татарин в Коканде спал, а его ноги были направлены в сторону “кибла”35, а это является великим грехом для мусульманина» .

Так говорят сарты, проживающие в кишлаках”. 36 20 февраля, после разгрома кокандского правительства, Чокаев ударился в бега. Близ кишлака Кумбасти он был остановлен группой вооруженных сартов.

Между ним состоялся следующий разговор:

“-Эй, кто ты такой?

- Я мусульманин .

- Какой мусульманин?

- Я - казах .

- С каких это пор казахи стали мусульманами?

- Они издревле мусульмане .

- В том, что казахи - мусульмане мы сомневаемся .

- Если вы сомневаетесь, то у меня, казаха, есть доказательства .

- Докажи!

- Доказательство мое - тавхид .

Я прочел “тавхид.”37 Но и после этого они не поверили, что я мусульманин, скрутили меня и, раздев, посмотрели, обрезанный ли я”.38 Иргаш Карокчи (Иргаш грабитель) - выбранный сартами в старом городе «курбаши» Коканда (то есть глава города). Этот человек раньше был предводителем воров (карокчи). Прим .

Чокаева. Речь идет о Кичик Иргаше, сбежавшем из тюрьмы за то, что он, по словам авторов указанной работы, «7 лет до 1917 г. вместе с 30 джигитами в пределах Коканда вел борьбу против завоевателей: совершал нападения на официальные учреждения, торговые сети» .

См.: Туркестан в начале ХХ века: к истории истоков национальной независимости. С .

17 0 .

Кибла – направление во время молитвы, то есть Мекки .

–  –  –

Судя по словам Чокаева, лишь случайность спасла его от жестокой расправы. После этого, еще два дня скрывался “премьер-министр” от большевиков и слепой мести людей, которых, якобы, представляло его автономное правительство .

В конце своей статьи Чокаев писал:

«Затем я сказал себе, где же ты страна казахов и киргизов? Я пошел через снежные горы и с их высоты сказал сартам, прощайте! Много я повидал, но описать не могу - тяжело. Душа у меня болит, в ней обида. Я считал этот народ своим другом. Он же отнесся ко мне как к врагу».39 Призыв национальных демократов к объединению, взаимному доверию, терпимости и взаимодействию был слабым, и не был услышан доведенной до отчаяния темной повстанческой массой. Вероятно, идея автономии находила некоторое сочувствие в рядах повстанцев. Но в целом, сельские районы, служившие основной базой басмачества, оставались закрытыми и недоступными для интеллектуальной мусульманской элиты .

Пантюркистские переживания националистов и джадидов были чужды и непонятны крестьянству Ферганы. Крестьянский, народный ислам Ферганы не воспринял предложенную казахом Чокаевым реформаторскую модель панисламизма крымского татарина Исмаила Гаспринского, допускавшего свободное толкование основ Ислама и сотрудничество с “неверными” (русскими) ради культурного и экономического прогресса .

Аналогичная ситуация “развода” мусульманской массы и демократически настроенной интеллектуальной элиты произойдет двумя годами позже в Бухаре, когда восточнобухарские повстанцы обвинят бухарских джадидов в падении эмирата .

События конца 1917-начала 1918 гг., а именно, разгром “Кокандской автономии” и басмачей Иргаша логически вызвали к жизни то явление, которое было названо среднеазиатской эмиграцией. В беседе с автором этих строк, среднеазиатский эмигрант господин Рузи Назар (родом из Намангана), проживающий в США, назвал январь 1918 г. началом вызванного большевистским переворотом исхода среднеазиатов.40 Бухара накануне падения Культурным центром региона Средней Азии являлась, несомненно, Бухара. Это был не просто знаменитейший город, столица самого крупного государства региона. Это был символ величия веры для мусульман всего Среднего Востока и Южной Азии. Административная система, государственное устройство и прочие институты, на которых держался эмират восходили ко временам Сасанидов и Саманидов. На протяжении тыТам же .

Беседа состоялась 17 мая 1995 г. в офисе господина Рузи Назара в Вест Фаллс Черч, Вирд

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ сячи лет Бухара была средоточием удивительной персо-мусульманской культуры. Все эмиры и придворные были блестящими знатоками персидской поэзии; многие сами слагали поэмы и оды. Придворная историография начала ХХ века награждала Бухару самыми лестными эпитетами, в том числе “Богчаи олам” и “Маркази ислом” (“Садик вселенной” и “Центр ислама”). В городе находилось около 400 медресе, мечетей и мавзолеев .

Две самые известные из мечетей - “Масчиди лаби хавзи дивонбеги” и “Масчиди болои хавзи Али” собирали по пятницам до 4 тысяч мусульман. В столице эмирата примерно 800 мударрисов41 обучали религиозным и светским наукам 34 000 учащихся. Правила Бухарой тюрко-монгольская династия мангыт, которая, через брак одного из них на дочери чингизида, возводила себя к Тимуридам и «саидам» - потомкам Пророка Мухаммада. В 1910-х гг. 19 главных религиозных авторитетов - хазратов и мавлоно - составляли своеобразный синод эмирата.42 Однако, в Бухаре, как и в других мусульманских странах, никогда не было теократий (власти священников) в чистом виде. Квази-монополия на интеллектуальную продукцию принадлежала уламо (экспертам), которые служили учителями, судьями, имамами мечетей. Уламо служили, но не правили. Они могли быть авторитетными советниками и советчиками, но не более того. С ними советовались, но следовать или не следовать их наставлениям было делом самих верующих. (Разумеется, имеются в виду ортодоксальные верующие, а не секты и суфийские братства, в которых мюриды и послушники находились всецело во власти харизматических «муршидов» – ишанов, шейхов и пр.). В суннитской Средней Азии не существовало религиозных иерархий и незыблемых авторитетов в области религии. Свои задачи уламо сводила к тому, чтобы убеждать правителя в необходимости применения шариата. Она сторонилась прямого вмешательства в собственно политический процесс. Власть в Бухаре и других мусульманских государствах принадлежала светским лидерам, носившим титул амир ал муслимин (властелин мусульман). В идеале, амир не был тираном, обладающим неподконтрольной властью над своими верными рабами, а был мусульманином, правящим единоверцами в согласии с религиозной доктриной. Высшим сувереном выступал единый бог, но никак не эмир (но и не народ) .

Эмир и рядовые мусульмане, таким образом, являлись (в идеале, разумеется) равноправными агентами и заместителями (халифа) единого бога .

Хотя многие эмиры, как светские правители являлись мюридами (послушниками) выдающихся религиозных авторитетов, на деле же, как администраторы, они были независимы от прямого религиозного влияния. Таким образом, в Средней Азии, так же как и в других мусульманских странах, всегда существовало различие между государственной (гражданской) и релиМударрис – преподаватель медресе высокого ранга, своего рода профессор .

–  –  –

гиозной властью, а также различия между различными религиозными направлениями и школами. Эти противоречия периодически вызывали острые дебаты, политические столкновения и конфронтацию. «Засилье ислама» и застой, с которыми в марксистской традиции ассоциировалась политическая жизнь среднеазиатского общества, время от времени сменяли острые споры и дебаты. Наиболее часто политическая активность выражалась в виде оппозиции сегментов мусульманской общины (суфийских братств, отдельных религиозных авторитетов) против нарушения исламских принципов среднеазиатскими (светскими) монархами и их коррумпированными правительствами. Иногда диссидентам удавалось мобилизовать верующих для восстановления «исламского порядка». Увы, массовая мобилизация, руководимая духовенством, чаще всего заканчивалась всеобщим побоищем. Достаточно вспомнить шиитско-суннитскую резню 1910 г .

и избиение религиозными фанатиками мирной демонстрации джадидов в Бухаре в апреле 1917 г., о которой речь пойдет ниже .

В целом же, общины жили своей жизнью и были оторваны от политики .

Ни уламо, ни тем более, государственные структуры не обладали ни властным ресурсом, ни авторитетом, ни полномочиями, достаточными для тотального контроля и регулирования всех сторон общественной и личной жизни мусульман. Ислам всегда защищал неприкосновенность и святость семейных отношений. Относительная свобода и плюрализм в сфере семейных и межличностных отношений причудливым образом уживались с дискриминацией женщин, экономической деградацией и застоем в общественно-политической жизни. Хотя эмирский режим не был способен обеспечить устойчивое развитие, само общество было свободным от социальных катаклизмов и, тем более, классовой борьбы. Традиционное среднеазиатское общество было относительно стабильным, но статичным. Всякие попытки модернизации пресекались консервативным духовенством, влияние которого на правителей и мусульманскую массу было подавляющим .

Бухара поражала великолепием своих мечетей и медресе. Однако, большинство из них были построены до XVIII века. В ХХ век Бухара вошла отсталой окраиной Российской империи . Это была дряхлая монархия, с основанным на архаичных формах эксплуатации хозяйством. Вся экономика Бухары была ориентирована на внешний рынок, главным образом, Россию. В текстильные предприятия Иванова и других городов России отправлялись хлопок-волокно, шерсть. Ценнейший бухарский каракуль начинал входить в моду в Старом Свете и высоко котировался на европейских аукционах. До революции Бухара ежегодно экспортировала 2-2, 5 миллиона каракулевых шкурок. Каракуль в Европу направлялся также через Москву. За пределы Бухары также вывозилось до 2 миллионов пудов хлопка.43 В Россию экспортировались, кроме того, солодковый корень, кишки

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ домашних животных. В 1913 г. Бухара вывезла в Россию своего сырья более чем на 45 млн. рублей. Взамен Бухара получала русскую мануфактуру, чай, металлические изделия и другие товары .

Государственные институты существовали, но архаичные, сформировавшиеся еще во времена Саманидов (Х век). Бухарская регулярная армия современного типа стала создаваться сразу во время российского завоевания, в 60-х гг. XIX века под руководством беглого урядника Сибирского казачьего войска, оставшегося известным в бухарской истории по имени Осман. Позже, в 1870- гг., Осман был казнен «за развратный образ жизни». По заведенному им порядку бухарская армия строилась по русскому образцу. В начале второго десятилетия ХХ века главные силы были собраны в Кубанский, Терский, Шефский, Турецкий и Арабский полки.

В бухарской армии были приняты следующие воинские звания:

Нафар (аламан) - что соответствовало чину рядового русской армии .

Даубаши - ефрейтор или унтер-офицер .

Чирагосы - фельдфебель .

Юзбаши - поручик .

Дживачи - штабс-капитан .

Караул беги - капитан .

Мирохур - подполковник .

Токсабо - полковник .

Дотхо - генерал-майор .

Парвоначи - генерал-лейтенант.44 В целом, вооруженные силы Бухары были недостаточно развитыми .

Это произошло отчасти из-за того, что по условиям договора с Россией, Бухара не могла иметь многочисленную и хорошо вооруженную армию .

Наращивание армии началось только после свержения царизма и обретения Бухарой независимости весной 1917 г. Вооружена была армия старыми курковыми ружьями 1850 г. образца, а также 11-зарядными английскими винтовками. По сведениям большевистских информаторов, в 1919-1920 гг. из 45-50 пулеметов лишь 12 были исправными. Разбросанные по эмирату гарнизоны от пустынь Туркмении до горных вершин Бадахшана были представлены самим себе. Их обитатели не столько занимались военной службой, сколько хозяйственной деятельностью и торговлей. Сами бухарцы впрочем признавали, что их армия слаба, но были полны решимости защитить свою страну “хоть палками”, и свято верили, что Бухаре предначертано свыше быть свободной.45 РГВА, ф.110, оп.3. д.912, л.143. Судя по прозвищам некоторых курбаши (офицеров) басма

–  –  –

Внешние сношения были сведены к минимуму и контролировались русским губернатором Туркестана. В короткий период независимости, с февраля 1917 г. по сентябрь 1920 г., когда с Бухары был снят запрет на занятие внешнеполитической деятельностью, эмирское правительство пыталось найти свое место в международном пространстве между революционным Туркестаном, конфессионально и этнически близким Афганистаном, Британской Индией и шиитской Персией. Однако говорить о какой-либо продуманной внешнеполитической деятельности эмира в 1917гг. не приходится. Как признавался свергнутый премьер-министр бухарского правительства советскому следователю в конце 1920 г., “соглашения (межгосударственные) может и были, но чисто в мусульманском духе, основанном на дружеских чувствах по отношению к Афганистану”.46

Политический расклад сил внутри политических элит предреволюционной Бухары выглядел примерно следующим образом:

1. Правящая партия, возглавляемая кушбеги (премьер-министром) Усманкулом Парвоначи. Это был глубокий старик. В 1920 г. ему было 80 лет. В руках этой умеренной группы была фактическая власть Бухары. Придерживалась она в целом враждебной, но пассивной позиции в отношении Советской России .

2. Партия консервативного духовенства, придерживавшаяся правых

- антирусских, панисламистских - взглядов. Возглавлялась главным казначеем Имам Кули беком Парвоначи. Эта партия поддерживала религиозные связи с Афганистаном и выступала за объявление войны России .

3. Противоположная перечисленным выше двум, партия джадидовмладобухарцев (о которых речь пойдет чуть ниже), объединяющая широкий спектр левых: начиная от умеренных исламских реформаторов (прогрессистов), кончая про-большевистским меньшинством .

Говоря о духовенстве Бухары как об образованном и политически активном классе, необходимо отметить, что оно не было организованно .

Наибольшим влиянием на простых мусульман пользовалась группа консерваторов-фундаменталистов.47 Склонная к заключению союза с Афганистаном и противостоянию с Россией, она, тем не менее, бездействовала, надеясь на то, что все уладится «само собой». Ее возглавлял козикалон (главный судья) Мир Бурхониддин. Фундаменталисты выступали за сохранение «статус кво» и противились любым изменениям в Бухаре .

К этой группе примыкала другая, политически активная группа муллы

–  –  –

В данном контексте фундаментализм понимается как антимодернистское движение консервативного духовенства. Фундаментализм поддерживался муллами на уровне общин в пассивной форме и проявлялся в виде активного политического действия лишь когда возникали внешние раздражители в виде «угроз исламу» .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ Кутбиддина, известного как “воинствующий мулла”, в которую входили также муфтий Аскар и Мулла Кари. Они были известными пропагандистами панисламизма, поддерживавшими связи с Туркестаном, Афганистаном, мусульманской Индией, Египтом. Мулла Кутбиддин совместно с Тураходжой Судуром в 1918 г. отправились с миссией в Афганистан, склонять эмира Хабибуллу к противостоянию с Советской Россией. Указанные обе группы духовенства можно отнести к фундаменталистам, противникам любых реформ. Они официально осудили джадидов как кафиров (неверных), огласив перед народом соответствующие религиозные ривоят (постановления). Преследованиям со стороны воинствующих мулл подвергались не только собственно джадиды, но и те из министров, которые пытались договориться с джадидами-младобухарцами и русскими большевиками .

Противоположную, левую, позицию занимала группа духовенства во главе с Мулло Икромом (домулло Икромча). Его полное имя - Мухаммад Икром ибн Абдусалом (1847-1925). О нем с большой теплотой отзывался джадид, в будущем основатель таджикской советской литературы, Садриддин Айни, считавший Икромчу своим наставником. Домулло Икромча сочувствовал реформаторам, выступал за введение новометодных школ .

Единственным оппозиционным движением против эмирского строя был джадидизм. Он сформировался в конце ХIХ века на основе местного просветительства Ахмада Дониша и под влиянием исламского реформизма Ближнего Востока, Индии, а также Волги-Урала, Северного Кавказа и Крыма. Джадидизм начался как культурно-просветительское движение, направленное на введение т. н. «мактаби джадидия», т.е. “новометодной школы”. В этих школах, наряду с религиозными науками, преподавали арифметику, родной язык, географию и другие светские науки. Бухарский джадидизм имел поддержку в среде образованной буржуазии и интеллигенции, которая склонялась к принятию светских идей и ценностей и считала себя противником консервативного духовенства .

Под влиянием событий в России, сторонники джадидия, они же «тараккипарварон» (прогрессисты) противопоставили себя «кадимия» (традиционалистам) и взяли курс на «хуррият» (революцию). Хурриятом в их представлении было проведение реформ или смена режима. Их лидеры

– богатейшие купцы Файзулла Ходжа и Мирзо Мухиддин стремились заручиться поддержкой России и местных бухарских кругов. В числе первых джадидов, основавших тайное общество “Тарбияи атфол” (“Воспитание детей”), были Мирзо Абдулвохид Бурханов (Мунзим), Хомидходжа Мехри, Ахмаджон Махдум Абдусаидов (Хамди), мударрис (профессор) Ходжи Рофеъ и Мукаммал Махдум Бурханов (Бурхонзода) .

Через некоторое время в тайное общество вошли уже упоминавшийся Садриддин Айни, Мирзо Абдулкадир Мухиддинов (сын Мирзо Мухиддина, в будущем руководитель Бухарской и Таджикской республик) и PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ другие - всего 28 человек. 14 из них были муллами и сыновьями мулл, 3мударрисами. 48 Почти все джадиды видели в турецкой модели развития общества и государства наилучший образец для подражания. Турция для них являла собой счастливый пример независимого, суверенного мусульманского государства, способного реформироваться и конкурировать с Европой. Именно поэтому джадиды посылали бухарскую молодежь на учебу в Турцию. Несмотря на этническую принадлежность (а это были бухарцы, говорившие преимущественно на таджикском языке), почти все вернувшиеся оттуда становились ярыми сторонниками пантюркизма. 49 Объединение всех тюрков, говорящих на одном языке, принадлежащих к единой расе и имеющих общую историю, считали они, высвободит великую силу и позволит, наконец, покончить с отсталостью, чтобы вернуть былое могущество «тюркского колосса». Инициатором пантюркизма в России явились татарские интеллигенты, которые стремились противостоять русификации и христианизации путем культивации «тюркизма» и ислама.50 Стремясь выстоять в соревновании с русскими, они тянулись как к Турции, так и к родственным народам Средней Азии. Идеал пантюркизма, сформулированный в конце XIX века крымским татарином Исмаилом Гаспринским заключался в создании союза всех тюрков России под идейным руководством Турции .

Тюркизм джадидов Средней Азии, однако, отличался от тюркизма азербайджанцев, татар и турок. В центре внимания джадидов был «Туркистан» как идеальный национальный символ и как определенная территория, населенная конкретными народами, принадлежащими, по их мнению, к единой этнической группе. Более того, они связали с ним политическую программу построения независимого государства под таким названием. Игнорируя сложную этническую структуру региона, они объявили «Туркестан» родиной всех народов населяющих регион, а все население – тюрками. Тюрки были объявлены не просто доминирующим, как в средние века, а единственным автохтонным народом. Идеи пантюркизма в Средней Азии всячески поддерживались османскими турками. Таджики, по утверждению турков - старых недругов шиитов персов - были на самом деле иммигрантами, привезенными из Ирана узбекскими ханами в Среднюю Азию. Бухарцев они считали тюрками, говорившими на персидском языке. Сами джадиды смотрели на персов (таджиков) как на носителей отжившей свое исламо-иранской традиции, которая отождествлялась у них с клерикализмом и консерватизмом. Пантюркисты считали своим долгом сдерживать и вытеснять все таджикское, которое, по их Айни Садриддин. Таърихи инкилоби Бухоро. Душанбе: Адиб, 1987. С.С. 97-98 .

Идеи пантюркизма разделял также афганский просветитель Махмуд Тарзи – тесть эмира

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ мнению «сковывало этническое созревание тюрок, подавляло в них чувство национальной самобытности».51 Их коробило, что тюрок, не знающий фарси-таджикского, считался в Центральной Азии деревенщиной .

Широкое распространение фарси пантюркисты объясняли популярностью утонченной персидской литературы. Когда в Бухаре в 1912 г. начала выходить первая таджикская газета «Бухорои Шариф», турки не скрывали своего недовольства. «Поскольку все бухарцы – тюрки и дети тюрков, то их язык должен стать официальным языком Бухары», писал по этому поводу турецкий журнал «Турк Урду».52 Тем не менее, несмотря на прессинг Стамбула, как было указано выше, джадиды подчеркивали разницу между тюрками Средней Азии и турками Турции. Свой язык они называли «туркистон шеваси» (туркестанский диалект), подчеркивая его своеобразие и отличие от татарского, азербайджанского и турецкого. Более того, они протестовали против применения русской администрацией наименования «сарт» для обозначения большинства населения региона. Именно джадиды прилагали усилия к тому чтобы считать все «сартовские» (то есть недостаточно определенные с точки зрения этничности, группы) узбеками, а их язык – узбекским .

То, что джадиды продвигали светские идеи реформизма, национализма и патриотизма можно было считать положительным шагом по сравнению с деспотизмом ханов и эмиров и удушающего засилья мракобесовклерикалов, если бы их призыв к солидарности и прогрессу не содержал отрицания богатого культурного разнообразия региона и дискриминации целых народов, таджиков в первую очередь .

Некоторые из туркестанских и бухарских джадидов, позже пересмотрят свое отношение к идеологии пантюркизма. Ближе к середине 1920-х гг .

им станет ясно, что этно-лингвистический национализм (узбекский, киргизский, таджикский и пр.) оказался более жизненным и перспективным, чем некогда романтическая, но затем зашедшая в тупик идеология и политика «Туркестана». Но в начале ХХ века это движение привлекло в свои ряды немало образованных бухарцев. Всех их объединяло желание перемен и ненависть к консервативному духовенству. Отношение к эмиру было разным. Поначалу большинство джадидов хотело видеть его нейтральным арбитром в разрешении конфликта с муллами-фундаменталистами. В дальнейшем джадиды превратятся в непримиримых врагов эмира .

В числе первых джадидов были представители крупных купеческих семей Бухары - Мирзо Мухиддин, двоюродные братья Файзулло, Атоулло, Усман и Пулат Ходжаевы, Олимбек Джурабаев и др. Под влиянием февральской, 1917 г. революции в России, джадидизм превратился в общеШукуров, Шариф и Шукуров, Рустам. О воле к культуре. CA & CC Press AB, 1998. http:// www.ca-c.org/journal/cac-01-1998/st_22_shukurov.shtml

Khalid, Adeeb. The Politcs of Muslim Reform. Jadidism in Central Asia. Berkley and Los Angeles:

University of California Press, 1998, 210 .

ственно-политическое движение, а затем от него начинают отпочковываться политические партии. Первой, в марте 1917 г. была оформлена младобухарская партия, руководство которой состояло из джадидских лидеров, в том числе Мирзы Абдулвохида Бурханова (Мунзим), Абдурауфа Фитрата, Усмана Ходжаева, Атоулло (Ато) Ходжаева, Файзуллы Ходжаева и др. 53 Бухарские джадиды вынудили эмира пойти на уступки и издать манифест о реформе. Манифест был составлен при помощи российских представителей Временного правительства. Сам эмир Алим Хан понимал, что следует провести хотя бы частичные реформы, но опасался резко негативной реакции консервативного духовенства. После долгих обсуждений в правительстве и консультаций с представителем Временного правительства (политическим агентом) А. Я. Миллером, 7 апреля манифест был оглашен. Он был более умеренным, чем хивинский (о котором речь пойдет ниже), так как не предусматривал создание парламента. В манифесте эмир обещал упорядочить налоги, создать маджлис (собрание) города Бухары, реформировать образование, здравоохранение и т. д. Эти и другие положения реформы были взяты из программы джадидов-младобухарцев. Понятно, манифест вызвал ликование в стане джадидов. 8 апреля младобухарцы вывели на улицы Бухары около 500 своих сторонников с лозунгами: “Зинда бод амири Бухоро!” («да здравствует эмир Бухары»), «Свобода, справедливость, равенство!» и распевая подобранную накануне революционную песню на мотив «Марсельезы», двинулись к Арку эмирской резиденции. Демонстрацию возглавляли Мирзо Абдулвохид Бурханов (Мунзим), Фитрат, Файзулла Ходжаев и др. Джадиды двигались по узким улочкам Бухары. По словам участников того события, жители бросали им цветы из окон и крыш домов. У всех было приподнятое настроение.54 Далее произошло то, о чем предупреждал эмир русских и самих джадидов. На площади близ Арка собралась огромная толпа народа в белых чалмах. Фанатичные муллы призывали: “Избейте и приведите сюда этих разбойников, врагов могущества Бухары и правоверной религии!” 55 Узнав об этом, эмир послал своих чиновников навстречу джадидам, чтобы предупредить об ожидающей их опасности. В считанные минуты участники джадидской демонстрации разбежались. Это однако, не спасло их от расправы. Безвольный эмир, который поначалу сочувствовал джадидам, оказался во власти консервативного духовенства и отдал приказ изловить и наказать всех джадидов. От эмирских палачей пострадал и Садриддин Айни. Он был подвержен суровому наказанию - 75 палочным ударам. Сам манифест был вскоре отменен. Так, попытка реформирования

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ Бухары «сверху» провалилась. Шанс демократического развития, представленный Февральской революцией, использовать не удалось из-за сопротивления консервативного духовенства .

Не получив поддержки в самом эмирате, джадиды стали уповать исключительно на внешние силы, а именно, революционную Россию, обещавшую всем народам право на самоопределение. С этой целью в начале декабря 1917 г., то есть после установления Советской власти, в Ташкент отправилась делегация младобухарцев во главе с Файзуллой Ходжаевым, где она встретилась с Федором Колесовым. Большевики не преминули прийти на помощь бухарским революционерам. В конце февраля 1918 г .

Туркестанский Совет Народных Комиссаров (СНК) постановил перекинуть «пламя мировой революции» в соседнюю Бухару, независимость которой он признал несколькими днями раньше. У большевиков Ташкента был велик соблазн при помощи неожиданной военной экспедиции покончить с эмиратом раз и навсегда. 28 февраля 1918 г. СНК направил своего председателя Федора Колесова в Бухару для переговоров с эмиром. Последнему в ультимативной форме было предложено заменить состав бухарского правительства и ввести в него джадидов-младобухарцев. Эмир, разумеется, ответил отказом. Тогда, 2 марта туркестанские красные отряды при поддержке небольшого отряда младобухарцев напали на город Бухару. В ответ эмир собрал огромное войско. Бухарцы обратились к эмиру со словами: «мы не хотим хуррият (революции-К.А.), прикажи и мы пойдем воевать».56 Большевистская атака быстро захлебнулась и закончилась поражением нападавших. В отместку, был объявлен «джихад», во время которого многие русские, проживавшие в эмирате (главным образом железнодорожники и пограничники) были подвергнуты избиению. Взбудораженная толпа, подстрекаемая фанатиками, успокоилась лишь после того, как по всей Бухаре вырезали десятки русских. Захваченных в плен выпускали только после того, как они принимали ислам.57 25 марта эмир послал делегацию к Колесову и кровопролитие было остановлено.58 Эта авантюра ташкентских комиссаров и джадидов вошла в историю под названием «колесовский поход» .

С тех пор эмир попадает под исключительное влияние радикальных мулл. Он расстается с последними иллюзиями насчет сотрудничества с Советами и оставляет всякие попытки договориться с джадидами. Он сосредотачивается на укреплении армии и преследовании противников внутри эмирата. В 1919 г. у Бухары уже было регулярное войско из 12 тысяч солдат и 40 тысяч наукаров - ополчения, своеобразной бухарской

–  –  –

Севастьянов И. А. Керкинский округ. Ч. 1 Политико-экономический обзор. Январь 1925 .

Издание ревкома Туркменской ССР, Полторацк, 1925. С.41 Туркестан в начале ХХ века: к истории истоков национальной независимости. С.294 .

милиции.59 Эмиру удается установить хорошие отношения с басмачами, в частности, с ферганцем Шермухаммадом (Куршерматом) и матчинским беком. 60 Во внешней политике он прилагает немалые усилия, чтобы заручится английской и афганской поддержкой для защиты от возможной повторной агрессии со стороны России. В религиозных и правительственных кругах Бухары планы сближения с афганцами на антироссийской платформе были популярны. В феврале 1920 г. в Бухару от эмира Афганистана Амануллы Хана прибыла военная миссия во главе с Ходжи Ахмад Ханом и привезла вооружение в дар Бухаре. Вплоть до эвакуации из Бухары в сентябре 1920 г., при эмире находилась афганская гвардия из 600 человек .

Впрочем, военно-политический союз между консервативной Бухарой Алим Хана и реформаторским Афганистаном Амануллы, был маловероятен .

Единственное, что объективно сближало эти два государства - это религия, а точнее панисламизм. Эта политически неопределенная и маловероятная идея, тем не менее, имела немало сторонников в обеих столицах .

Антироссийским настроениям особенно сильно были подвержены духовенство и бухарская студенческая молодежь (муллобачахо). Они открыто высказывались против агрессивных приготовлений русских войск в Кагане (или Новой Бухаре- пригороде Бухары, имевшем статус российской территории), демонстративных полетов красных аэропланов над городом и откровенной антибухарской революционной пропаганды в русских поселениях Новой Бухары и Чарджуя .

После «колесовского похода» в Бухаре ужесточается борьба против всякого инакомыслия. Джадиды-младобухарцы, опасаясь мести эмиристов, были вынуждены эмигрировать в Туркестан, главным образом в Ташкент .

В их среде начался период внутрипартийных шатаний, завершившийся в сентябре 1918 г. образованием Бухарской коммунистической партии (БКП) во главе с А. Якубовым, М. Кульмухамедовым, М. Бурхановым, Н. Хусаиновым и др. Другая часть джадидов в декабре 1918 г. в Москве образовала комитет партии младобухарцев, во главе с Файзуллой Ходжаевым. Бухарские коммунисты пытались подражать Российской коммунистической партии большевиков - РКП (б). Они были склонны доверять социалистической революции и стремились не медлить с установлением советского строя, аналогичного туркестанскому. Младобухарцы, в свою очередь, настаивали на своеобразии, не отказываясь от религии и идеи самостоятельного, демократического развития Бухары. И те и другие, однако, были вскормлены революционной Москвой и рассчитывали достичь конечных целей с помощью По сведениям красной разведки 1919 г. “солдаты в Бухарской армии почти все таджики, узбеки попадаются очень редко». Почти все офицеры в армии были также таджиками. Однако солдатам строго запрещалось говорить по-таджикски. РГВА, ф.110, оп.3. д.912, л.17 .

Матча (Мастчох, Матчо) – населенный таджиками горый район в труднодоступных верховьях р. Зеравшан. Т. н. «Матчинское бекство» входило в Туркестанскую республику, но сохраняло независимость вплоть до 1923 г .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ РСФСР и РКП (б). По возвращении из Москвы в Ташкент в январе 1920 г .

Ф. Ходжаев организовал туркестанское бюро партии младобухарцев-революционеров. Руководство РКП (б) в лице ее полномочного представительства - Туркомиссии, возглавляемой М. В. Фрунзе и В. В. Куйбышевым, умело осуществляло руководство политической оппозицией в Бухаре. По рекомендации Москвы, 4-й съезд БКП (авг. 1920 г.) принял решение о заключении блока между двумя революционными бухарскими партиями, но при условии признания младобухарцами программы БКП. Разумеется, большевики трезво оценивали “революционный потенциал” бывших джадидов, группировавшихся вокруг БКП и партии младобухарцев-революционеров. Они им были нужны как временные союзники для свержения эмира и установления Советского строя в Бухаре .

Снова “Большая игра”?

Прежде чем приступить к расмотрению роли внешнего фактора в событиях Средней Азии революционного периода, необходимо вспомнить, что после подписания Англо-российского договора 1907 г. соперничество империй в Средней Азии прекратилось и “Большая игра” была приостановлена. Россия прочно закрепилась на территориях правобережной Аму Дарьи, а Англия надежно контролировала Индию, исподволь не прекращая попыток усилить свое влияние в Афганистане. Китаю было не до Средней Азии: в 1910-х гг. эта страна переживала непростые времена крушения старого имперского строя, сопровождавшегося восстаниями и междоусобицей. В Первую мировую войну Россия и Великобритания вошли союзниками. Однако англо-русское перемирие длилось всего десять лет .

Одним из первых декретов Советской власти был Декрет о мире, аннулировавший все международные договоры царской России. Наряду с другими, прекратило свое действие и Англо-российское соглашение 1907 г. Таким образом, конкуренция за влияние в Средней Азии возобновилась. Во внешнеполитических кругах Лондона и Дели в то время обсуждались два варианта стратегического развития политики в Средней Азии. Согласно первому из них, принадлежавшему члену парламента от партии либералов Джошуа Ведвуду, главным противником Англии в регионе считалась Германия. Английские политики предлагали “любыми способами испортить игру Германии и, взывая к патриотизму, организовать сопротивление среди местного населения Средней Азии”.61 Ими предлагалось выдворить немцев из региона, чтобы не дать им угрожать оттуда Англии .

Необходимо признать, что англичане имели все основания опасаться германо-советского сближения. Причину этого следует искать в связи большевиков с кайзеровской Германией. Известно, что Ленин и его партия в 1915-1918 гг. получили миллионные суммы (всего 50 млн. марок) от герHopkirk P., Setting the East Ablaze, 9 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ манского имперского казначейства. Сумма эта выплачивалась за вывод России из войны и организацию антиправительственной, революционной деятельности. Известно также, что сам Вильгельм II руководил безопасной транспортировкой Ленина в Россию в апреле 1917 г.62 Разумеется, нельзя сводить всю сложную картину революционных событий в России к факту финансирования Германией большевиков. Также было бы наивно считать Ленина слепым орудием в руках кайзеровской Германии. Со всей определенностью можно утверждать лишь то, что заключение Брестского мира и выход России из войны вызвали понятную озабоченность Англии, связывавшей это с происками Германии. Англия опасалась, что Германия и РСФСР договорятся и организуют совместную экспедицию в Афганистан.63 Наиболее вероятным она считала проникновение немцев в Среднюю Азию и далее в Афганистан и Индию из союзной Германии Турции и оккупированного Закавказья. За путь немцев из Турции через Персию в Афганистан англичане не опасались, так как Персия до 1918 г. контролировалась объединенными русско-английскими силами. Последние, как уже указывалось, еще в 1915 г. создали вдоль персидско-афганской границы так называемый «Восточно-персидский кордон», призванный противостоять возможному наступлению Германии и ее союзника Турции .

После выхода России из Первой мировой войны и вывода казачьих войск из Персии, кордон был заменен британскими войсками под командованием Вилфрида Малессона. Этот генерал был настроен весьма решительно и стремился покончить с Советской властью в Средней Азии. Опасность немецко-турецкого вторжения в Индию усиливалась присутствием в Средней Азии 40 тысяч военнопленных Первой мировой, выходцев из Турции и Австро-Венгрии. Чтобы предотвратить немецкое наступление, поддержанное Турцией и большевистской Россией, 12 августа 1918 г. персидско-российскую границу у станции Артык перешла колонна английской военной техники. Это были войска индусов генерала Вильфрида Малессона. Через две недели в туркменской Каакхе произошел бой с красными войсками. Это был первый и единственный случай в истории англо-русского соперничества в Азии, когда русские и англичане стреляли друг в друга.64 Затем экспедиционный корпус занял Душак. Как указывалось, британцы оправдывали интервенцию необходимостью противостоять германо-турецкому наступлению на Ближнем и Среднем Востоке и Закавказье. Правительство Британской Индии стремилось также обеспечить надежный контроль над важной стратегической железнодорожной магистралью Самара-Красноводск, связывавшей английский Ближний Восток со Средней Рутыч Н. КПСС у власти. Очерки по истории коммунистической партии 1917-1957 .

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ Азией и далее с Уралом и Сибирью. На самом деле, Малессону были даны более обширные инструкции. Официальным поводом для миссии было обращение меньшевистского “правительства” Ашхабада помочь в борьбе против большевиков. Малессон должен был войти в контакт с антибольшевистскими силами в Закаспии и “противостоять угрозе Индии”.65 Другим союзником в регионе англичане считали эмира бухарского. В начале 1919 г. Малессон послал эмиру письмо, начинавшееся с красочного персидского стиха и содержащее обещание прислать 500 ружей и боеприпасы к ним.66 В том же письме генерал советовал Алим Хану держаться подальше и от большевиков и от афганцев, предсказывая скорое падение Советской власти и суровые санкции против афганцев за сотрудничество с Москвой.67 Этот кратковременный альянс с англичанами будет стоить Алим Хану царского трона .

Однако, с усилением большевиков и ослаблением их зависимости от немцев, опасность германской агрессии в Среднюю Азию объективно снижалась. В марте 1919 г. миссия Малессона была отведена обратно в Мешхед. Взамен немецкой, призрак русской угрозы вновь замаячил на северных подступах к Британской империи. И на этот раз Британская империя приняла вызов, брошенный Москвой .

В первую очередь, вокруг советской Средней Азии – в Иране, Афганистане, Китае и Индии была развернута беспрецедентная разведывательная деятельность. И это понятно, так как Британия и ее бывшие союзники не знали, что именно происходит в России и что следует делать, чтобы обезопасить себя от последствий распада громадной Российской империи, простиравшейся от Польши до Дальнего Востока. В персидском Мешхеде под командованием Малессона была размещена британская миссия и служба разведки Э. Редля. Она занималась перехватом телеграфных сообщений между Москвой и городами Средней Азии. Неудачу своей военной экспедиции в Закаспий, Малессон компенсировал тем, что достиг более впечатляющих успехов в деле разлада российско-афганского сотрудничества и культивирования взаимной подозрительности и недоверия между Москвой и Кабулом.68 Английское консульство в Кабуле явилось еще одним центром для слежения за Туркестаном, Бухарой и Хивой .

Важным английским разведцентром была и миссия в китайском Кашгаре открытая в 1908 г. во главе с генконсулом Джорджем Маккартни, которого в 1918 г. сменил другой английский офицер, дипломат и разведчик Перси Эссертон (1879-1963). Комфортабельная резиденция состоящая из 20 Tod, J. K. “The Malleson Mission to Transcaspia in 1918”, Royal Central Asian Journal 27, part 2 (1940), 49 .

IOR: L/P&S/11/198: P 2718 Ibid .

Adamec W. Ludwig. Afghanistan’s Foreigh Affairs to the Mid-Twentieth Century. Relations with the USSR, Germany, and Britain, 66-67 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ комнат располагалась в живописном саду «Чини Бог» («Китайский сад») и была открыта для всех европейцев, путешествовавших по Западному Китаю.69 «Чини Бог» посещали также беглые белогвардейские офицеры, царские чиновники и ферганские повстанцы. В инструкции, данной Кашгарской миссии в начале 1918 г. предписывалось “собирать всякую информацию, имеющую отношение к положению дел в Русском Туркестане.. .

и докладывать о возможности установления контакта с элементами, с которыми Британия могла бы работать в интересах союзников”. Членам миссии также предлагалось “идея использования антибольшевистских и проавтономистских мусульманских настроений”.70 Рекомендовалось также “использовать каждую появившуюся возможность для полезной интервенции в Среднюю Азию, если будет на то получено одобрение правительства Индии”.71 Была предпринята и прямая разведывательная миссия в русскую Среднюю Азию. В июле 1918 г. небольшая группа из четырех европейцев и двенадцати азиатов отправилась из Кашгара к советской границе. Ее возглавлял полковник Фредерик Бэйли - офицер Секретного и Политического Департамента правительства Великобритании. Еще до войны он зарекомендовал себя как крупный знаток Внутренней Азии. Один из гималайских пиков до сих пор носит имя Бэйли. Но в истории он оставил свой след не как исследователь, а как одна из самых активных антибольшевистских фигур империи. В 1918-1919 гг. этот неприметный с виду офицер в одиночку играл опасную игру с туркестанскими большевиками и даже, на короткий период, был завербован ташкентской ЧК.72 Бэйли был ярым сторонников британской интервенции в Среднюю Азию. Английская делегация прибыла в Ташкент открыто и была принята комиссарами (эсерами и большевиками), хотя революционные власти подозревали об ее истинных задачах. По прибытии в Туркестан, Бэйли провел значительную разведывательную работу. Он связался с антисоветским подпольем - беглыми бухарцами, ферганскими басмачами и русскими белогвардейцами. В результате, у него сложилось несколько преувеличенное впечатление о характере и размерах антисоветского сопротивления. В своем секретном донесении он оценивал антибольшевистские силы в Туркестане следующим образом:

“10 000 местных жителей, поддерживаемых 2 000 антибольшевистски настроенными русскими и 2 000 киргизов, готовы присоединиться к восстанию” .

Бэйли оптимистично оценивал шансы британской интервенции и уверял начальство, что мусульмане рассматривают его (Бэйли) миссию как авангард англо-индийских войск.

Бэйли прямо призывал к интервенции:

Hopkirk, P. Op. cit. 98 .

Fraser, Glenda. “Basmachi-I”, Сentral Asian Survey. Vol. 6, no.1,1987, 24 .

Ibid .

Hopkirk, P. Op. cit. 3 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ “10 000 англо-индийских войск с достаточным запасом вооружения, артиллерией, аэропланами и т. д. могли бы пройти через всю страну и (антисоветские) организации сделали бы то же самое одновременно».73 На этой стадии, а именно, во второй половине 1918 г., басмачи имели реальный шанс на получение желанной иностранной помощи. В инструкции предназаченной для Британской миссии в Синьцзяне говорилось без обиняков: “Английский консул в Кашгаре должен быть инструктирован помочь антибольшевистскому восстанию в Фергане”.74 Эссертон, как и Бэйли был горячим сторонником самой решительной английской политики в сопредельной Кашгару Средней Азии. Он находился в тесной связи с курбаши Шерматом (Куршерматом, то есть «кривым Шерматом») из Ферганы, снабжал его инструкциями и, вероятно, небольшим количеством оружия (для больших поставок требовалась санкция правительства). Эссертон пытался аппелировать к гражданскому патриотизму своего протеже, чтобы минимизировать нежелательные для британского владычества панисламистские моменты в антибольшевистском движении. В своих докладах начальству он убеждал, что не существует препятствий для прямой вооруженной поддержки басмачей. 26 августа 1921 г. Эссертон писал, что у Шермата в Фергане есть 76 000 последователей, из них 34 000 вооруженных. Кроме того, Шермат, якобы уверял Эссертона, что он мог собрать и 100 тысяч бойцов, если бы не недостаток оружия. “Только недостаток вооружения и боеприпасов служит препятствием для очень быстрого всеобщего восстания русского Туркестана”,- заключал свое донесение Эссертон.75 Уверенный во всемогуществе своего клиента, в 1920 г .

Эссертон предложил Шермату «взять под свой контроль Памир». Прямых улик о поставках английского оружия ферганцам не обнаружено, но, судя по логике их взаимоотношений, можно предположить, что моральная поддержка и ограниченные поставки вооружения все-таки имели место .

Однако, несмотря на усилия Эссертона и Бэйли, план интервенции в Русский Туркестан не был одобрен. Окончание мировой войны в ноябре 1918 г., и прекращение военных действий сделали вероятность вторжения Англии в Среднюю Азию еще более незначительной .

Какова все-таки была генеральная позиция Великобритании по отношению к Средней Азии? Обратимся к документам самого английского правительства. В связи c окончанием мировой войны и необходимостью определения нового мирового порядка, в начале 1919 г. началась мирная конференция в Версале, близ Парижа. Главной целью конференции было перекраивание мирового порядка, главным образом за счет побежденной Германии. Победители склонялись к тому, чтобы отказаться от идеи масштабной

–  –  –

интервенции в Советскую Россию.76 Взамен, усилия были направлены на то, чтобы создать там где это возможно, антибольшевистские пояса вокруг России с тем, чтобы препятствовать вооруженному экспорту революции в соседние страны. В Центральной и Восточной Европе на обломках АвстроВенгрии возникли новые государства. Так, Версаль дал «добро» на создание Югославии (до 1929 г. – Королевство сербов, хорватов и словенцев) и Чехословакии. Трансильвания была разделена между Румынией и Венгрией. Была создана Молдавия, содержащая целый регион, заселенный сплошным русским населением. Был также создан антибольшевистский пояс в Прибалтике. Это все были искусственные, непрочные образования, обреченные на развал в случае падения Советской России .

В начале декабря 1918 г. Индийский Офис представил свои предложения (меморандум) о будущем “русской Средней Азии”. Этот «Меморандум» лег в основу решений Версальской конференции относительно Средней Азии. Документы подобного рода обычно составляются откровенно, без обиняков. В чем же было его главное содержание?

Прежде всего, очевидно, что для англичан Закавказье и Средняя Азия были слишком сложным регионом для “государственного конструирования” по типу восточно-европейского. Британские политики признавали этническую неоднородность и слабо выраженную национальную ориентацию в сознании различных этнических групп Средней Азии. Анализируя политическое развитие региона, они не заметили каких-либо признаков общенационального движения, опираясь на которое можно было предпринимать дальнейшие действия. Исходя их этого, Великобритания считала, что принципы национального самоопределения для Средней Азии неприменимы. Наряду с этим, они отмечали религиозную общность среднеазиатов, принадлежность их к “фанатикам” исламской веры. Англичане мало верили, что большевизм, как политический проект, может иметь успех в подобной среде. Больше всего они опасались ослабления государственной власти в регионе, неуправляемой реакции местных племен на большевистские насильственные меры, такие, как революция и война. Главной угрозой для безопасности своей страны, британские империалисты считали “мусульманское восстание” вызванное хаосом .

“Более серьезная (по сравнению с большевизмом-К.А.) опасность заключается в возможности общего мусульманского восстания против большевиков и попытке создать ряд независимых мусульманских государств”, отмечалось в меморандуме, подготовленном Индийским Офисом. 77 Для Англии Средняя Азия была регионом, находящимся вблизи ее индийских владений и населенным “мусульманами особо фанатического типа”. Именно с этой точки зрения Великобритания строила свои отношеIOR: L/P&S/11/142 .

Ibid .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ ния с Россией, Бухарой и формировала позицию к большевизму. Следует еще раз подчеркнуть, что в Средней Азии Великобритания не боролась с большевистской идеологией и политикой как таковыми, а была озабочена анархией, вызванной большевистским переворотом, угрожавшей ее владычеству в Индии. В то время (1918-1919 гг.) англичане были уверены в нежизнеспособности Советской власти и ее скором крахе .

Лидер исмаилитов Ага Хан III, пользовавшийся доверием двора и правительства, предлагал Великобритании избрать более активную политику в отношении региона. Он советовал “развивать” ислам и придерживаться “политики бескорыстной защиты ислама в Месопотамии, Персии, Афганистане и Средней Азии”. Его взгляды, означавшие поддержку мусульманского национализма и военную конфронтацию с Россией, разумеется, не были поддержаны английским правительством. Кроме того, Британии, по мнению англичан, следовало оставаться христианской страной и препятствовать консолидации мусульман .

“Точно таким же образом, как изоляция среднеазиатских мусульман сделала их фанатизм безобидным, изоляция индийских мусульман сделала их более или менее сдержанными, а их общину - одной из самых благоразумных общин во всей Индии”, утверждал Индийский Офис. Британцы, которые, свергнув Великих Моголов, низвели некогда господствующую мусульманскую общину до рядового члена большого религиозного сообщества Индии, пытались подобным образом лишить мусульман их статуса и в Средней Азии. Поэтому, свою задачу англичане сводили к ослаблению обоих действующих и потенциальных противников в регионе – русских и мусульман. В заключение упомянутого документа говорится:

“Поскольку мы в состоянии влиять на развитие событий в России, мы должны консолидировать Азиатско-Русское правительство России в Сибири, контролируя все железнодорожные системы. Удерживая Оренбург, следует управлять мусульманскими государствами и населением Средней Азии, ослабив поводья. Хива и Бухара, сохраняя номинальную независимость, должны оставаться под властью Сибирского правительства, а остальной Туркестан должен образовать один, может два местных административных центра (в Ташкенте и Коканде), которые, будучи преимущественно мусульманскими, должны включать обязательное представительство белого населения. Эти туркестанские образования должны быть объединены в федерацию с Сибирью, но при этом иметь внутреннюю автономию”.78 Таким образом, англичанами предлагалось сохранить создавшееся в конце 1918 г. «статус кво», а именно: поддержать российскую (контрреволюционную) власть в Омске, сохранить консервативные правительства Ibid .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ хивинского и бухарского ханов, а в Коканде и Ташкенте поддержать квази-демократическую представительную власть, в которой могли бы ужиться и мусульмане, и русские. Важным пунктом это плана была помощь сибирскому правительству Колчака и его агентам в Средней Азии. Упомянутая выше экспедиция корпуса Вилфрида Малессона в Закаспий в августе 1918 г., направленная на поддержку марионеточного правительства меньшевика Фунтикова, явилась звеном политики Британии по расчленению России и последующему подчинению Средней Азии юрисдикции “Сибирского правительства Азиатской России” адмирала Колчака.79 Разумеется, такая перспектива могла устроить бухарского эмира, хивинского хана, кокандских автономистов, а также белую Россию. Единственный, кто возражал против такого плана устройства региона, были большевики .

Под английским патронажем в 1918 г. в Ташкенте действовала белогвардейская подпольная организация под названием “Туркестанская военная организация” (ТВО), которая была связана со штабом омского правителя Колчака и местными басмачами. По признанию самих белых офицеров, ТВО осенью 1918 г. была связана с представителями британской миссии Бэйли. Англичане обещали снабжать ТВО необходимыми денежными средствами, оружием, боеприпасами. Однако это соглашение не было осуществлено, так как ТВО была раскрыта ташкентской ЧК и многие члены ее были расстреляны, заключены в тюрьму и лишь немногие пробрались в Фергану. В январе 1919 г. была разоблачена и британская миссия Бэйли, а сам он был арестован. Так, антибольшевистское соглашение между басмачами, белогвардейцами и англичанами было расстроено.80 Тем не менее, колчаковцы не оставляли надежд и просили Англию, “... на содержание отрядов открыть кредит 150 млн. рублей, место получения Кашгар, через посредство английского консула... доставить оружие в количестве 8-12 полевых орудий, 8 горных орудий, 40 пулеметов, 20 000 ружей и 10 млн. патронов”.81 Реализация этого предложения могла бы вооружить целую армию .

Помощь, однако, не была получена. Колчак был разбит Красной Армией и планам расчленения России не было суждено сбыться. Поражение белой армии на юго-востоке России можно объяснить: во-первых, военнополитическим превосходством Красной Армии и умелой пропагандой большевистского руководства, сумевшего сорвать планы своих внутренних и внешних врагов; во-вторых, позицией сибирского крестьянства и коренных народов Средней Азии, Восточной Сибири и Урала, не поддержавших белогвардейцев и, наконец; в-третьих, непоследовательностью Англии при поддержке антисоветских движений востока и юго-востока России .

В феврале 1919 г. Малессон получил приказ отвести свои войска назад в Мешхед, а в апреле

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ Следует признать, что для народов Средней Азии победа большевиков над Колчаком и предотвращение раскола России были предпочтительней планировавшегося английским правительством сохранения эмирата и превращения региона в придаток ослабленной и фрагментированной России .

В этой связи, нелишне обратиться вновь к судьбе Мустафы Чокаева .

В начале 1918 г. после падения Кокандского правительства он навсегда покидает Среднюю Азию, отправившись сначала в Башкирию, затем на Кавказ. В Тифлисе Чокаев издавал две мусульманские газеты – «Ени Дунья» и «Шафак». Тем временем, турки оккупировали почти всю южную и восточную часть Закавказья и обосновались в Баку, а немцы заняли Тифлис. Одновременно интервенты поддерживали на Дону всевозможные «самостоятельные государственные образования». Все это делалось под лозунгом «освобождения народов России». К тому времени Чокаев не питал никаких иллюзий относительно сотрудничества как с большевиками, так и с белым движением, ратовавшим за «единую и неделимую Россию». Он делал ставку на достижение полной независимости Туркестана с помощью Запада. Это неизбежно сближало его с теми, кто добивался расчленения России. А таких было немало как на уровне европейских правительств, так и в разношерстной эмигрантской среде .

Однако успехи Красной Армии лишили «туркестанцев» последних надежд. В 1920 г. после разгрома Грузинской республики большевиками, Чокаев эмигрирует. Позже, в марте 1921 г. Англия, путем заключения торгового договора, косвенно признает Советскую Россию. Это означало отказ от попыток расчленения России и фактическое согласие с тем, чтобы оставить регион Средней Азии Советской России. Косвенная поддержка англичанами большевиков в противостоянии последних с народами Кавказа и Средней Азии, выразилась в отказе Запада от поддержки закавказского национализма и антибольшевистского (басмаческого и белогвардейского) движения в Семиречье, Фергане и Бухаре. Западные страны (Франция и Англия, прежде всего), несмотря на разногласия, были едины в своем стремлении сохранить влияние России в Средней Азии. Они проигнорировали обращение Туркестанского Национального Объединения (ТНО), направленного из Тифлиса Мирной конференции в Версале в феврале 1919 г. По словам Чокаева, в нем речь шла о просьбе занять Туркестан войсками Антанты. Напомним, что в то время британцы, осуществлявшие интервенцию против Советской России, уже стояли на Кавказе и в Туркмении. Речь шла о небольшом продвижении на восток. Всего на несколько сотен километров. К разочарованию «туркестанцев», англичане не только проигнорировали их просьбу, но поступили наоборот. Выведя войска из Закаспия, они оставили вооружение и амуницию не своим вчерашним сторонникам-туркменам, а русской Добровольческой Армии. Чокаев с грустью признавал, что «ломать копья и впутываться за прекрасные глаза туркестанцев ли, или кого другого во имя отвлеченных «прав угнетенных», в PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ войну с большевиками Европа не вступит». 82 Именно этого - полномасштабной западной интервенции жаждали туркестанские националисты .

Распространенные в советской историографии утверждения, что Запад обильно помогал оружием и деньгами всем без исключения контрреволюционным силам, не соответствуют действительности. По мере укрепления большевистского строя Запад предпочтет торговать, а не воевать с Россией. То, что Англия и США станут рассматривать Среднюю Азию как «внутренний дворик» России, впрочем, не помешает им продолжать попытки ослабления позиций России в регионе. В свою очередь, большевики будут постоянно угрожать Западу огнем «мировой революции» на Среднем, Дальнем Востоке и в Южной Азии .

Афганистан и революционная Средняя Азия В Афганистане, в феврале 1919 г. произошел государственный переворот и эмир Хабибулла был убит. К власти пришел его сын Аманулла Хан, взявший курс на кардинальные реформы в стране. Новый эмир Афганистана находился под сильным влиянием реформаторских идей младоафганцев, в особенности их видного представителя, журналиста Махмуда Тарзи83 - тестя Амануллы и ключевой фигуры его окружения. Модернистское движение младоафганцев впитало в себя как идеи светского реформатора Мустафы Кемаля Ататюрка, так и теоретика панисламизма Саида Джалалудина Афгани. Последний сформулировал основные постулаты исламского единства, которые не были чужды всем мусульманским лидерам первой трети ХХ века .

Модернизация, доступ к передовым технологиям, национализм и некоторые другие реформаторские идеи того времени были популярны, однако, главным образом, среди элиты афганского общества. Основная же масса населения была больше подвержена влиянию традиционных компонентов общественного сознания таких, как идея независимости и объединенного сопротивления общему врагу, то есть джихада против противников ислама .

Как развивались отношения Афганистана со своим северным соседом? В известной мере на отношения между Афганистаном и Советской Россией бросала тень активность афганских эмигрантских революционных групп и организаций, расположенных Средней Азии. Они получали приказы из Кремля и имели целью, не больше и не меньше, “свержение деспотического режима” в Афганистане и замену его просоветским режимом.84 Из истории Российской эмиграции. Письма А.-З. Валидова и М. Чокаева (1924-1932гг.). С.93 .

Отец Махмуда Tарзи, Гулам Мухамад Хан происходил из потомков Сардар Рахмдил Хана, брата эмира Афганистана Дуст Мухаммада. По политическим причинам Рахмдил был вынужден бежать в Сирию. В Сирии, его сын Махмуд Тарзи ознакомился с идеями панисламизма, исламского реформизма и пантюркизма. См.: Katrak, Sobab K. Through Amanulla’s Afghanistan. Karachi: Sind Observer, 1929, xiii .

Volodarsikiy V., “First Steps in Soviet Diplomacy Towards Afghanistan, 1917-1921”, in Yaacov Ro’I (еd.) The USSR and the Muslim World, London: George Alien and UNWIN, 1981, 220 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ Тем не менее, революция в России и изменение международной ситуации вселили Афганистану надежду на достижение желанной независимости. 27 марта 1919 г. советское правительство заявило о признании независимого Афганистана. Первые внешнеполитические шаги, предпринятые большевиками в отношении Афганистана были встречены в Кабуле сочувственно. Напротив, действия Великобритании на Среднем Востоке и в Средней Азии вызывали неодобрение у населения региона. Оккупация Британией Персии, введение войск Малессона в русский Закаспий, разумеется, рассматривались Кабулом как угроза Афганскому государству .

Однако и Лондон не собирался сдавать свои позиции в Афганистане. В начале 1919 г. в Дели обсуждались планы включения афганского вопроса в повестку Версальской мирной конференции. Тогда Англия сочла Афганистан исключительно своим, внутренним делом и не допустила кабульцев в Версаль. Внутренние подстрекательства афганского двора и непримиримость англичан обострили англо-афганские отношения до прямого вооруженного столкновения в мае 1919 г., известного как Третья англоафганская война. Война длилась ровно один месяц и закончилась победой Афганистана, хотя некоторые англичане утверждают обратное. В апреле 1919 г. афганская миссия во главе с Мухаммад Вали Ханом Бадахшани (таджиком) покинула Кабул и отправилась в Москву, демонстрируя независимость во внешних делах. По дороге первый посол независимого Афганистана посетил Бухару, где встретился с эмиром Алим Ханом. Мухаммад Вали Хан вручил бухарскому эмиру орден и письмо от Амануллы Хана. В письме афганский правитель предостерег Алим Хана от немедленного выступления против большевиков, ссылаясь на то, что Афганистан, поскольку он занят борьбой против Англии, не сможет поддержать Бухару. Как вспоминал позже Алим Хан, в беседах с афганским посланником обсуждались перспективы афгано-бухарского антибольшевистского союза. Стороны согласились, что весь мусульманский мир ожидает заключения союза между Афганистаном и Бухарой. Однако кабульский посланник предостерегал своего визави от немедленного антисоветского выступления .

“Не проявляйте поспешности, пока не выясниться, как окончится предприятие вашего брата (то есть борьба Амануллы против Англии-К.А.),” говорил Мухаммад Вали Хан .

“Поскольку слова посланника были в высшей степени справедливыми, я счел за благо последовать сказанному и, храня в памяти этот совет, не единожды брал к себе в помощники терпение и выдержку”, вспоминал по этому поводу Алим Хан. 85 Отвечая пожеланиям эмира Бухары, Аманулла отправил в Бухару инструкторов для подготовки войск и производства боеприпасов и дар:

Амир Олимхон. Хотирахои Амир Олимхон. Таърихи хузн ал-миллали Бухоро. - Техрон:

–  –  –

шесть пушек, два картечных орудия, два горных орудия и две короткоствольные пушки. Это был скорее символический акт поддержки, чем военная помощь .

Вместе с тем, афганский эмир стремился воспользоваться ослаблением русской власти и заявить о своих старых претензиях на территории оазиса Пандждех (Пенде) что в восточной Туркмении (к юго-востоку от города Мерв). Осенью 1919 г. он начал постепенное проникновение в эту провинцию, засылая туда своих чиновников, консулов, всевозможных эмиссаров, военных. К декабрю 1919 г. в Мерве уже находилось 400 солдат афганской армии.86 Не следует не учитывать и фактор панисламизма, усилившийся в связи с падением русского царизма. Разумеется, афганцев не могла не беспокоить судьба единоверцев и их территорий, оказавшихся под контролем не-мусульман. Важной причиной сочувственного отношения и помощи единоверцам по ту сторону реки заключалась в общности культа мусульманских святынь. Бухара и Самарканд были святынями для всех мусульман. Значительная часть афганских улемов начала ХХ века обучалась в (суннитской) Бухаре, так как афганцы, в своей массе были суннитами, враждебными шиитскому Ирану. На территории Средней Азии находилось много мавзолеев (мазаров) и других религиозных культовых памятников, таких как мечеть и мавзолей известного суфия Мавлоно Якуби Чархи (Душанбе), мавзолей Эмира Хамадони (Куляб) и многие другие .

Они одинаково почитались на обоих берегах Аму Дарьи. В религиознофеодальной иерархии «русской» Средней Азии и Афганистана особое место занимали мусульманские эксперты (уламо). Их авторитет был непререкаем как для правителей, так и для рядовых верующих. Центральным мотивом их проповедей была идея независимости и идеал единства всех мусульман. Среди мусульманских лидеров было немало шейхов и ишанов

- наследственных руководителей суфийских братств - имевших десятки, а то и тысячи последователей (мюридов) по обеим сторонам границы .

Клерикальные иерархи Афганистана обладали особенным престижем изза особой роли, которую они сыграли в англо-афганских войнах. Известно, что во время Третьей англо-афганской войны (1919 г.) правительство и религиозные авторитеты искали и нашли поддержку “в различных странах, где проживали мусульмане”87. Вполне понятно, что афганцы проявляли симпатию к своим среднеазиатским собратьям, боровшимся против большевиков. В 1919 г. афганское правительство послало в Туркестан своих эмиссаров – Мири Гузаргоха, хранителя мавзолея Ходжи Абдуллы Ансари, что в Герате и Хазрата Сахиба из Карроха для выражения моральной поддержки басмачам. Ответственными за связь афганской уламо и муAdamec W. Ludwig. Afghanistan’s Foreigh Affairs to the Mid-Twentieth Century. Relations with the USSR, Germany, and Britain, 69 .

РГВА, ф.110, оп. 3, д. 920, л. 56 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ сульман русской Средней Азии были Мавлави Баракатулла и Мавлави Абдулразак. 88 Идея объединения разрозненных усилий мусульман, во имя восстановления попранного былого величия веры, захватила воображение Амануллы. Амбициозный эмир не был чужд стремления стать следующим после падения Оттоманской империи халифом, объединителем мусульманских государств. Такую роль он отвел себе в новом раунде “Большой игры” .

Примерно об этом писала его мать, Улия Хазрат Алим Хану в 1920 г.:

“Наши враги извлекают большую пользу от наших семейных разногласий. Один за другим они свергают мусульманские правительства, и различные мусульманские народы цепенеют, попадая в их железные лапы... Все мусульмане Туркестана, Закаспия, Персии и Афганистана лишены права на свободное развитие. Все они – эти мусульмане - страдают до глубины души из-за свалившихся на них невзгод .

А сердца таких, вроде меня, молящихся забившись в угол и скрытых завесой от внешнего мира, готовы разорваться от боли и от осознания неизвестности, ожидающей ислам».89

Переходя к союзу с Бухарой, Улия Хазрат писала:

«Свет моих очей Аманулла поставил первым условием дружбы с Россией признание ею независимости братской и единоверной Бухары».90 Другими словами, королева-мать советовала Алим Хану уповать на Амануллу и не ссориться с Советской Россией, которая обещала ее сыну не трогать Бухару .

Вероятность установления тесных взаимоотношений между Кабулом и Бухарой настораживала и Лондон. Англичане опасались, что их основой могла стать исламская солидарность и пан-туранизм. Газета “Таймс” от 12-13 февраля 1919 г. по этому поводу писала, что с точки зрения Великобритании, исламская конфедерация является нежелательной .

“Нет причин предполагать, что Лига (Наций - К. А.) свяжет себя с дискредитировавшим себя культом пан-туранизма. В то же время отмечается сильная симпатия к Турции среди мусульман Средней Азии и Индии. Эти тенденции мусульманских настроений должны быть приняты во внимание делегатами в Париже” (имелась в виду Версальская мирная конференция 1919-1920 годов - К. А.) К тому времени, турецкий султан, который являлся халифом всех мусульман, ответственным за судьбу мусульманских святынь – Мекки и Медины был повержен Англией и ее союзниками. Оттоманская империя разваливалась на части. Севрский договор (май 1920 г.) окончательно разрушит ее, оставив Турции с ее султаном лишь небольшую часть некогда Senzil K. Navid. Religious Response to Social Change in Afghanistan 1919-1929; King AmanAllah and the Afghan Ulama. Costa Mesa California: Mazda Publishers, 1999, 71 IOR: L/P&S/11/198: P 2718 Ibid .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ обширной державы. Место султана – халифа всех мусульман было «вакантным» и англичан беспокоило, что Аманулла или другой независимый лидер мусульманской страны при помощи единоверцев из других стран, в частности Турции и Индии, станет претендовать на это место .

Если со свергнутым эмиром Бухары Амануллу ничего, кроме риторической «исламской солидарности» не связывало, то басмаческое движение в Фергане определенно вызвало интерес афганского эмира. Наверняка он был в курсе деятельности т. н. «Туркестанского Комитета», известного позже как Туркестанское Национальное Объединение (ТНО) во главе с Мустафой Чокаевым, в феврале 1919 г. обратившегося (из Тифлиса) ко всем западным державам, собравшимся на Версальскую мирную конференцию с призывом оккупировать Туркестан и способствовать созданию там независимого государства.91 Как Амануллу, так и его военачальников вроде Надир Хана, приобретших весной 1919 г. опыт мобилизации афганских племен в войне против Британской Индии, наверняка интересовал военно-политический потенциал ферганцев, восставших против большевиков .

С целью зондирования возможности создания афгано-туркестанского альянса, в конце 1919 г. афганцы снарядили экспедицию в Советскую Среднюю Азию, точнее в Ферганскую долину. Обстоятельства этого важного эпизода мусульманского сопротивления Советской власти долгое время оставались неизвестными. В начале декабря 1919 г. миссия из 10 человек во главе с полковником афганской армии Мухаммад Акбар Ханом92 и неким накшбандийским93 лидером из Тагао (долина Шамали на север от Кабула) добралась до расположения ферганского басмаческого лидера Мадамина Ахмадбекова94 в селении Горбаба (Горбуа), неподалеку от Маргилана. 95 К тому времени – точнее в конце августа 1919 г. Мадамин заключил союз с т. н. “Крестьянской армией” состоявшей из русских крестьян во главе с Константином Монстровым. К нему присоединились и белогвардейцы, бежавшие из Ташкента. В результате, образоИз истории Российской эмиграции. Письма А.-Заки Валидова и М. Чокаева 1924-1932

–  –  –

хукума) провинции Катаган-Бадахшан. См. Кушкеки.Указ. соч. http://kungrad.com/history/ download/2006/08/18/24/ Накшбандия - суфийский орден. Основан шейхом Бахауддином (1318-1389), родом из селения Касри Хиндувон, под г. Бухарой. Бахауддин был по профессии ткачом. Он много путешествовал по Ирану и Средней Азии, имел огромное количество учеников в различных слоях общества и в разных частях региона. Похоронен в родном селении. О нем см. Семенов А., «Бухарский шейх Баха-уд-Дин» Восточный сборник в честь А. Н. Веселовского, М., 1914 .

До революции 1917 г. Мадаминбек отбывал срок в сибирской ссылке за уголовное преступление. В 1918 г. был начальником Маргиланской милиции, затем перешел к басмачам,чтобы бороться с властью, «которая снимает с дехканина последний халат». Гинцбург С. Басмачество в Фергане//Новый Восток, № 10-11, 1925. С.186 IOR: L/P&S/11/182 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ валась пестрая по своему составу 20-тысячная армия. Этот басмаческобелогвардейский союз образовал т. н. “Временное правительство Ферганы” в приграничном Китаю Иркештаме в октябре 1919 г. Возглавил “правительство” Мадамин. Он же командовал объединенными вооруженными силами. При помощи Успенского - бывшего царского консула в Кашгаре, а также при тайной поддержке английского консула в Кашгаре Эссертона, “правительство” пыталось осуществлять контроль над басмаческими лидерами, ликвидировать трения между ними и разработать общий план для борьбы против Советской власти .

Как предполагали большевики, миссия Мухаммад Акбар Хана заключалась в стремлении выяснить “примут ли ферганцы помощь в их борьбе против большевизма от афганцев, или же они предпочтут сотрудничать с англичанами, которые являются врагами мусульман всего мира”.96 В первую очередь прибывшие афганцы примирили Мадамина с другими курбаши, не желавшим признавать власти Мадамина. По информации англичан, (которые внедрили в состав делегации своего агента) афганцы обещали Монстрову, в случае согласия с поставленными условиями, 5 000 винтовок, которые, якобы, находились на пути из афганского города Рустак (сам Монстров упоминал 500 винтовок). Мухаммад Акбар Хан, якобы, обещал также послать несколько тысяч солдат (называлась цифра 10

000) для борьбы против большевиков в Фергане. В ответ, по мнению советской разведки, Мадамин должен был представить афганцам письменную просьбу “взять Туркестан под свое покровительство”.97 В свою очередь, кабульская делегация от имени правителя Афганистана обещала предоставить Мадамину право «контролировать Туркестан». Оказавшись у власти, Мадамин должен был провести реформы в управлении, образовании и других отраслях, руководствуясь инструкциями, полученными из Афганистана.98 Итак, предложение столь желанной помощи из-за границы было получено. Однако оно выглядело явно двусмысленным. Для басмаческобелогвардейского правительства сотрудничество с афганцами было чревато непредвиденными последствиями, так как предложение исходило от режима, лояльного революционной Москве и только что закончившего войну с Англией. Вдобавок, само предложение было выражено не совсем внятно. Мадамин, Монстров и другие ферганские лидеры (киргиз Халходжа, сарты Шермат и Сами Максум) собрались на совещание, которое завершилось компромиссом. Было решено просить оружие, но воздержаться от немедленного обращения за “покровительством”, ссылаясь на необходимость получения предварительного одобрения “Временного правительства”. Вполне очевидно, что такая уклончивая резолюция была РГВА, ф.110, оп.3, д. 922, л. 33 .

–  –  –

принята под нажимом белогвардейцев, опасавшихся нарастания национализма и панисламизма. Кроме того, Шермат (Куршермат) был явным англофилом, и басмаче-белогвардейцы понимали, что перспектива афгано-туркестанского сближения, основанная на исламском единстве, не устроит англичан .

В конце 1919 г. “правительство” Мадамина – этот квази-государственный орган, созданный басмачами совместно с белыми офицерами и русскими крестьянами - устраивало как Англию, так и белогвардейцев, постольку поскольку оно сдерживало большевиков и сторонилось панисламизма .

В то же время англичане (вернее английский консул в Кашгаре) не торопились с оказанием прямой помощи своим фаворитам (Иргашу, Шермату, Хал Ходже и Мадамину). Так, 20 февраля 1919 г. Иргаш обратился к консулу в Кашагаре Эссертону за поддержкой. Просьба ферганцев об оказании им помощи дошла до Лондона 18 марта. Ответ был составлен заместителем Государственного секретаря Правительства Индии Джоном

Шакбуром и передан военному министру для дополнений. Шакбург писал:

«то что касается нашей генеральной (подчеркнуто Шакбуром –К.А.) политики по отношению к большевикам, я все еще нахожусь в неведении. Следует ли считать их врагами, или людьми с которыми, в конце-концов можно жить в относительном мире? Каким бы не был ответ на этот вопрос, сам факт вывода наших сил из Закаспия (имеется ввиду миссия В. Малессона-К.А.) свидетельствует о уменьшении нашего влияния в Туркестане. В такой ситуации следует не давать обещаний, которые мы не сможем выполнить».99 В самом деле, чиновники правительства Индии не имели четких указаний, как именно следует вести себя в отношении большевиков Средней Азии. Премьер-министр Ллойд Джордж и Госсекретарь (министр иностранных дел) лорд Керзон100 несколько расходились во взглядах на политику в отношении Советской власти. Ллойд Джордж был более сдержанным; в начале 1920 г. призывал придерживаться политики «искусного бездействия»

(masterly inactivity) в отношении Советской России. Англичане не были готовы к миру, но и не считали необходимым прибегать к масштабной интервенции, чтобы покончить с большевизмом. Оставался вариант «попытаться привести Россию в нормальное состояние через торговлю».101 Daniel C. Waugh «Etherton at Kashgar: Rhetoric and Reality in the History of the “Great Game” Bactrian Press Seattle 2007 http://faculty.washington.edu/dwaugh/ethertonatkashgar2007.pdf Джордж Керзон (1859–1925), британский государственный деятель. В 1888 г. путешествовал по Средней Азии (Мерв, Самарканд, Бухара, Ташкент). В 1891 и 1892 гг. – заместитель министра по делам Индии. Вице-король Индии с 1898-1905 гг. С 1919 до 1924 гг. - министр иностранных дел. Был активным сторонником интервенции Антанты во время гражданской войны в России .

Daniel C. Waugh «Etherton at Kashgar: Rhetoric and Reality in the History of the “Great Game” .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ Cам Эссертон, по возвращении в Лондон, на одном из своих выступлений в Среднеазиатском Обществе в 1923 г., признавался что не следует преувеличивать большевистскую угрозу Индии, равно как и успехи британских властей по завоеванию симпатий народов Средней Азии.

Он говорил:

«Не следует считать, что наши старания (по освобождению Востока) достигли больших успехов, так как сами народы Средней Азии не высказали особенного желания быть освобожденными именно тем путем, который мы им подсказывали. По этой причине наши пропагандистские усилия не приносили результата. Они были подобны воде, пролитой на песок».102 Англичан беспокоило не столько то, как большевики вели себя в Средней Азии, сколько то, что они могли оттуда напасть на Индию. Однако и тут опасность была явно преувеличенной. По мнению Эссертона, большевики тратили так много усилий чтобы удержать свою власть в Туркестане, что им было не до Индии. От себя добавим что это были басмачи, кто удерживал большевиков от похода на Индию .

Британские чиновники в Индии поддерживали некоторых басмаческих лидеров больше как своих информаторов, оказывая им взамен главным образом, моральную помощь. Разумеется, это не совсем устраивало басмаческо-белогвардейский союз, который остро нуждался в материальной помощи, в первую очередь оружием. В этих условиях ферганцы не могли оставить без внимания прямое предложение, поступившее от афганцев. Надо сказать, что для большевиков также не было секретом пребывание афганских делегатов «говоривших по-таджикски» в Фергане. В конце-концов ферганцы решили отправить делегацию в Кабул просить оружие. Делегаты были инструктированы разузнать как можно больше об условиях, предъявляемых афганцами в обмен на помощь. Миссию возглавил Мулла Ахун Карим Бабаев из Шафиркана, Мулла Хашимджан Касымбаев из Маргилана, Ташмат (брат Шермата) и Амин Каракалпак, представитель курбаши Иргаша .

В миссию были включены два русских представителя - граф Мисостов и инженер В. В. Титц103, но граф, опасаясь непредвиденных последствий такого предприятия, сославшись на болезнь, от поездки в Кабул воздержался .

Через два дня он бежал в Ош, в то время как миссия, в количестве 60 человек, включая 20 ферганских юношей, отобранных для учебы в кабульской военной школе, готовилась к отправке .

Ферганцы отбыли 28 декабря 1919 г. Переправившись через заснеженные перевалы в Афганистан, ни в Рустаке, ни в Ханабаде они не обнаружили обещанного оружия. Правитель Рустака только развел руками и сказал, что ни о каком оружии для туркестанцев он не слышал. Он направил их в афганскую столицу.104 Десятого февраля наступившего тем вреIbid .

РГВА, ф.110, оп.3, д. 922, л. 33 .

IOR: L/P&S/11/182 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ менем 1920 года, делегация прибыла в Кабул, где несколькими днями позже была принята Махмудом Тарзи и генералом Махмудом Сами.105 А18 февраля их принял сам эмир Аманулла. На аудиенции присутствовал знатный эмигрант, сын министра последнего правительства Кокандского ханства по имени Махмудхан Тура. Во время беседы, эмир Афганистана несколько раз подходил к карте, задавал опросы о том, как идут военные операции в Фергане и... этим ограничился, передав вопрос на рассмотрение своему министру Махмуду Тарзи. Однако, несколькими днями позже, последний отбывает на важные переговоры с англичанами в Индию, оставив вопрос открытым. Ферганцам было предложено погостить месяц в Кабуле. Хотя Титц не был приглашен на аудиенцию к эмиру, он был хорошо информирован о событиях, имевших место во дворце. Через несколько месяцев он бежит, чтобы предстать перед англичанами в приграничном Пешаваре с подробным отчетом о деятельности миссии.106 Вполне очевидно, что афганцы раздумывали и не торопились принимать решений по «туркестанскому вопросу», пока не определятся более важные проблемы отношений с Англией и Россией. Дело в том, что пуштунские племена на индийской стороне рассматривали равалпиндский мирный договор 1919 г. как временное прекращение огня и были готовы возобновить военные действия если Англия не согласится на их требования. В тот момент, когда ферганцы гостили в Кабуле, афганцы стояли перед выбором: продолжать ли противостояние с Англией, заручившись предварительно поддержкой Советской России, или восстановить отношения с англичанами на более выгодных (чем равалпиндские) условиях? В начале апреля афганский министр иностранных дел Махмуд Тарзи принял приглашение английской стороны посетить Майсур (Индия). Он оставил ферганскую миссию томиться в ожидании, чтобы обсудить более важные и неотложные проблемы взаимоотношений с Британской Индией. Обсуждение и консультации афганцев и англичан длились с апреля 1920 г. до конца 1921 г. В ходе их стало ясно, что попытка большевиков завладеть «афганским корридором» для подрывной работы среди приграничных племен Британской Индии сорвалась .

Тем временем, события в Фергане развивались своим ходом и не в пользу туркестанцев. Основные силы белогвардейцев были разбиты и большевистский контроль над железной дорогой Оренбург-Ташкент восстановлен. Большевики вернули себе Красноводск и установили Советскую власть в Хивинском ханстве. В мае 1920 г. они остановили ползучую аннексию афганцев в туркменском Пандждехе и восстановили дореволюционную граМахмуд Сами – турецкий офицер, преподаватель военного училища «Харбия», военный воспитатель эмирской семьи, личный друг Амануллы. Командовал кабульским военным гарнизоном. Служил военным консультантом в правительстве Хабибуллы-Бачаи Сако в 1929 г .

Казнен Надир Шахом по обвинению в государственной измене в 1930 г. - Файз Мухаммад .

Книга упоминаний о мятеже. М.: Наука, 1988. С.258 .

IOR: L/P&S/11/182 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ ницу с Афганистаном. По личному распоряжению Ленина, в январе 1920 г .

Отдельная Приволжская татарская стрелковая бригада под командованием Юсуфа Ибрагимова была переведена из Поволжья в Туркестан. Бойцы бригады сочетали лояльность к русским и преданность большевизму со знанием местных (тюркских) языков и основ ислама. Татары должны были служить примером для упрямых ферганцев. Кроме того, в состав Красной Армии влилась вновь созданная кавалерийская бригада, состоящая из бывших военнопленных I мировой войны (главным образом австрийцев и чехов), находившихся в Туркестане. Таким образом, база большевиков в Средней Азии укрепилась. Руководили военными, политическими и пропагандистскими делами опытные большевики Куйбышев и Фрунзе. Сочетая идеологическую работу с военными операциями и карательными мерами, красные отряды нанесли поражение двум главным курбаши - Иргашу и Шермату. В марте 1920 г. Мадамин был вынужден пойти на мир. Позже из его отрядов были созданы полки, влившиеся во 2 Туркестанскую стрелковую дивизию Красной Армии. Монстров со своими белогвардейцами сдался еще раньше – в январе. Приказу Мадаминбека сдаться не подчинился только Шермат - самый непримиримый из ферганских курбаши .

14 мая 1920 г. командование Красной Армии попыталось склонить Шермата сдаться. С этой целью оно отправило Мадамина и его советника - комиссара Сергея Сухова к басмачам на переговоры. Однако Шермат в назначенное место не прибыл. Вместо себя он отправил своих джигитов, наказав им поступить с делегатами «так, как они посчитают нужным». 14 мая джигиты Куршермата схатили и обезглавили Мадамина и Сухова в урочище Тамаша.107 После этого инцидента, красный террор против басмачей и поддерживавшего их населения усилился, а в августе 1920 г. в Ферганской области была введена военная диктатура .

Убийство Мадамина означало важный поворот в развитии контрреволюционного движения в Средней Азии. Итогом резни в Тамаша стала победа собственно басмачества как фундаменталистского, антирусского движения над идеей широкого многонационального антибольшевистского фронта. Это был крах колчаковского идеала – объединения белого дела с антибольшевистским движением национальных окраин России. На первых порах, действительно, русские энергично пытались внедриться в мусульманское движение сопротивления. Как отмечалось в секретном докладе Туркфронта “присутствие в басмаческих отрядах русских, дерущихся до победного конца, людей, которым терять нечего, придает басмачеЗевелев А.И., Поляков Ю.А., Чугунов А.И. Басмачество: возникновение, сущность, крах .

Москва: Наука, 1981. С.69. По другим сведениям, Куршермат, согласившись пойти на сдачу, вероломно захватил отряд Мадаминбека, а самого его отдал на расправу Хал Ходже (киргизскому курбаши), который и перерезал горло Мадаминбеку. И наконец, существует версия, что Куршермат заманил обманом Мадамина и Сухова с 26 бойцами в кишлак Вуадиль, где в бою расправился со всем отрядом. См.: Полыковский М. Конец Мадамин-бека.

Ташкент:

Издательство Гафура Гуляма, 1984. СС. 170-172 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Глава II: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ ству силу”.108 В рядах басмачества оказались белогвардейцы, бежавшие после неудачного антисоветского мятежа в Ташкенте в январе-феврале 1919 г. Мадаминбек, который был признан всеми курбаши Ферганы как «лашкарбаши» (главнокомандующий), был удостоен Колчаком звания полковника. Однако объединить белогвардейцев и басмачей оказалось делом невозможным. В первую очередь, этого старались не допустить большевики, которые делали все возможное, чтобы вырвать белогвардейцев из-под мусульманского влияния. Не следует упускать из виду и националистический момент, а именно то, что мусульмане, помня о русской колонизации и притеснениях, никак не были склонны видеть в вооруженном русском своего защитника. Поэтому они не поддержали усилия Мадамина объединиться с сибирско-уральской (колчаковской) контрреволюцией .

В результате, союз белогвардейцев и басмачей оказался недолгим и непрочным. Он был разрушен большевиками и муллами. В своем докладе ташкентским комиссарам в марте 1920 г.

Монстров писал:

“Если Фергане суждено в ближайшем будущем еще раз перенести потрясения - то это может быть только следствием фанатизма и слепого панисламизма - но уже русских в рядах повстанцев не будет”.109 Известие о страшной смерти Мадамина дошло до Кабула. Ему предшествовал не менее удивительный слух о том, что Мадамин, глава “Временного правительства Ферганы” - чьи делегаты вели переговоры в Кабуле - сдался большевикам. Никто иной, как сам эмир Аманулла сообщил делегатам о гибели Мадамина и той неблаговидной роли, которую сыграл в ней Шермат. Члены делегации, включая Ташмата, брата Шермата отказались верить этим слухам (или делали вид, что не верят), убеждая окружающих и самих себя, что афганцы просто хотят дискредитировать туркестанцев. В их стане начались разногласия. В результате, делегация раскололась .

Сторонники Мадамина решили вернуться в Фергану. Шестого июля они обратились к Полпреду Советской России Я. З. Сурицу (занявшему в конце декабря 1919 г. место Н. И. Бравина). Искушенный в “восточной” политике Суриц, который в это время настойчиво склонял афганцев к войне против Англии, еще более запутал картину, утверждая, что Мадамин жив и обещает помощь своим делегатам. Целью его «хитроумных» маневров было помешать сближению афганцев и ферганцев. Одновременно, российский посол “развенчивал” Амануллу, утверждая, что тот ведет двойную игру, обещая с одной стороны помощь мусульманам Средней Азии, а с другой продолжая дружить с Лениным. Тем не менее, его аргументы были приняты не всеми делегатами. Радикально настроенные сторонники Шермата, проявив здоровый скептицизм, не поверили Якову Сурицу и предпочли обратиться к афганцам за помощью для оправки в “Ташкент или Индию”.110 РГВА, ф. 1075, оп.3, д.3, л,л, 18-19 .

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com

ГЛАВАII: ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ

Глава III: ВОЙНА Неизвестно, как далее сложились судьбы тех, кто зимой 1919-1920 гг. отправился из Ферганы через горные перевалы в Кабул, надеясь получить там признание и поддержку. Вероятно, часть из них, различными путями вернулась на родину, в то время как другие остались в изгнании .

Скорее всего «шерматовцы» всем составом предпочли не возвращаться в Советскую Россию. Как указывалось выше Шермат, или как его называли англичане – Шер Мухаммад Бек, находился в центре внимания английских спецслужб. Вокруг него была создана целая агентурная сеть, чтобы держать англичан в курсе происходящего.111 Что касается миссии ферганцев в Кабул, то следует признать, что она закончилась ничем. Попытка афганцев разыграть панисламистскую карту, поддержав ферганцев в их освободительной борьбе и сыграть, таким образом, свою, отдельную роль в событиях Средней Азии, обернулась неудачей. Аманулла опять столкнулся с неизбежным выбором между прагматическим интересом строительства афганского национального государства и возвышенной идеей «исламской солидарности». Решив не портить отношения с могущественным соседом, разбившим фактически на его глазах крупную басмаческо-белогвардейскую группировку, он проигнорировал просьбу ферганцев о помощи .

Москва, тем временем, справилась с временной слабостью и постепенно, к весне 1920 г., укрепила свои позиции. Тогда большевиками был возвращен Красноводск. В самом начале сентября 1920 г. пала Бухара и в том же месяце представители Афганистана и Советской России подписали в Кабуле договор, который был ратифицирован РСФСР в феврале 1921 г. Афганистан также ратифицировал его, несмотря на возражения Англии, требовавшей признать доминирующее политическое влияние Великобритании в Афганистане. Наконец, в ноябре 1921 г. пришла очередь Англии признать правительство Амануллы. В Кабуле был подписан англо-афганский договор, подтвердивший независимость Афганистана.112 Политика Амануллы, направленная на сближение с Россией, встретила скрытое недовольство английской стороны и сопротивление со стороны консервативных афганских феодалов и духовенства. Впрочем, Аманулла Хан не собирался плестись в фарватере российской политики. Менее чем через год он испытает еще один соблазн сыграть в среднеазиатской политике самостоятельно, без оглядки на Англию и Россию .

Весной 1923 г. (по другим сведениям 26 ноября 1922 г.) Шермат, потерявший все надежды на получение иностранной помощи, вместе с братом Нурматом бежит в Афганистан и поселяется в Ханабаде .

Впрочем, американский исследователь Людвиг Адамек настаивал, что доминирующей идеей афганцев было не противостояние с Англией, и не дружба с Россией. Он считал, что главным стремлением Амануллы было создание «среднеазиатского союза мусульманских государств под гегемонией Кабула». Adamec W. Ludwig. Afghanistan’s Foreigh Affairs to the Mid-Twentieth Century. Relations with the USSR, Germany, and Britain, 68 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА

Глава III:

ВОЙНА «Форпост восстаний и революционных войн Востока»

Свержение царизма, захват большевиками политической власти в октябре 1917 г. раз и навсегда прекратили споры о “созревших” и несозревших” для социализма обществ. Отныне, большевики во главе с Лениным и Троцким мыслили революцию как непрерывный, “перманентный” процесс в виде канонады из внешних и внутренних войн как внутри России, так и за ее пределами. Образованный осенью 1919 г. представительный орган Российской коммунистической партии (большевиков) в Средней Азии - Туркомиссия, на одном из своих первых заседаний, проходивших еще в Москве, приняла документ, призванный определить политику

Советского государства на Востоке. Приведем часть того документа:

1. “Во главу дела политики в Туркестане и в сопредельных с ним государствах должны быть поставлены две задачи. Первая - содействие развязыванию революционных движений в государствах Азии, сопредельных с Туркестаном. Вторая - экономическое использование Туркестана .

2. Революционные войны Индии, Персии и т. п., помимо непосредственного своего значения (стягивания с фронтов сил Антанты, политического затруднения для нее и т. п.), занимают в ходе развития мировой революции необходимое звено... Туркестан ввиду этого должен быть превращен в форпост восстаний и революционных войн стран Востока”. 1 Первые два года Советской власти Москва не уделяла достаточного внимания Средней Азии, предоставив красному Ташкенту право самому вести внутреннюю и внешнюю политику в регионе. Ташкентские комиссары предпринимали всевозможные меры для сохранения российского влияния и «революционизирования» ближайших окрестностей Средней Азии. Еще летом 1918 г., когда Туркестан был оторван от центральной России, СНК Туркреспублики принял решение удержать за собой пограничный Памирский район “ввиду его особого стратегического и политического значения” и сформировал Памирский военно-политический отряд из 300 человек. При этом русские не скрывали того, что “встречные интересы наши и англичан рано или поздно должны привести к столкновению в Азии”. Настаивая на усилении русского присутствия в Средней Азии, большевики заявляли: “Угроза вторжения в Индию и произвести там переворот - это наш естественный отпор Англии в ответ на посягательства на

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА наши интересы в Туркреспублике”.2 Закрепление этой горной страны, по мнению большевиков, необходимо было и потому, что “русско-подданые жители Памира состоят в родственных отношениях с подданными Афганистана, Бухары, Китая и даже Индии. Родственные связи их имеют большое значение для нас и дадут благоприятные всходы”.3 Как указывалось, еще в конце XIX века англичане пытались укрепиться в соседней Памиру южной Кашгарии, тем более что четкой разграничительной линии между Россией и Англией здесь не существовало .

К Кашгарии примыкали русские пограничные посты: Памирский, КызылРабатский, Ранг-Кульский (на Восточном Памире), Ташкурганский (который позже отошел к Китаю). На Западном Памире российские посты стояли в Хороге, Калаи Вомаре, Ишкашиме и Лангаре. Всего, в начале ХХ века на них находились примерно 200 русских солдат. Англичане также усилили свои посты на китайской стороне, доведя их численность до 400 человек. Кроме того, в кашгарский кавалерийский отряд английского консула была прислана артиллерия.4 Революция и гражданская война в России создали угрозу русскому господству на Памире. В ноябре 1918 г. белые офицеры вместе с начальником Хорогского отряда полковником Фениным, захватив пулемет, а также легкое огнестрельное оружие, бежали через «ваханский коридор» (узкая полоса афганской территории, разделяющая «русский» Памир от Индии) в английские пределы. На границе они были задержаны. Им было предложено сдать оружие, на что они согласились, после чего были пропущены за границу.5 Их было около 40 царских офицеров, основавших тогда, в конце 1918 г., первую русскую колонию в Читрале.6 В сентябре 1919 г. весь новый состав русских пограничников на Памире, кроме большевиков Вичича и Воловика также, не выдержав тяжелых испытаний и неизвестности, перешел индийскую границу. После поражения басмаческо-белогвардейского восстания в Фергане, в марте 1920 г. другая группа русских пограничников, распродав имущество, бежала за границу через Ош и Мургаб. Одна группа во главе с Вельегорским ушла в Кашгар. Другая, более многочисленная, в которую входили военнопленные чехи, возглавлялась начальником Хорогского отряда полковником Ф.Тимофеевым. 16 мая 1920 г. эта группа решила перебраться в Индию. В Вахане им пришлось столкнуться с сопротивлением афганских пограничников. В результате, отряд распался. Пять человек осталось в Афганистане, остальные, во главе с Тимофеевым прибыли в Читрал, откуда затем отправились в Бомбей.7

–  –  –

Ситуация на юго-восточных российских рубежах требовала неотложного вмешательства центра. В августе 1919 г. народный комиссар по военным делам Л.Д. Троцкий впервые всерьез призвал большевистскую верхушку обратить внимание на Восток. Непосредственным поводом для этого явились успехи Красной Армии на Восточном фронте, когда после разгрома белых армий Колчака в Сибири и на Урале, революционные войска вступили вглубь степных районов русского Туркестана, подойдя вплотную к владениям Англии.

Эту открывшуюся благоприятную революционную перспективу на юго-восточных рубежах России и отметил Троцкий:

“Международная обстановка складывается, по-видимому, так, что путь на Париж и Лондон лежит через города Пенджаба и Бенгалии”.8 Для достижения своих целей, ташкентские комиссары готовились развязать войну в Афганистане и Индии. В январе 1920 г. Отдел внешних сношений Туркомиссии, пытавшийся взять на себя всю внешнюю политику Советской власти в регионе, представил план войны с Англией на “индийском театре военных действий”. Предполагалось наступление по трем направлениям: Пешаварскому (главное), Читральскому и Гильгитскому (вспомогательное). Последние два проходили по Памиру. Председатель комиссии, разработавшей план, докладывал:

“Полагаю, что работа (подготовка к войне-К.А.) должна совершенно секретно проводится, независимо от военно-политической конъюнктуры, ибо эта работа рассчитывается в предположении, что революция продолжается, и что Восток будет нуждаться в нашем вооруженном содействии”.9 Однако, в июне 1920 г., когда стали очевидны неудачные итоги революционных преобразований на Востоке, в частности, в Азербайджане, где Советская республика, как выяснилось, оказалась “неспособной стоять на собственных ногах, несмотря на нефтяную промышленность и старую связь с Россией”, Троцкий предостерегает: “Советская экспедиция на Востоке может оказаться не менее опасной, чем война на Западе” и предлагает “столковаться с Англией относительно Востока”.10 В ответ на последнюю фразу о сдерживании революционного наступления и предложение не обострять англо-русское противостояние, Ленин высказал возражение и поставил следующую помету:

“Красин это делает, но это безнадежно, Красин самый “добрый”, добрее нет. 1) Переговоры Л-д Дж-а с Красиным11 показали с полной Архив Троцкого. Коммунистическая оппозиция в СССР. 1923-1928. М.:Терра - Terra,

–  –  –

Архив Троцкого. Коммунистическая оппозиция в СССР. 1923-1928. С.208 .

Имеются в виду переговоры полномочного представителя России в Лондоне Л. Б. Красина с премьер-министром Великобритании Л. Джорджем, завершившиеся в марте 1921 г. подписанием англо-советского торгового договора .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА ясностью, что Англия помогает и будет помогать полякам и Врангелю. Есть безусловно единство линии (написано рукой товарища Ленина).”12 Интересно, что в приведенной полемике двух первых фигур советской политики, Ленин оказывается “левее” самого Троцкого. Впрочем, автор теории “перманентной революции” не предлагал, конечно, отказаться от революционных войн на Востоке вообще. Речь шла об их временной задержке. Неизвестно, продолжал ли Троцкий настаивать на отсрочке наступления на Среднюю Азию. Как бы то ни было, его предупреждение не было принято во внимание .

Итак, на повестку дня стала задача “революционизации” бывших российских колоний - Хивинского ханства и Бухарского эмирата, стоявших на подступах к Афганистану и Индии .

Революция в песках Драматически развивались революционные события в Хорезме (Хивинском ханстве). Это государство, населенное главным образом туркменскими племенами и оседлыми узбеками, подобно Бухаре, являлось вассалом России. Часть края, а именно, правобережная полоса низовьев Амударьи, была присоединена к Туркестанскому краю под названием Амударьинского отдела. Еще с конца XIX века постоянные карательные экспедиции русского самодержавия против туркмен заставили их вооружиться и поддерживать воинственный дух. Одним из популярнейших предводителей борьбы против узбекских ханов и войск русского царя в Хивинском ханстве стал вождь туркменского племени иомуд Джунайд Курбан Мамед, известный более как Джунайд Хан. В 1915-1916 гг. он совершил несколько набегов на Хиву, но потерпел поражение и откочевал в Иран .

Царская администрация стремилась сохранить и укрепить свое господство в Хорезме, играя на противоречиях между туркменскими племенами и оседлыми узбеками. Последние создавали города-базары на границе с песками и постепенно наступали на интересы туркмен. Кроме того, туркмены ущемлялись при распределении воды. Активный узбекский национализм вызвал адекватное анти-узбекское движение туркменских племен, а вслед за ним стал намечаться прогресс национально-племенного объединения туркменских родов.13 Таким образом, борьба Джунайд Хана, его судьба отразили процесс постепенного племенного объединения и складывания туркменской национальной идентичности .

Желая всегда быть необходимым для хивинских ханов (узбеков), царизм не позволял узбекскому правительству создавать собственную узбекскую армию. Это позволяло России выдавать себя за защитников узАрхив Троцкого. Коммунистическая оппозиция в СССР. 1923-1928. С.183. Подчеркнуто

–  –  –

беков от воинственных туркмен. Кроме того, царские власти разжигали вражду между самими племенными туркменскими группировками .

Под влиянием бухарского просветительства, в 1905-1907 гг. в ханской Хиве возникло движение младохивинцев. По своему национальному составу младохивинцы были в подавляющем большинстве узбеками, а по социальному – представителями купечества. После Февральской революции, когда Хива из протектората превратилась в независимое государство, 5 апреля 1917 г. младохивинцы заставили хана Хивы –последнего властелина из узбекской династии конграт, правившей Хивой с 1770 г., издать манифест о реформах. Согласно этому документу, в Хиве вводилось нечто вроде конституционной монархии с маджлисом (парламентом) .

Однако хивинский хан Саид Исфандияр Бахадур не собирался уступать власть. В июне 1917 г. при помощи Временного правительства был осуществлен заговор. Часть младохивинцев подверглась аресту, часть - казни. Октябрьский большевистский переворот в России имел своим результатом то, что в ноябре был распущен Маджлис и хан Исфандияр вновь стал неограниченным правителем Хивы .

Тем временем, в январе 1918 г. 1600 вооруженных всадников вернувшегося из Ирана Джунайда вошли в Хиву. Хан Исфандияр полностью подчинился Джунайду, ставшему диктатором. При этом Джунайд пользовался поддержкой казачьих отрядов И. М. Зайцева. Вскоре, русские войска из-за начавшихся революционных волнений покинули пределы Хивы. В результате, туркмены и узбеки были поставлены друг против друга. Естественно, старая вражда не замедлила сказаться. Исфандияр был убит Джунайд Ханом. По традиции хан Хивы должен быть узбеком (который представлялся потомком Тимура), поэтому Джунайд посадил ханом дядю убитого, безвольного Саида Абдуллу, который являлся лишь формальным правителем .

Следом, начался грабеж и избиение узбеков. Младохивинцам пришлось покинуть Хиву и укрыться в русском Ташкенте. В этом городе был создан Центральный революционный комитет младохивинцев, в который вошли П .

Хаджи Юсупов (председатель), Б. Якубов, А. Сапаев и др. В ноябре 1918 г .

Джунайд напал на русский Амударьинский отдел. Как писал член Революционного Совета Туркестанского фронта в Хиве Скалов, “разгром Амударьинского отдела, будучи местью за русские карательные операции был особенно ужасен, хотя туркмены отыгрывались не на русских, так как Петро-Александровска (центра Амударьинского отдела. Сейчас этот город известен как Турткуль-К.А.) им не удалось взять, а на узбеках, киргизах, каракалпаках, которые поголовно избивались”.14 Возникшей национальной враждой воспользовались большевики. Их представитель в Хиве телеграфировал, что племенная война достигла

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА такой степени, что “достаточно русскому отряду войти в Хиву и население поголовно восстанет против туркмен”.15 Помимо стравливания туркменов и узбеков, ташкентские комиссары разжигали вражду между Джунайдом и другим иомудским вождем Шамикелем Бахши Гулям Али .

Наконец, они договорились с Комитетом партии младохивинцев о “революции” в Хиве, которая должна была начаться “после ликвидации Джунайда”. 16 В октябре 1919 г. по совету ташкентских комиссаров младохивинцы решают руками воинственных туркмен очистить себе путь к власти. Они заключают союз с Шамикелем Гулям Али и Кош Мамедом (Гоч Мамедом) - вождями иомудских родов, находившимися в кровной вражде с Джунайдом. Затем младохивинцы и союзные им туркмены отправили делегацию в Ташкент, просить военную помощь. В свою очередь, Джунайд заключил союз с белогвардейцами. Противостояние достигает предела, когда в конце декабря 1919 г. советские войска под командованием Скалова переправляются на левый берег Амударьи. Их целью была «помощь восставшему народу Хивы». Вместе с присоединившимися к красным войскам туркменами-иомудами Кош Мамеда и др., Красная Армия 1 февраля 1920 г. подошла к Хиве. Потерпевший поражение Джунайд отступил в пески. В Хиве, тем временем, узбекимладохивинцы совершили переворот. В результате хан Саид Абдулла объявил об отречении от престола и о передаче власти учредительному Маджлису и революционному комитету (ревкому) во главе с узбеком Султан Мурадовым. Состоявшийся 26 апреля 1920 г. в г. Хиве курултай народных представителей провозгласил создание Хорезмской Народной Советской Республики. Правительство ХНСР возглавил лидер младохивинцев, местный богач Палван Нияз Юсупов (узбек). Накануне этого события младохивинцы объявили свою партию распущенной и вошли в «свежеиспеченную» Хорезмскую компартию. 13 сентября ХНСР заключила союзный договор с РСФСР. Во всех этих событиях “красные туркмены” Кош Мамеда значительного участия не принимали .

Хивинская военная экспедиция, была названа большевиками народной революцией. Куйбышев, например, считал ее “первым звеном в цепи революций и восстаний на Востоке, которые неизбежно приведут все страны Востока, ныне угнетенные и порабощенные английским империализмом, к полному национальному раскрепощению и освобождению”.17 Хотя, другие большевистские лидеры, Бройдо, например, называли ее “бутафорской революцией”, а младохивинцев “политическим и рахитичным младенцем”. 18

–  –  –

Красный поход на Хиву, по признанию самих большевиков, сопровождался неслыханными даже для царского времени жестокостями и вандализмом.19 Член Туркомиссии Бройдо считал, что красные войска полностью повторили действия царского правительства во время покорения Хорезма. В своем докладе Бройдо писал: “надо почитать доклады царских мародеров Галкина и других истребителей туркмен, чтобы убедиться, что даже поводы к началу военных действий сейчас были те же, что и прежде: слухи о готовящемся нападении на Петро-Александровск, защита мирного узбекского населения и т. д.”20 Целесообразность хивинского похода открыто оспаривалась в большевистском руководстве, так как желаемого эффекта по привлечению на свою сторону туркмен, Советская власть не достигла .

“Такого ужаса, какой нами здесь обнаружен, нигде не приходилось видеть. Открытый вооруженный грабеж, во главе коего в качестве организатора стоит штаб командующего, открыто распределяющий награбленное с оставлением себе половинной доли. Увод жен, содержание их как пленниц-рабынь, продажа с аукционного торга на базарной площади Петро-Александровска и Хивы, разгром хивинских дворцов, расстрел красногвардейцами первого встречного как предпосылка отбирания имущества…”, писал председатель революционного трибунала Фонштейн в апреле 1920 г. 21 Джунайд Хан и его сторонники были изгнаны в пески на юг Хивы .

Вместе с ним, в пески откочевали почти полностью род орус куши (орсукчи) и половина рода ушак племени иомуд. У Джунайда было 1000 человек, в том числе 300 всадников. При нем было также 20 тысяч баранов и 3 тысячи верблюдов. Красное командование - Измайлов, Бройдо (Скалов был отозван из Хивы за допущенные жестокости во время “революции”) готовили экспедицию против Джунайда. В то же время, по их собственным словам, “иомудам Кош Магомед Хану, Хану Гуляму Али был сделан намек, что за голову Джунайда можно дать 1 миллион”.22 Однако ликвидировать - своими силами, или чужими руками - популярного и сильного Джунайда было невозможно. Поэтому советское командование избрало тактику сочетания переговоров, военных действий и пропаганды. Так, в апреле 1920 г. командование 1-й Армии (командиры Н. А. Паскуцкий и

Баранов) подписали договор с представителями Джунайда. В нем Советская власть призвала Джунайда и его людей вернуться в Хиву. В договоре, в частности говорилось:

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА “Советская власть примет все меры к восстановлению разоренных киргизами, каракалпаками, узбеками, иомудами и советскими войсками хозяйств бежавших из Хивы туркмен иомуд, а также оставшихся в Хиве и подвергшихся разорению после вступления Советских войск в столицу Хивинского ханства - Хиву .

2. Советская власть принудит узбеков, каракалпаков, киргизов и туркмен-иомудов возвратить жен, детей, а также и имущество, похищенное у туркмен-иомудов, сторонников Джунайда, бежавших в пески или оставшихся в Хиве .

3. Советская власть разоружит или выведет из пределов Хивы иомуд, враждебных Джунайду и перешедших на красноармейскую службу в Советские войска” .

В ответ Джунайд обещал выдать Советской власти “укрывающихся в пределах Хивы русскоподанных-противников Советской власти”.23 Подобная безоговорочная поддержка Джунайда и откровенное игнорирование правительства Хивы, вызвала неодобрение Туркомиссии и сторонников новой власти, в первую очередь богатых узбеков. По этой причине, договор был проигнорирован. Ничего, кроме дальнейшего обострения отношений, он не вызвал.24 Новая власть постаралась уничтожить всякие символы старой власти. В первую очередь, из официального обихода было изъято само название ханства. Решением Всехорезмского курултая Хивинское ханство, было упразднено и вместо него в конце апреля 1920 г. появилось новое название «Хорезмская народная советская республика». Накануне этого события младоховинцы объявили свою партию распущенной и в массовом порядке вступили в Хорезмскую коммунистическую партию.25 Хотя реальная опасность реставрации хивинской монархии отсутствовала, Туркомиссия предприняла меры по ликвидации хивинской правящей династии. В ночь на 10 июля 1920 г. были произведены массовые аресты приближенных хана .

Приговором трибунала 5 из них были расстреляны. 12 июля правительство Хорезма (Совет Народных Комиссаров) постановило отрекшегося от престола Саид Абдулла Хана, его сыновей Тилла Туру, Саъдулла Туру, Саида Туру; братьев Мухамадяра Туру, Ибадуллу Туру и всех ближайших родственников и крупных сановников выселить из пределов Хорезма. Судьбу пассивного и неопасного для Советской власти Саида Абдуллы решала Туркомиссия во главе с Фрунзе. Было принято во внимание, что хан сам передал власть “народу”. Саида Абдуллу со всем его семейством решили оправить в Россию. 16 июля 1920 г. 14 членов ханской семьи, в том

–  –  –

Интересно, что подобное соглашение властей с басмачами Восточой Бухары будет заключено в августе 1921 г. О нем речь пойдет ниже .

числе и сам хан, 16 слуг под конвоем были отправлены в Ташкент, откуда, 29 июля специальным поездом, под надежной охраной хивинцев отослали в Самару, в изгнание.26 В целом, если сравнивать судьбу хивинского хана с судьбами расстрелянного в 1918 г. русского монарха Николая Романова и бежавшего в Афганистан в 1921 г. бухарского эмира Саид Алим Хана, то у Саида Абдуллы не было особых оснований жаловаться. Отстраненному от власти, ему посчастливилось сохранить жизнь свою и некоторых членов своей семьи. Интересно, что содержание ханской семьи в российском изгнании, производилось за счет ее собственных средств. 27 После ликвидации Саида Абдуллы, красный террор развернулся широким фронтом. Большевикам удалось еще раз столкнуть узбеков с туркменами. Начать было решено с тех немногих туркменских лидеров, которые поддержали младохивинцев в январском перевороте. Правительство Хорезма, состоявшее из крупных баев, купцов, менял, скупщиков хлопка, шерсти и каракуля, не собиралось делить власть с туркменскими феодалами. Помимо давней вражды к туркменам, они имели собственные счеты с вождями туркмен. Последние, в свою очередь, стремились положить конец узбекскому господству в Хорезме. В Хиве начали распространяться слухи, что туркмены готовят предательство. Правительство обвинило Кош Мамеда и Гуляма Али в поддерживании связи с Джунайдом и подготовке к заговору, не имея на то никаких прямых доказательств. 16 сентября 1920 г. Кош Мамед - популярный иомудский вождь и активный сторонник Советской власти был арестован и убит без суда и следствия .

Затем последовало избиение туркмен. Во время этой “варфоломеевской ночи” (выражение Бройдо) или «тазабагского погрома» (по названию сада Тазабаг, к котором произошла резня) были убито несколько тысяч туркмен. Большинство из них были даже не застрелены, а неожиданно, предательски заколоты штыками. Ответственность за убийства несли члены Хорезмского правительства Султан Мурадов, Ш. Хасанов, Мулла Бекчан Рахманов (посол Хорезма в Москве), командующий 2-й бригады В. Дубянский и полномочный представитель России в Хиве татарин Шакиров (вскоре покончивший самоубийством). “Они решили”, писал позже Г. И .

Бройдо, “что стоит перерезать всех вождей, как падет феодализм”.28 Убийство около ста туркменских вождей было воспринято туркменами как вызов узбекского правительства Хорезма. Оно спровоцировало Известно, что племянник Саида Абдуллы, сын его брата Мухамадяра - Абдурасул Тура поселился на Украине, где обзавелся семьей и прожил всю свою жизнь. Работал Абдурасул Тура в конной милиции. Этот 89-летний потомок хивинского хана, полностью потерявший родной язык смог навестить родину своих предков только в 1991 году. Комсомольская правда, 1991, 28 апреля .

АКПТ, ф.31, оп. 1, д. 49, л. 40 .

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА обострение междоусобицы и беспорядков, в которых был замешан Гулям Али и другие туркмены.29 Задача усмирения туркменского восстания и борьбы против шовинизма младохивинцев была возложена на российское командование во главе с М. Сафоновым, вновь назначенным полномочным представителем РСФСР в Хорезме .

Слабость местного, Хорезмского правительства и шовинизм российских и узбекских представителей привели к тому, что Советская власть сознательно провоцировала племенную войну туркмен. Советы поддерживали “дружественные” племена и натравливали их на “враждебные” .

“Дружественный” Нияз Бахши, например, подверг неоднократному ограблению род орсукчи. Поступить так же с сильным Гулям Али из рода салан Нияз Бахши был не в силах и потому провоцировал советское командование на наступление против своего противника. С осени 1920 г. руководство Хорезмом перешло Политуправлению Хивинской (Хорезмской) Красной Армии, или Пурхиву. Пурхив фактически контролировал работу ЦК компартии Хорезма, возглавлявшегося бывшими младохивинцами. В мае 1921 г. II Всехорезмский курултай Советов трудового народа избрал Хорезмский Центральный исполнительный комитет Советов. Тем не менее, Москва не ослабляла своего контроля через местных коммунистов и полномочного представителя СНК РСФСР .

Революция в песках дошла и до туркменов, проживавших на границе Персии и собственно «русского» Туркменистана. В конце 1917 - начале 1918 гг. в приграничной с Персией туркменской полосе русские поселенцы стали подвергаться преследованиям как враждебный революции зажиточный класс. Это вызвало прилив энтузиазма части местного населения, которое вместе с русскими революционными солдатами подвергло разорению поселки и изгнало русских из Астрабадской провинции, что на персидской территории. Наметившееся сближение между революционной армией и местными народами было решено довести до политического союза. Революционный Совет 1-й Армии решил “провести революционную идею в Гюргено-Атрекский район, а затем в Персию”. С этой целью, летом 1920 г .

в пограничном Чикишляре было открыто военно-политическое представительство Советской России, при котором был небольшой военный отряд .

Осенью того же года представительство было отозвано, но революционная работа среди иомудов не прекратилась. Большевистские активисты приграничного Персии Гасан-Кулинского ревкома решили не ограничиваться советским строительством в своем районе и поставили своей задачей “прекращение вражды между туркменскими племенами и объединение всех живущих как на русской, так и на персидской территории иомудов в единый автономный Иомудистан”.30 Советизация приграничного “Иомудистана”

–  –  –

рассматривалась как начальная ступень “революционизирования” Персии .

Антиперсидская деятельность закаспийских комиссаров вызвала озабоченность Астрабадского губернатора Каим Дакама. Начались преследования туркмен. Хаким (правитель) Гумбета Недим Хан 25 января 1921 г. выехал с отрядом жандармов в аул Кубаш, чтобы подавить просоветские выступления туркмен. Был убит староста аула, сожжены 3 кибитки и отобрано 3 буйвола. В ответ, 15 февраля состоялся бой у Гумбета между иомудами и персидскими жандармами. Идея “Иомудистана” тогда не была реализована по причине слабости Советской власти в Туркмении, нехватки вооружения и квалифицированных работников .

Возвращаясь к событиям в Хиве, надо отметить, что целом “бутафорская” (по выражению Бройдо) революция нанесла большой удар престижу Советской власти на Востоке .

“После этого вторжения какие нужны политические средства, чтобы доказать Бухаре, Афганистану, что мы не империалисты, что мы действительно уважаем права малых народов и т. д. Джунайд вынес кровавую борьбу с царскими генералами, а мы отбрасываем его за помощью к англичанам, в Мешхед. Я тщательно просматриваю все известия из Хивы и вытравливаю все сообщения о наших отрядах в Хиве, заменяя их “хивинскими повстанцами”. Но этими политическими подлогами никого в Бухаре, Персии, Афганистане не надуешь .

Они отлично знают, что происходит в Хиве и, я уверен, что эти события наносят большой урон нашей внешней политике в этих странах”, докладывал Бройдо на заседании Туркомиссии. 31 Рассказ об экспериментировании с революциями в Хорасане был бы неполон без упоминания некоторых фактов о большевистской активности в Иранском Азербайджане .

В июне 1920 г. в иранском порту Энзели (провинция Гилян) неожиданно высадилась так называемая “Персидская Красная армия”. Прибывшие, как признавался участник того похода, член Революционного Совета 1-й армии Баранов, состояли из “трех кавказских выходцев и русских революционных частей”. Красный морской десант под командованием Федора Раскольникова обещал помочь повстанческому отряду местного лидера Мирза Кучекхана в его борьбе против английских оккупационных частей. Вскоре после объявления “Гилянской советской республики” большевистские инструкторы приступили к осуществлению “социалистических преобразований”. Конечной их целью являлось отторжение Иранского Азербайджана от Персии в пользу Советской России. Это обострило отношения между большевиками и Кучекханом. В результате, Кучекхан отступил в леса. Гилянский революционный эксперимент после обильно и бессмысленно пролитой русской и иранской крови закончился крупным

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА поражением большевиков. В конце 1920 г. революционная армия была разбита англо-индийскими войсками, а само правительство “Гилянской Советской республики” бежало. Активность Кремля в Персии в 1920 г. привела к обратному, от ожидавшегося большевиками, результату. Престижу России был нанесен значительный урон, а в самой Персии усилились прошахские и проанглийские настроения. 32 Главной причиной поражения Кучекхана и его движения (харакати джангали) было вмешательство коммунистов в иранские дела и последующее предательство советской стороны, отказавшейся от поддержки революции в пользу сотрудничества с Реза Ханом – будущим шахом Ирана .

Бухарская «революция» и бегство эмира Ставшая после свержения царизма в феврале 1917 г. независимой, Бухара имела мало шансов оставаться таковой после победы большевиков в Петрограде и Ташкенте. Как указывалось ранее, инициатива экспорта революции в Бухару, с учетом возможного дальнейшего похода на Индию и Афганистан, принадлежала лично Троцкому и Ленину. Практическая реализация этой задача была возложена на Михаила Фрунзе, назначенного командующим Туркестанским фронтом и наделенного, по предложению Троцкого, “исключительно широкими полномочиями”. Фрунзе был большевиком ленинского типа, свободным от революционно-романтических иллюзий, свойственных некоторым руководителям Коминтерна, все еще наивно полагавших, что революция это широкий политический маневр с участием многомиллионных “народных масс”. Итоги, а вернее неудачи “революционного движения” в Персии, Азербайджане, Туркестане и Хиве, к тому времени уже не оставляли никаких надежд на использование местных сил в предстоящей революционной войне.

Фрунзе писал:

“Наши попытки создать боевую силу из среды туземного населения не увенчались успехом, и с уверенностью утверждаю, что в ближайшем будущем рассчитывать на это не приходится”.33 Революционная армия для штурма Бухары, по мнению командующего Туркфронтом, должна быть рекрутирована из “красноармейцев русской национальности, преимущественно центральных губерний России, наиболее сознательных и революционно настроенных”.34 Позже, не без влияния уроков Персии, хивинской и бухарской “революций”, Ленин и Троцкий осудят попытки искусственного создания “революционной ситуации” и “электризации пролетариата”,35 но в 1919-1920 гг .

РГАСПИ, ф.12, оп. 1, д.18, л.66; там же, д.734. л.324; там же, д.36, лл. 44-51. См. также:

Комсомольская правда, 1990, 18 июля. Павел Аптекарь «Неизвестная советская республика» http://www.rkka.ru/ibibl1.htm ЦГАСА, ф.110. оп.3, д.921, л.л.43-44 .

–  –  –

Троцкий Л. Сталинская школа фальсификаций. М.: Наука, 1990. С.45 .

казалось, большевики объявили войну всем и вся. Неудача похода красных конников Тухачевского в начале 1920 г. на Варшаву ничуть не поколебала уверенности большевиков в необходимости продолжения курса на “мировую революцию”. Разрабатывая детали военной операции по захвату Бухары, Фрунзе в своем докладе Главнокомандующему войск РСФСР в июне 1920 г. предлагал создать “маневренный кулак для перенесения района операций в пределы Афганистана”.36 В этом, большевики явились продолжателем русской имперской политики. Попытка похода по маршруту «Бухария–Хива–река Инд для усмирения англичан в Индии» предпринималась Павлом I еще в 1801 г.37 На случай удачи афганского похода 1920 г., в Ташкенте держалась наготове т. н. “Афганская революционная партия”, с задачей, сформулированной Валерианом Куйбышевым (заместителем председателя Туркомиссии) следующим образом: “уничтожить существующий деспотический строй, восстановить Народную советскую республику”.38 Напомним, что все это происходило на фоне “дружественных” отношений Ленина и афганского эмира Аманулла хана .

Таким образом, революция в Средней Азии и метод ее реализации сводились к одному - развязыванию войны с целью захвата территории (аннекскии), ликвидации законных структур власти и ее носителей. В предстоящей революционной акции бухарцам (и, надо полагать, афганцам) отводилась пассивная роль наблюдателей. Более того, планируя бухарскую операцию, Фрунзе, ссылаясь на опыт предыдущих завоевательных походов царизма, совершенно верно предсказывал, что Красной Армии придется двигаться за отступающим противником, обеспечивая тыл крупными гарнизонами. Такая война в окружении нейтрального (если не враждебного) населения требовала значительных материальных и людских ресурсов. В другом документе, подписанном 4 августа 1920 г., то есть менее чем за четыре недели до начала штурма Бухары, Фрунзе с полным основанием предполагал, что красным, вероятно, придется выдержать длительную борьбу с племенами, населяющими восточные бекства. “Рассчитывать на быстрое приобщение населения к Советской власти благодаря забитости населения вряд ли возможно”, признавался он и добавлял: “поэтому части войск, сосредоточенные в данное время в Бухаре останутся прикомандированными на более или менее продолжительное время”.39 Как указывалось в предыдущей части, Бухара была отсталой и совершенно не способной защитить себя, окраиной России. Приближающаяся революция являла собой, в первую очередь, смертельную угрозу пра

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА вителю эмирата Саиду Алим Хану - последнему (десятому) из узбекской династии кочевников-мангытов, правивших Благородной Бухарой с 1746 г .

История оставила нам не так уж много упоминаний об этом человеке .

Официальная советская историография представляет его опытным контрреволюционером, агентом Англии и ставит в один ряд с адмиралом Колчаком и белогвардейским генералом Дутовым. В квази-научной литературе встречаются также сплетни о его гареме, мальчиках и т. п. Такого рода уничижительные данные, даже будучи правдивыми, являются тенденциозными, так как исходят от авторов, представляющих победившую сторону. 40 Оскорбительные замечания в адрес эмира были призваны оправдать насилие по отношению к Алим Хану. Их конечной целью была моральная дискредитация эмира и всей эмиграции .

Алим Хан явился центральной фигурой бухарской эмиграции и потому заслуживает более подробного рассмотрения. Он родился во дворце своего отца - Абдул Ахад Хана почти одновременно со Сталиным, Троцким и Фрунзе – в 1880 г. Отправленный отцом в возрасте 13 лет в СанктПетербург для обучения в царском Пажеском корпусе, наследник престола Бухары пробыл там всего четыре года. За это время он успел овладеть лишь начальными знаниями русского языка и европейской культуры .

Несмотря на то, что учился он без особого успеха, Саид Алим Хан был удостоен чина полковника русской армии. Молодого Алим Хана больше привлекали породистые голуби, быстрая езда на фаэтонах, кулинария, поэзия, а также игра на музыкальных инструментах - дутаре и тамбуре. За полноту, праздность и лень, Абдул Ахад Хан прозвал своего наследника “Олими гов” (с таджикского: «корова Алим»). Алим Хан взошел на престол в 1911 г. после смерти своего отца .

Восшествие Алим Хана совпало со стремительным ростом, который переживали Европа и Россия в начале ХХ века. В соседних Афганистане и Турции все громче говорили о необходимости реформ. Видимо, Алим осознавал необходимость перемен, однако серьезных мер для них не предпринимал. Его кратковременное сотрудничество с джадидами, закончившееся выпуском манифеста апреля 1917 г. обернулось его личным поражением и наступлением реакции. Свержение царизма в феврале 1917 г. послужило для Алим Хана первым признаком надвигающейся беды. Затем случились предательство младобухарцев и «колесовский поход». Равнодушие Англии и непонимание афганского эмира Амануллы показали всю незащищенность и обреченность эмирата. Страна стала на грань экономической катастрофы. Бухара перестала получать из России хлеб и продукты в обмен на хлопок. Сам хлопок остался невостребованным и гнил на складах. Прекращение ввоза из России вызвало оживление местного кусАйзенер, Р. Некоторые предварительные заметки о проживании эмира бухарского в

–  –  –

тарного производства и увеличения импорта английских товаров караванным путем через Персию и Афганистан. Правда, подвоз этот скоро прекратился, так как российские бумажные деньги (“николаевки” и “керенки”) вскоре перестали котироваться в Персии и Афганистане .

Предчувствуя скорую катастрофу, Алим Хан попытался вывезти свои денежные вклады из Российского Государственного банка в Европу. Летом 1917 г. через посредничество русского резидента в Бухаре Миллера и промышленника И. Стахеева он положил во французские и английские банки 150 млн. рублей (примерно 15 млн. фунтов стерлингов). Таким же образом были перечислены еще 32 млн. рублей.41 Это были огромные деньги .

Ведь Абдулахад и его сын Алим Хан правили Бухарой с 1885 по 1920 гг., то есть в период невиданного расцвета экономики России – главного и фактически единственного экономического партнера Бухары. В считанные годы в регион Средней Азии хлынула огромная масса российского капитала. Русские капиталисты не скупились и щедро платили налоги, а также «откаты» лично эмиру за предоставление концессий и оказание услуг. Именно тогда в регионе появилась прослойка богатой бухарской буржуазии, ориентированной на светские ценности и западный рынок .

Однако, как утверждает Г. Фрезер, эмир так и не смог воспользоваться этой суммой, так как документы о перечислении первой суммы он оставил во время своего бегства из Бухары, а квитанцию о перечислении второго вклада вовсе не получил.42 Финансовые проблемы, даже с учетом их масштабов, все же, были не столь значительны, как политические. Стремясь наладить отношения с северным соседом, эмир в июне 1920 г. отправил посольство в Москву для возобновления отношений и подписания договора с Россией. 43 В самой Бухаре проходили переговоры уполномоченного Наркоминдела Д. Гопнера с эмиром и его правительством. В то время РСФСР была озабочена обеспечением «афганского коридора» для наступления на Индию. Для всех, кроме Алим Хана было ясно, что участь Бухары, как плацдарма для похода на Дели через Кабул решена. Весь июнь и июль в Каган стягивались советские войска. Зная, что Россия привлекает на свою сторону джадидов, эмирское правительство сделало и им шаг навстречу. В середине августа правители Бухары послали джадидам в Каган баранов и риса в наивной надежде, что те одумаются, отговорят большевиков и придут к эмиру каяться. Успокоенные, эмирские министры отпустили солдат в увольнение .

Тем временем, в конце июня под руководством Туркомиссии было создано так называемое «военно-революционное бюро» по подготовке народного восстания, в которое, помимо Фрунзе и Куйбышева, вошли буIOL: L/P&S/10/950: p2126 .

Fraser, Glenda. ”Alim Khan and the Fall of the Bokharan Emirate in 1920,” Central Asian Survey 7, no.4 (1988), 56 .

Хотирахои Амир Олимхон. С.22 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА харские коммунисты. Был также создан временный ревком Бухары. 28 августа М. В.Фрунзе прибыл со своим штабом в Самарканд. Оттуда он руководил операциями Красной Армии в Бухаре. В ночь на 29 августа отряды Туркфронта захватили Старый Чарджуй, Хатырчи, Китаб, Шахрисабз и подошли к столице эмирата. Утром 29 августа начался обстрел старой Бухары. Бронепоезда, выстроившись от станции Мургак до Кагана стреляли из дальнобойных орудий в сторону Арка (цитадели) и дворца казикалона. Свидетель вспоминал, что из бухарского Арка начали выбегать вооруженные люди, приговаривая: “доверились мы джадидам, а они, видишь, как нас обманули. Делать нечего, надо защищаться”. Из шести бухарских ворот бухарцы начали беспорядочную пальбу в сторону Кагана. Как свидетельствует Балджувони, поднялся большой шум и переполох, «во время которого многие роженицы раньше времени разрешились от бремени». 44 Силы, конечно же, были неравны. С одной стороны винтовки и старинные пушки, с другой - бомбометание с аэропланов и обстрел из дальнобойных орудий с бронепоездов. Одиннадцать аэропланов кружили над городом. Разбрасывая бомбы они наводили ужас на горожан и разрушали многочисленные памятники архитектуры. Некоторые смельчаки из бухарцев, стреляя из обычных винтовок, наивно пытались сбить аэропланы. Эмир находился в недавно отстроенной им загородной резиденции Ситораи Мохи Хоса, откуда тщетно пытался организовать сопротивление. К тому времени его армия пополнилась 3 новыми полками: «Турк», «Араббача», «Шербача». Последний состоял из муллобача (студентов медресе). Все бойцы были плохо вооружены и необучены военному делу. Первым выступил двухтысячный «Турк» (Турецкий полк) который вошел через самаркандские ворота и, выйдя через каршинские, начал беспорядочную – пушечную и оружейную – пальбу по бронепоездам. Некоторые, взяв лопаты и кирки, как и во время «колесовского похода» кинулись было разбирать железнодорожный путь. Потеряв несколько человек убитыми они возвратились ни с чем, так как подходы к железной дороге контролировались красными. Фитрат (ярый противник эмира) позже вспоминал, что оборона города была организована из рук вон плохо. Эмир сидел в своей загородной резиденции, а козикалон (верховный судья) Бурхониддин и раисикалон (член правительства) мулло Азамидин отсиживались в городе, утоляя жажду чаем в чайхане. Многие военачальники не решались выйти на поле боя и все больше суетились рядом с эмиром, тайно помышляя о бегстве.45 Достаточно сказать, что вечером, не дождавшись продовольствия и боеприпасов, турецкий полк... разошелся по домам, даже не оставив караульных. На следующий день бой возобновился с новой силой. От Балджувони. Указ соч. С.59 .

Фитрат. Давраи хукмронии амир Олимхон.-Душанбе: Палатаи давлатии китобхо, 1991. С.60 .

ударов и звуков сотрясались все здания.46 Сражение продолжалось 30 августа весь день. Горели торговые ряды, много людей погибло под разрушенными зданиями. Балджувони считает, что только в этот день погибло 2 тысячи мирных жителей и защитников города.47 По свидетельству члена Туркомиссии Сокольникова, красные потеряли за три дня штурма 600 человек убитыми и раненными. По городу было выпущено 12 тысяч снарядов, которые разрушили 1/5 часть города.48 Первое сентября, явилось переломным днем. Через проемы в стене в город стали проникать красноармейцы, в то время как деморализованная бухарская армия оказалась неспособной защитить Бухару. Командиры Красной Армии обнаружили, что «противника в городе нет, а население собирается большими толпами в мечетях и медресе и ждет прихода красных».49 Но приказа отставить стрельбу не было, и всю первую половину дня красная артиллерия продолжала обстрел города. По словам Балджувони, первое сентября 1920 г. остался в памяти бухарцев как «рузи фирок» («день расставания»). Именно тогда начался исход, давший начало бухарской эмиграции. В тот день бой дошел до центра города. Последняя попытка сопротивления была оказана у водоема Лаби Хавзи Дивонбеги бухарскими войсками под командованием Абдусатторбека Тупчибоши. Не выдержав натиска превосходящих сил противника, бухарцы (а это были, главным образом необученные студенты) отступили, побросав в водоем свои пушки. Сам Абдусатторбек в том бою был убит. Афганский отряд, защищавший самаркандские ворота, после того как в его расположение попал снаряд, убивший нескольких бойцов и разнесший на куски сами ворота вместе с частью стены, также покинул свои позиции. Козикалон и раисикалон бежали из города, но по дороге были остановлены бойцами «Араббача». Разъяренные солдаты связали эмирских чиновников и привели их к эмиру, который вернул им одежду, отобранную до этого возмущенными бойцами, и отпустил на все четыре стороны. Все, кто мог передвигаться покинул город. Много люда собралось в Ситораи Мохи Хоса, поближе к эмиру.50 Выслушав доклад афганцев о сдаче города, эмир, по словам очевидца, издал глубокий вздох и сказал: “Такова судьба. Делать нечего, надо бежать”. Алим Хан и его приближенные разместились в 6-7 фаэтонах. Воздев руки к небу, все присутствующие попросили у Бога прощения. Следом началась паника и массовая истерика. Как вспоминал Балджувони, “тысячи людей, не выдержав, начали стонать и плакать. Дочери, матери, сыновья и отцы, не стесняясь друг друга, кричали: “вой шариат”, “вой дини ислом”! (“о, шариат”, “о исламская

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА религия”). Это было сильнейшее психологическое потрясение. Падение эмира и лицезрение его бессилия в массовом представлении явились сильнейшим ударом по самой исламской религии. Тот день запомнился бухарцам не только как «рузи фирок», но и как «киемати асгар» («малый конец света»)51. Следуя примеру правителя, тысячи конных, пеших - военных и гражданских отправились прочь от горящего города.

Премьер-министр Низамеддин Дивонбеги (Мирзо Урганджи) с несколькими тысячами аскаров 1 сентября из Ситораи Мохи Хоса через ворота Каракул вошел в город с “джихадом”, но потерпел поражение и отступил на юго-восток, вслед за эмиром.52 Позже, в 1922 г., находясь в кабульском изгнании, Саид Алим Хан писал в своей петиции в Лигу Наций:

“1 сентября они (большевики) открыли огонь неожиданно со всех сторон из пулеметов, пушек и аэропланов. К сожалению, я не знал о готовящемся нападении, и мои войска были рассредоточены, и никто из нас и не помышлял о войне. Обучение в моей армии только начиналось, одновременно с обретением мной независимости. Поэтому я признал сопротивление бесполезным и в первый день издал приказ об эвакуации меня и двора. Какова польза в сопротивлении без предварительной мобилизации и подготовки? Большевики знали о том, что я покинул город, но все равно продолжали бомбежку еще 4 дня. 1/3 населения, все святые места подверглись разрушению. На 5-й день 20 тысяч войск и русские власти вошли в пустой город Бухару и начали грабеж. Фрунзе и Куйбышев издали специальный приказ о конфискации государственной казны и имущества людей, которых они называли “ханами”.53 Малочисленная, плохо вооруженная и необученная бухарская армия, несмотря на упорство и большие жертвы не могла оказать серьезного сопротивления красным войскам. Штурм вызвал грандиозный пожар, который продолжался несколько дней, до 6 сентября. Очевидец утверждал, что в результате красной атаки в Бухаре сгорело и было разрушено 1 000 дуканов (магазинов), 20 дворцов, 29 мечетей, 3 000 жилых домов. Помимо резиденции эмира - Арка, сгорело примерно 300 зданий.54 “История

Бухары еще не знала такого”, писал Балджувони.55 Масштабы разрушений подтверждают и сами документы партии большевиков:

«Революция, оказавшись неподготовленной, превратилась в форменное выступление Красной Армии, ничем не прикрытое, нарушившее все представления о праве бухарского народа на самоопределение, и

–  –  –

Бухара фактически оказалась оккупированной страной. По Бухаре было выпущено несколько миллионов пуль и несколько тысяч пушечных снарядов, из которых было немалое количество и химических .

Сила артиллерийского и пехотного огня была настолько велика, что возможность перехода бухарских солдат на сторону революции сама по себе отпала. Бухара в центре и в местностях, прилегающих к вокзалу, оказалась совершенно разрушенной. Уничтожены исторические памятники. Повреждены мечети, а некоторые из оставшихся в целости (2/3 из них) были превращены в казармы и конюшни. Начатые пожары и грабежи оказали самое вредное влияние не только на настроение народных масс, но и на Бухком56 (самых преданных товарищей), которые возмущались и открыто говорили что Бухару “грабят большевики”, сообщалось в докладе Совинтерпропа.57

Тем временем, большевистское руководство послало в Москву победную реляцию. Второго сентября 1920 г. Фрунзе телеграфировал Ленину:

“Крепость Старая Бухара взята сегодня штурмом соединенными усилиями красных бухарских и наших частей. Пал последний оплот бухарского мракобесия и черносотенства. Над Регистаном победоносно развевается Красное Знамя мировой революции”.58 Сразу после победы, революционный комитет провозгласил Бухару “независимой Бухарской Советской Республикой”. Однако очень скоро бухарские революционеры убедились, что с независимостью все не так просто. В Бухару был направлен ленинец В. В. Куйбышев, в качестве представителя РСФСР при правительстве Бухары и уполномоченного ЦК РКП (б) и Коминтерна при ЦК КПБ. Он вел “тонкую” политику, соблюдая внешнее уважение суверенитета новой советской республики. Однако на деле Москва взяла бухарские дела под свой жесткий контроль. Вскоре были сформированы органы власти, куда вошли бухарские коммунисты и младобухарцы. Сама партия младобухарцев (как прежде партия младохивинцев) 11 сентября была распущена, а ее члены влились в БКП. Всебухарский революционный комитет возглавил сын первого бухарского богача и врага эмира Абдукадыр Мухиддинов, правительство - Файзулла Ходжаев (Файзулла Ходжа). 6 октября в Бухаре был созван Всебухарский курултай (съезд) народных представителей, на котором была провозглашена Бухарская Народная Советская Республика (БНСР). Возглавили республику богатейшие бухарские фамилии, в первую очередь Мухиддиновы и Ходжаевы. В политике молодой республики одерживали верх те, кто придерживался курса на сближение с Советской Россией. Их возглавлял глава правительства Файзулла Ходжаев .

Бухарский революционный комитет .

–  –  –

Цит. по: Иркаев М. История гражданской войны в Таджикистане. Душанбе, 1963. С.175 .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА Тем временем, избегая столкновения с многочисленными частями Красной Армии, эмир и его свита отступали в юго-восточном направлении. Население Западной Бухары (Карши - Гузар - Шахризабз) ровно ничего не понимавшее в происходящем, но напуганное начавшимися военными действиями, последовало за эмиром. Большое скопление беженцев

- торговцев, дехкан, солдат, при высокой температуре вызвало массовый падеж, эпидемии, ежедневно уносившие до 200 человек.59

Вот как описывает поведение эмира в тот момент полномочный представитель РСФСР в Бухаре:

“Эмир, по словам Мухаммед Таги Бека, видевшего его в Дербенте, молчалив, с блуждающими глазами, все время вздыхает, часто слышаться слова: “Аллах акбар”, нетерпеливо наводит справки, где находятся русские, вызывает к себе то бывшего казначея Имам Куля, то следующего с ним бывшего афганского консула в Ташкенте Мухаммед Аслам Хана. Ест мало, жалуется на усталость в области легких и пояснице. С эмиром следует свита и около 300 человек разбитых остатков Бухарской регулярной армии. Бухарцев 200 человек и около 100 человек афганцев под предводительством Аслам Хана”.60 Непривычного к тряским дорогам грузного мангыта сняли с седла и уложили на арбу. В Бойсуне беглецов настигли сведения о приближающемся красном отряде. Пришлось срочно отправляться по направлению Гиссара .

Первой реакцией свергнутого режима была попытка самозащиты .

Было решено занять восточные бекства (Сари Асия, Денау, Гиссар, Кобадиан, Курган-Тюбе), укрепиться там и начать борьбу за восстановление эмирской власти. Тяжесть этой борьбы легла на население. Эмир организовал 10-тысячное войско ополченцев – «каракалтак» («черные палки») .

Ополченцы были посланы на Запад навстречу врагу. Ими были заняты Денау, Бойсун, Шахрисабз, Китаб, Чиракчи. Выступившие в джихад каракалтаки показали себя не с самой лучшей стороны - грабили, убивали мирное население .

С приходом эмира в Восточной Бухаре стали восстанавливаться суровые эмирские порядки, собираться непомерные налоги на «джихад» .

Начали прибывать вооруженные отряды. К эмиру на помощь от матчинцев и ферганских басмачей Шермата прибыло всего около 300 джигитов. Они были приняты эмиром как дорогие гости и одарены дорогими «сарупо» (подарками).61 Ферганцы были направлены в Денау, для отражения возможного нападения русских. Однако, как пишет Балджувони, “постояв там некоторое время, в конце-концов они (ферганцы) возвратились к своему старому занятию. День и ночь они грабили бедный народ .

РГАСПИ, ф.122, оп. 1, д.71, л.39 .

–  –  –

Народ возмутился и напал на грабителей. Много людей было перебито в той войне”.62 Слухи о боях в Денау дошли до Алим Хана. Эмир ошибочно посчитал, что это красные и отступил в Курган-Тюбе. Когда ему донесли, что это были бои между мародерами-ферганцами и местными гиссарцами, он вернулся в Гиссар. Затем он назначил Холдорбекджона, сына погибшего в от ран Мирзо Урганджи хокимом (правителем) Гиссара, а сам ушел в Душанбе.63 Находясь в Душанбе, он чинил расправу над всеми, заподозренными в «джадидизме». В их число попал Баратбек Хидоячи – правитель Каратегина.64 В Душанбе Алим Хан приступил к организации местного ополчения в таджикском Припамирье. Одним из его героев стал Ишан Султан. В 1921 г. ему было примерно 35 лет. Родом он был из кишлака Язган, близ Чилдара (Дарваз). Жители этого горного края промышляли добычей золота из реки Оби Хингоу. Отец Султана был также ишан и имел много мюридов, которые после его смерти перешли к сыну. Ишан Султан, совершивший три паломничества в Мекку, был авторитетнейшей фигурой в Каратегине и Дарвазе. В 1921 г. прибыв в Гиссар, Алим Хан вызвал к себе Ишана Султана и предложил ему, как «святому» человеку сформировать отряд и бороться с русскими. Ишан Султан принял предложение и вскоре стал одним из лидеров повстанцев до осени 1922 г., когда ему было суждено быть повешенным по приказу турецкого офицера Селим Паши.65 Видя низкую эффективность местного ополчения, эмир пытался заручиться поддержкой из-за рубежа. Куда обращаться, откуда можно было ожидать помощи?

Еще в начале 1920 г. эмиру стало ясно, что не стоит надеяться на Афганистан. Тогда в Кабуле шел диалог между российским полпредом Я. Сурицем и Амануллой насчет возможного антибританского союза .

Ничего не подозревавший Алим Хан попросил поддержки Кабула в предстоящей борьбе с Россией.

На что в письме, подписанном известной своей набожностью матерью Амануллы Улия Хазрат, недвусмысленно говорилось:

«Видя несчастия мусульман всего мира, я пришла к следующему заключению: если Афганистан не станет окончательно свободным, то мой дорогой сын так и не сможет рассчитаться за своего брата, эмира Бухары и за других братьев-мусульман... Вот почему он оставляет за собой право не объявлять священную войну против неверных».66 Там же .

<

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА Алим Хану осталось уповать на помощь Англии. В октябре 1920 г., находясь в Душанбе, он принимает решение направить письмо королю Великобритании Георгу V. Английский король был двоюродным братом расстрелянного вместе со всей семьей в 1918 г. Николая Второго – покровителя Бухарского эмирата. Алим Хан считал себя родственником царской семьи и потому считал себя братом и английского короля. Обращение к “старшему брату” было составлено в двух идентичных экземплярах. Одно из них предназначалось королю Англии, другое – вице-королю Индии. Экспедиция из 15 бухарцев, на которую так надеялся Алим Хан, покинула Гиссар 14 октября 1920 г. с твердым намерением вручить письмо лично самому высшему английскому чиновнику в Дели. Однако 4 ноября миссия была остановлена на китайской территории, в местечке Узбел в 140 милях западнее Кашгара. Несмотря на то, что ей было отказано в следовании в Индию, сами письма были приняты английскими представителями. Последние заверили бухарцев, что послание непременно будет доставлено адресату. 20 ноября бухарская миссия, с чувством выполненного долга, отправилась обратно в Гиссар, ждать ответа. В английской миссии в Кашгаре обращение было переведено с персидского на английский и направлено по назначению только в феврале 1921 г.

В нем, в частности, говорилось:

«Я надеюсь, что в этот трудный час Ваше Величество выскажет мне свою доброту и благосклонность и отправит мне в качестве дружеской поддержки 100 000 фунтов стерлингов в счет государственного долга, 20 тысяч ружей, 30 орудий с боеприпасами и 10 аэропланов с необходимым оснащением. Если оказанию помощи вы предпочтете связаться с русскими, чтобы бороться против них, я буду признателен, если 2 тысячи вооруженных солдат будут посланы мне срочно через Каратегин» 67 Это была мольба о помощи. Она давала Великобритании формальный повод для интервенции. Речь, по сути, шла о крупномасштабной военной операции с индийской территории, чреватой развязыванием войны с Советской Россией. Англия была, разумеется, встревожена вторжением Красной Армии в пределы Бухарского эмирата. Появление российских полков в таджикском Припамирье, означавшее замыкание большевистского фронта на самых подступах к Британской империи, объективно укрепляло большевистские позиции в регионе и открывало благоприятные перспективы для дальнейшей экспансии революционных войск на восток. Тем не менее, Британия воздержалась от прямого вмешательства в дела Бухары. Чиновники индийского правительства рассуждали следующим образом:

«Нас выгнали из Кавказа, Персии. Вероятно, придется уходить и из Багдада... В Афганистане мы удерживаемся с большим трудом. У нас нет времени для еще одной авантюры в Средней Азии».68 Fraser, Glenda. “Basmachi-I”, Сentral Asian Survey 6, no.1 (1987), 49; IOR: L/ P&S / 10/950 .

На тот момент главной задачей Англии было удержание Индии. Для этого приходилось мириться с потерей позиций в Афганистане. В такой ситуации, претендовать на «русскую» Среднюю Азию было бы безумием. Необходимо напомнить, что просьба Алим Хана была направлена в Кашгар в конце 1920 г., то есть после поражения Англии в англо-афганской войне 1919 г. В ее результате, Афганистан приобрел независимость во внешних делах. Одновременно, в правящих кругах Кабула усилились пророссийские настроения. То есть, было совершенно очевидно, что Аманулла будет против английского вмешательства в бухарские дела. Однако и Британия имела все основания опасаться «русской угрозы». Ее особенно встревожил «бухарский вопрос», когда она увидела, что Советская Россия, приблизившись к приграничной Аму Дарье, была готова перейти на афганскую территорию. Рассматривая реальную угрозу советского вторжения и перенесения военных действий в Афганистан, в сентябре 1920 г. вице-король Индии предложил следующую альтернативу. Первое: помочь Афганистану напрямую, заключив оборонительный союз для борьбы с Советской Россией. Второе - ограничиться пассивной поддержкой и поставлять афганцам оружие. Первый вариант как слишком обременительный был отклонен. Второй - помощь оружием и инструкторами - также мало устраивал англичан, так как поставки оружия могли быть использованы против Англии, найдя дорогу на Северо-западный фронт к пуштунам. Не исключалось также, что часть оружия могла попасть к русским. 69 Другими словами, у Дели и Лондона не было полной уверенности в том, что в случае “накачки” региона оружием и расширения театра военных действий, ситуация не выйдет из под контроля. Советское вторжение в Афганистан, таким образом, было для Англии крайне нежелательным. Она решила всеми путями блокировать его. Любой неосторожный шаг против России мог спровоцировать ее на «экспорт революции» в Афганистан и Индию .

Таким шагом могла стать поддержка свергнутого эмира и его басмачей в Восточной Бухаре. В такой ситуации Англия обратилась к своей излюбленной политике «искусного бездействия» (masterly inactivity), оставшейся в наследство со времен «Большой игры» XIX века .

В свете изложенного, вполне понятна позиция Англии по отношению положения дел в Бухаре. Мольба Алим Хана о дипломатическом признании и оказании помощи вызвала некоторую дискуссию в Дели и Лондоне, но вскоре английские чиновники, отдав должное “наивному и откровенному” тону письма, отправили его пылиться в архив .

В конце февраля 1921 г. когда части т. н. Гиссарского экспедиционного отряда Красной Армии подошли к Душанбе, экс-эмиру пришлось принимать срочное решение об эвакуации. Последние надежды на желанную англо-индийскую военную экспедицию были похоронены вместе с извесIbid .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА тиями об укреплении Советской власти на Памире и начавшимися снегопадами, сделавшими непроходимыми горные перевалы на пути в Индию .

Алим Хану оставалось рассчитывать на гостеприимство другого “брата”

- афганского эмира Аманулла Хана .

В конце февраля части 3 кавбригады выступили из Гиссара для преследования эмира. Через Лакай они двинулись на р. Вахш, переправились на левый берег у Кызыл Кала (близ Курган-Тюбе) и пошли далее на Куляб. Все это время шли проливные дожди и дороги превратились в грязевое мессиво. 26 февраля красноармейцы без боя заняли Куляб. К тому времени последний бек Куляба - Джахонгир Хан в панике бежал в Афганистан. Преследуя эмира и его людей, 3 кавбригада вышла на переправы Бешкапа, где выяснилось, что они опоздали всего на один день .

Покинув Благородную Бухару навсегда через переправу между Чубеком и Фархором (современный Хамадонийский, бывший Московский район Хатлонской области Таджикистана), 4 марта 1921 г. Алим Хан прибывает в Ханабад. На протяжении первых 40 дней он не терял надежды получить пропуск в Британскую Индию .

“Я хотел переправиться в Читрал через (афганский-К.А.) Бадахшан и остаться в Дели на один день, чтобы цитировать Коран и воздать хвалу душе моего деда Тимура, а затем отправиться в Лондон для беседы с моим братом, королем”,70 так описывал свои планы изгнанный правитель Бухары. Увы! Он так и не дождался ответа от англичан. Зато последовало уважительное по форме, но недвусмысленное по содержанию послание от Амануллы Хана:

“Я и Вы единоверцы. Моя мать считает Вас своим сыном. Потому приезжайте в Кабул и нанесите ей визит”.71 Тем временем, войска эмира рассеялись. Часть, около 1 300 человек, ушла вместе с эмиром в Афганистан. Туркменские отряды отправились к себе на родину, а ферганский курбаши Шермат - через Каратегин назад, в Фергану .

Появление Алим Хана и его свиты в Афганистане в качестве “гостей, ищущих убежища” вызвало острое недовольство советской стороны .

По этому поводу представитель РСФСР в Бухаре получил следующее указание своего ташкентского начальства:

«Бухарское правительство должно немедленно обратиться с нотой непосредственно в Кабул... Если впоследствии окажется, что бухэмиру были оказаны царские почести, то такое обстоятельство равно разрыву дипломатических отношений. Пока Бухара должна настаивать на разоружении и интернировании всех приближенных бывшего эмира и воспрещении ему жительства в столице и вблизи бухарской Ibid .

Ibid .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА границы, а также воспрещении собирать вокруг себя и содержать какую-либо вооруженную часть. Афганцам следует обращаться с ним как с частным лицом, нашедшим себе убежище и сложившим оружие. Это один вариант. Пусть Бухревком обсудит и другой вариант, по которому афганское правительство должно отказать бухэмиру в убежище. Устройте так, чтобы Бухревком без нас бы не принимал окончательного решения, а я поставлю этот вопрос на прямой провод Москве. Пусть готовят оба варианта. Надо спешить, так как бухэмир находится на пути в Кабул”.72 Впрочем, в вопросе о судьбе эмира бухарское правительство, состоявшее из джадидов, и так было настроено самым решительным образом.

Правительство БНСР вскоре отправило телеграмму в Кабул с требованием:

“1) обезоружить находящиеся при эмире вооруженные силы и интернировать их, а вооружение возвратить бухарскому народу как его достояние; 2) запретить бывшему эмиру находиться близ границы и в столице Афганистана; 3) принять бывшего эмира как обыкновенного гражданина, запретив ему группировать вокруг себя каких-бы то ни было лиц и агитировать”.73 Аманулла почти полностью выполнил требования Москвы и Бухары, за исключением пункта о размещении знатного беглеца. Афганский эмир оказал уважение правителю-изгнаннику, выделив ему почетную резиденцию в селении Кала-и Фату, в 18 километрах от Кабула, в долине Чардех .

Вместе с экс-эмиром поселились около 200 его приближенных. 17 мая 1921 г. Аманулла даже устроил большой прием по случаю прибытия Саида Алим Хана. Тем не менее, от частных встреч с беглым эмиром он уклонялся. Статус домашнего арестанта, определенный Алим Хану, таким образом, вполне устраивал всех: Кабул, Москву, Лондон, советскую Бухару. Всех, кроме самого Алим Хана. В афганской столице он стал почетным пленником Аманулла хана. Последний не был намерен раздражать Москву из-за беглого эмира Бухары. Достаточно сказать, что в первые три месяца Алим Хан лишь два раза был допущен к Аманулле. Во время одного из визитов экс-эмир выразил свое желание совершить паломничество в Мекку.

Как вспоминал Алим Хан, Аманулла ответил на просьбу следующим образом:

«Я могу просить Вас, но не могу приказывать. Вы можете идти куда пожелаете. Я - Ваш слуга. Хадж Вам не положен, так как Вы оставляете свою жену, детей и иждивенцев. Но я пошлю человека с полномочиями Вашего правительства в Великобританию, Францию, Германию, Турцию и Персию просить помощь тамошних правительств и

–  –  –

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА рассказать, что мой единоверец, правитель Бухары нашел убежище в Афганистане. Надеюсь, затем они предложат помощь. Но если Вы отправитесь в Мекку, вся моя работа окажется напрасной”.74 Алим Хан был достаточно умен, чтобы правильно интерпретировать слова афганца .

“Вы препятствуете моему паломничеству в Мекку”, сказал он.75 Аманулла, который пригласил в гости Алим Хана под предлогом обсуждения общей стратегии освобождения Бухары, на деле изолировал своего сановного гостя. Правда, за бывшим эмиром признавалось моральное (но не юридическое) право оказывать влияние на своих бывших поданных – эмигрантов из Священной Бухары. Афганское правительство мирилось с тем, что Алим Хан поддерживал связи со своим последователями, боровшимися против Советской власти, используя афганскую территорию. Но в целом, Аманулла шел на сближение с Россией и не одобрял эмиристского басмачества .

Крупное разочарование постигло экс-эмира, когда он узнал, что три его верные слуги – Туракул бай, Кара Мирза и Кори Мухиддин, которым было поручено продать 165 000 шкурок каракуля в Бомбее, продав товар, решили не отдавать деньги Алим Хану на том основании, что это «собственность бухарского государства». Несмотря на то, что судом этот спор был решен в пользу Алим Хана, интересы которого представлял богатый бухарский купец-эмигрант Мирбадалев, шустрые бухарцы успели бежать вместе с деньгами в Европу .

Алим Хан был поселен в Кала-и Фату, в место своей домашней тюрьмы. Оттуда он мог наблюдать маневры афганского правительства, направленные на достижение соглашения с Советской страной. События в Кабуле развивались не в пользу беглого эмира Бухары. Всю свою оставшуюся жизнь он нес в сердце досаду и недовольство Амануллой и его политикой. С тем же постоянством он продолжал просить помощи Англии .

По словам Мирбадалева, эмир в Кабуле не располагал большими денежными средствами. Денежные вклады эмира в зарубежных банках еще следовало найти и предъявить на них права. Точных сведений не имеется, но можно предположить, что Советская Россия делала все возможное, чтобы не допустить экс-эмира до этих вкладов и самой овладеть денежными средствами эмира для «строительства социализма». Наверняка у Алим Хана было достаточно денег на личные расходы, но их не хватало на масштабное финансирование широкого военного движения. Его «руководство» муджахидами ограничивалось моральным одобрением, раздачей эмирских орденов, званий и единичных подарков .

IOR: L/P&S/10/950. 21.10.1921 Ibid .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА Находясь в кабульской эмиграции (с мая 1921 г. и до самой смерти, наступившей в апреле 1944 г.), Алим Хан неоднократно и безуспешно делал попытки добиться дипломатического признания и оказания военной помощи. С таким же постоянством англо-индийские власти отказывали последнему мангыту в его настойчивых просьбах получить политическое убежище на территории Индии. Государственный секретарь Великобритании лорд Дж. Керзон в своем письме от 23 июня 1923 г. советовал английскому послу в Кабуле Ф.

Хэмфрису:

«Мы уполномочиваем посла ответить экс-эмиру как можно более недвусмысленно, а именно: не только помощь оружием и деньгами не может стать предметом обсуждения, а более того, наши настоящие взаимоотношения с Россией не позволяют допустить, чтобы наши территории использовались для враждебных действий против России. Экс-эмир может прибыть в Индию (в конце-концов мы понимаем, что трудно будет отказать) при условии, если он откажется от всех интриг против России и ограничит себя в пределах определенной резиденции, выбранной правительством Индии, которое будет руководствоваться стремлением выполнения обязательств договора с Россией и будет контролировать ее соперников».76 Другими словами, британцы дали знать, что вероятно при определенных обстоятельствах они пустят Алим Хана, но тому придется довольствоваться еще более суровыми условиями содержания, чем те, какими он пользовался в Кабуле. Позже было принято однозначное решение не допускать Алим Хана в Индию. Британцы опасались также, что вслед за эмиром, в Индию хлынет поток бухарских беженцев, в рядах которых могли оказаться большевистские агенты. Единственное, что ему было позволено сделать, это нанести пограничный визит, но было рекомендовано, что если ему хочется поселиться в Британской империи, он может рассчитывать на Цейлон или Сейшелы или какое-либо другое место, с тем чтобы “его политические интриги были бы затруднены”.77 Что же настроило британцев против Алим Хана? Казалось бы, Англия - вечный противник России, могла обрести в сановном бухарце верного союзника. Ведь до своего появления в Кабуле он в одиночку полгода сопротивлялся большевикам, и теперь, в эмиграции был полон энергии продолжать борьбу .

Можно говорить о том, что Англия вышла из войны и готовила торговый договор с Советской Россией и поэтому не хотела портить отношения с Москвой. К тому времени, англичане прекратили интервенцию и оказание помощи контрреволюционным силам России. Однако главное состояло в том, что стороны, участвовавшие в диспуте о судьбе Алим Хана, IOR: L/PS/10/950 .

Ibid .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА играли по правилам “Большой игры”, то есть заботились о своих собственных интересах. Империи предпочитали не обострять отношений между собой и договариваться, когда речь шла о местных народах. Им не было дела до судьбы Бухары и ее правителя. Эмир был слишком незначительной фигурой, чтобы из-за него ссориться. Несмотря на противостояние, Россия и Англия не допускали в вопросе о бухарском эмире разногласий .

Чиновники британского правительства Индии (а именно они во многом определяли английскую политику в Средней Азии) рассуждали, что, поскольку Бухара является “от природы государством Российской империи, то эмир является, в конечном счете, восставшим против правительства де-факто”.78 Другими словами, они считали, что большевики, как русские, наследовали от царизма право владения Бухарой. Следуя этой империалистической - по форме и по содержанию - логике, действия Алим Хана, направленные на сопротивление Советской власти, рассматривались ими как незаконные. Сами чиновники колониальной администрации рассматривали эмира как еще одного местного князька-махараджу, мечтающего об английском покровительстве .

Ничего, кроме равнодушия и легкого раздражения со стороны Лондона, а также ненависти со стороны Москвы и революционной Бухары, Алим Хан не вызывал. Для всего остального мира падение Бухары и невзгоды, выпавшие на долю ее правителя, остались вовсе незамеченными .

То, что Великобритания была вынуждена «проглотить пилюлю» и решить вопрос с Алим Ханом в пользу России, не означает того, что она оставалась в бездействии перед активностью большевиков в регионе. Ее дипломатия и могущественная секретная служба продолжали скрытую, но напряженную борьбу за сохранение и укрепление империи.79 Индийский исследователь К. Варику указывает, что для финансирования шпионажа и подрывной деятельности против Советской России, в марте 1920 г .

в Лехском и Сринагарском отделениях Кашмирского государственного казначейства было размещено 3 млн. рублей.80 Еще в годы первой мировой войны Великобритания организовала разветвленную секретную и пропагандистскую службу, которая распространяла литературу на всех азиатских языках. Работу координировал Британский комитет Военной информации в Шанхае и подобные комитеты в Месопотамии и в Лондоне .

Помимо антисоветских книг и брошюр, выпускались листовки и плакаты, которые вывешивались открыто в Восточном Туркестане и распространялись тайно в Бухаре и Туркестане.81 Ibid .

Об этом см. например: Hopkirk P, Setting the East Ablaze: Lenin’s Dream of an Empire in

–  –  –

Итак, после бегства из Бухары и тщетных попыток организовать действенное сопротивление Советской власти, Алим Хан прибывает в последний пункт своих скитаний - в кабульскую ссылку. Поведение правителей соседних стран, проигнорировавших крик о помощи и отказавших в поддержке, вызвали в душе изгнанного монарха глубокую досаду и разочарование. Большая часть его несметных сокровищ ушла в Красную Москву, расходовалась бухарским правительством на различные нужды. Миллионы в европейских банках были для него недоступны .

Немало бухарского золота было разграблено мародерами. Многочисленная эмирская семья оказалась разобщенной. Наибольшую ценность, которую Алим Хан привез с собой в изгнание, представляло собой стадо прекрасных каракулевых овец, лучших в мире. Позже эти овцы значительно улучшат каракулеводство в Афганистане. Алим Хан привез в Кабул также горсть священной бухарской земли. Она была засыпана в его резиденции в два серебряных сосуда, в которые, в свою очередь, были вставлены два бухарских флага.82 Таким образом, революционная война, развязанная большевиками в Бухаре, привела к свержению эмирского строя и устранению эмира как правителя этой страны. Почему это произошло? Ответ на этот вопрос привычней искать с позиций классового подхода, а именно: Октябрьская революция реализовала имманентно присущее трудящимся Бухары стремление избавиться от ненавистной эксплуатации, покончить с несправедливым распределением доходов, классовым и национальным гнетом и т. д .

Тем, кого не устраивает классовый подход, можно предложить “рационалистическую” аргументацию. В самом деле, Бухарский эмират являл собой отсталую полуколонию России, с реакционным режимом, проводившим непопулярную внутреннюю и внешнюю политику. Ликвидация одиозной средневековой монархии, потерявшей способность саморазвития в стремительно начавшемся ХХ веке, и включение этого придатка царской России в состав уже Советской России, в глазах окружающего мира, выглядело делом справедливым и закономерным. Не зря все крупные державы, к которым обращался Алим Хан, реагировали на падение эмирата одинаково - никак .

Приведенная аргументация, однако, главным образом оправдывает случившееся, но нисколько не объясняет ситуацию. Между тем, рассмотрение истории падения Бухары дает немало пищи среднеазиатским народам для ответа на вопрос: кто мы и откуда?

Красный флаг над Бухарским Арком - это не просто знак завоевания большевиками еще одной российской окраины. Он означал поражение Stewart, Rhea Talley Fire in Afghanistan 1914-1929. Fight, Hope and the British Empire. NewYork: Doubleday & Company, INC, 1973, 160. Впрочем, эти символы бухарской власти простоят лишь до 1923 г .

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com ГЛАВА III: ВОЙНА “Священной Бухары” - оплота ислама в Средней Азии, которое, в свою очередь, повлекло за собой значительные социально-политические и цивилизационные последствия, в том числе и среднеазиатскую эмиграцию .

Реакция бухарцев на революционную войну не может быть понята без учета традиционных, в первую очередь, религиозных, представлений .



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |

Похожие работы:

«С 56 I33M-K НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ ЯЗЫКА, ЛИТЕРАТУРЫ, ИСТОРИИ И ЭКОНОМИКИ ПРИ СОВЕТЕ МИНИСТРОВ ЧУВАШСКОЙ АССР * Труды, выпуск ЮЗ СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЧУВАШСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ Чебоксары — 1980 В О З В Р А Т И Т Е КНИГУ НЕ П О З Ж Е обозначенного здесь срок...»

«История: В силу традиции новаторы В 2007 году Зимпелькамп продал самый мощный во всем мире пресс ContiRoll: 76,9 метров 1883 | 1900 | 1920 | 1924 | 1930 | 1931 | 1954 | 1965 | 1969 | 1975 | 1979 | 1985 | 1997 |...»

«Савельева Ирина Петровна Идеи космизма в музыкальной культуре серебряного века 24.00.01 "Теория и история культуры" Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата культурологии Нижневартовск 2004 Работа выполнена в Нижневартовском государственном...»

«Григорьев Александр Петрович Магистрант Направление: Юриспруденция Магистерская программа: Гражданское право, семейное право, международное частное право Развитие института залога (ипотеки) недвижимости Аннотация. В статье автор рассматривает возникновение и развитие залогового права. Особое внимание уделено историческому опыту развития и...»

«1. Наименование дисциплины Дисциплина "Архивоведение" включена в вариативную часть Блока 1 Дисциплины (модули) основной профессиональной образовательной программы высшего образования – программы бакалавриата по направлению подготовки 44.03.05 Педаг...»

«ЧЕЛОВЕК И ВЫСШЕЕ ПЕРВОНАЧАЛО: СОВРЕМЕННЫЕ ПАРАРЕЛИГИОЗНЫЕ ТРЕНДЫ Е. В. Золотухина-Аболина (Ростов-на-Дону, Россия) Начавшийся в конце XIX в. процесс секуляризации, как мы знаем, пошел весьма скоро, подгоняемый развитием рыночн...»

«Величайшее в истории экстренное известие Чикаго, Иллинойс, США 24 апреля 1961 года 1 Давайте останемся стоять только несколько мгновений для слова молитвы. Наш небесный Отец, поскольку мы в сегодняшний вечер приближаемся к Твоему божественном...»

«АКАДЕМИЯ НАУК СССР ИНСТИТУТ ИСТОРИИ СССР Редакционная коллегия: Н. И. ПАВЛЕНКО (главный редактор), В. И. БОВЫКИН, В. И. БУГАНОВ, А. А. ЗИМИН, И. Д. КОВАЛЬЧЕНКО, Б. Г. ЛИТВАК, А . Г. ТАРТАКОВСКИИ (ответственный секретарь), Л. В. ЧЕРЕПНИН, С. И. ЯКУБОВСКАЯ ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЕ ОТ...»

«Гиндилис Л.М. Живая Этика – наука будущего Для тех, кто внимательно изучал философское наследие Рерихов, совершенно ясно, что Живую Этику нельзя отнести к сфере религии, ибо это синтетическое научнофилософское учение. Оно объемлет и науку, и философию, и религ...»

«ИНСТИТУТ ВСЕОБЩЕЙ ИСТОРИИ РАН ФРАНКО-РОССИЙСКИЙ ЦЕНТР ОБЩЕСТВЕННЫХ И ГУМАНИТАРНЫХ НАУК ЭЛЕКТРОННЫЙ НАУЧНО-ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ ЖУРНАЛ "ИСТОРИЯ" http://mes.igh.ru ANNUAIRE D’TUDES FRANAISES Le 225e anniversaire de la Rvolu on franaise Sous la direction de Alexandre...»

«Magistra Vitae: электронный журнал по историческим наукам и археологии. 2016. № 2. С. 40–46. К СТОЛЕТИЮ ПОСЛЕДНЕЙ СЕССИИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ ИМПЕРАТОРСКОЙ РОССИИ (из истории работы уральских депутатов в 1916–1917 гг.) З. Н. Анохина Челябинский государственный университет, Челябинск, Россия Рассматривается работ...»

«П.В. Романов ПО-БРАТСКИ: МУЖЕСТВЕННОСТЬ В ПОСТСОВЕТСКОМ КИНО С тех пор как первые зрители посмотрели фильм братьев Люмьер, собираться перед киноэкраном стало привычкой для множества людей, желающих отдохнуть, развеяться, получить удовольствие от просмотра. Видя перед со...»

«Министерство культуры Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Северо-Кавказский государственный институт искусств Кафедра форт...»

«http://musculatura.narod.ru/books/books.html Венди Лей Арнольд Фотографии 1967 год. Победа в конкурсе Мистер Вселенная . Арнольд стал самым молодым победителем этого конкурса за всю его историю. Мистер Вселенная 1969. Арнольд со своим кумиром Рэгом Парком...»

«Аннотация И. Ильф и Е. Петров завершили роман "Двенадцать стульев" в 1928 году, но еще до первой публикации цензоры изрядно сократили, "почистили" его. Правка продолжалась от издания к изданию еще десять лет. В итоге книга уменьшилась почти на треть. Публикуемый ныне вариант – первый полный...»

«Safronov Сафронов Олег Семенович ПРОБЛЕМЫ ЭВОЛЮЦИИ ОБЩЕСТВА И ГОСУДАРСТВА В ИДЕОЛОГИИ РУССКОГО АНАРХИЗМА (М.А. БАКУНИН И П.А. КРОПОТКИН) Специальность 07.00.02 – Отечественная история Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора исторических наук Тамбов – 2015 Работа выполнена на кафедре истории России...»

«ЛИБЕРАЛИЗМ В РОССИИ: НЕМНОГО ИСТОРИИ К азалось, что после распада СССР либерализм должен был расцвести в России – как в теории, так и на практике. Однако на смену надеждам ельцинского периода очень быстро пришли разочарование и горечь, и сегодня голос...»

«Кашницкий Илья Социология миграции и этнических границ История освоения территории: аномия фронтирменов Освоение новых территорий – энергои ресурсозатратный, сложный а зачастую и длительный процесс. История зн...»

«МУНИЦИПАЛЬНОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ГОРОДСКОГО ОКРУГА САМАРА "ДЕТСКАЯ ШКОЛА ИСКУССТВ № 13" ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ПРЕДПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ПРОГРАММЫ В ОБЛАСТИ МУЗЫКАЛЬНОГО ИСКУССТВА "ФОРТЕПИАНО", "СТРУННЫЕ ИН...»

«Дмитрий Барчук: "Мы не делаем выводов из собственной истории" Томский писатель первым издал роман, в котором прототип главного героя – Михаил Ходорковский. К власти и от власти – ВООБЩЕ-ТО в мом романе два главных героя, – возражает Дмитрий Викторович. – Действие происходит в двух временных пластах: в начале XIX века и в...»

«Забияко А. П., 2016, Русские в Трёхречье: исторический экскурс, „Emigrantologia Sowian” vol. 2 (2016), s. 5–17. Андрей Павлович Забияко (Амурский государственный университет, Благовещенск, Россия) Русские в Трёхречье: исторический экскурс Russians in Trekhrech’ye: histori...»




















 
2018 www.lit.i-docx.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.